Чтение онлайн

Несколько дней снятое видео тревожило меня и одновременно радовало. В конце концов я решила показать мужу, что не лохушка, и это оказалось проще простого. Видела, что он часто копается в телефоне, хотя мы соцсетями не балуемся. Обедали на кухне, я взяла его телефон и сказала, что хочу узнать погоду. Вошла в его почту и увидела их переписку, набор банальных слащавых фраз о любви. Арумас настолько глуп, что не удалял своих писем. Тоже мне, военный. Я засмеялась и ткнула переписку ему в лицо. Муж был в шоке и взгляд его был таким же, как тогда, когда увидел в моём телефоне сашино фото. Сначала не мог вымолвить и слова. Потом усмехнулся и стал меня убеждать, что это игра и ничего серьёзного. Просто он не знает про видео.

На следующий день Никас вбил в интернет её электронный адрес и мы её нашли. Она работает продавщицей в магазине фарфора. Я пришла к ней и увидела робкую перепуганную девочку, которой слегка за 30. Волосы крашеные, редкие, корни потемнели и их давно пора красить. Помада до отвратительного яркая, да ещё и губы она красит неровно. Безвкусная тупая кукла, которая через 10 лет утратит остатки привлекательности и станет никому не нужна.

Стояла и мямлила оправдания, жалкое убожество. Говорила, что разведена, живёт с маленьким сыном и отношений с Арумасом у неё нет. Это не соперница, а пустое место. Мне даже стало её немного жаль, я ведь тоже когда-то была одна с ребенком. Но чужих мужей из семьи не уводила! Я ей сказала, что она зря тратит время и Арумас на ней не женится. В итоге договорились встретиться на выходных и обсудить ситуацию. Вечером она позвонила Арумасу и на встречу потом не пришла. Сам он поклялся, что с ней всё закончено и она ему никто. Но совсем недавно искал гостиницы в интернете. Нет, господа, я слишком умна, чтобы вы могли меня обмануть…

… Вечером кинула Саше СМС, спросила, всё ли в порядке. Не ответил. Наверняка таскается с другой бабой и держит меня за дуру. Ну ничего, этот секрет я тоже раскрою, я не позволю с собой играть! Вечером прошлись с мужем по набережной, посидели в кафешке, на обратном пути встретили Наташу с Арсеном. На набережной по вечерам тьма туристов, надо бы с Наташей прогуляться вдвоём.

В Монделло за пару дней посмотрели всё, что можно. Ездили на экскурсию в сицилийскую деревню, ходили на сторожевую башню, были у фонтана, где русалка с двумя хвостами. В двух хвостах есть что-то уродливое, а потому возбуждающее. Сегодня после полудня, наконец, спокойно повалялись на пляже. Я наделала фоток, а потом закрылась в туалете и отправила русскому в мессенджер. Написано, что был в сети 2 дня назад. Где же он шляется?

После обеда Арумас читал книгу о судьбе ссыльных, с чёрно-белыми фотками на обложке. Когда-то русские нас репрессировали, а теперь делают вид, что мы в Сибирь сами ехать хотели. Сколько жизней загублено, сколько горя на нас взвалено, а русские теперь всё замыливают, чтобы мы поскорее забыли их мерзости. Только не забудем, ибо жива народная память, и нет прощения злодейству.

Морская вода и солнце странным образом делают кожу ранимой, когда малейшее прикосновение заставляет всё тело содрогнуться. Коснусь кончиком пальца своего плеча – проведу по воздуху, лишь тронув верхушки прозрачных волосиков на коже, будто стебельки трав. И вдруг от плечей к пояснице проносится молния, заставляющая поясницу приятно задрожать, а на лице сама собой рождается глупая улыбка. Наверное, у моря живут самые сексуальные люди в мире. На обеде Наташа была одна. Кажется, её цветастое платье стало еще короче. Я ей предложила пройтись вечером.

После обеда сказала, что болит голова, положила на макушку мокрое полотенце и легла пластом. Вечером за ужином не ела и держалась руками за виски. А затем сказала, что мне плохо, и мы с Наташей хотим пройтись на свежем воздухе. Арумас лишь пожал плечами. Ну вот, я к Наташе с Арсеном зашла, он ей отсчитал купюр и мы отправились. Хороший у неё мужик, крутой.

Можете надо мной смеяться, но делайте это в Латгинии, потому что там я – пожилая некрасивая женщина в старой одежде. Но не здесь, не здесь. Ножки ритмично топают под черным платьицем: "топ-топ-топ", – вышагивает ваша гордая пантера. Медленно жую жвачку и спокойным долгим взглядом смотрю в глаза проплывающих мимо мужчин. Лёгкое веселье шумит прибоем вдали, подмигивает, манит с самого конца набережной, где стройные фонарные столбы сливаются в неразличимое сладкое нечто. Оттуда ко мне долетают их лёгкие приветы, отражаясь на моем разукрашенном личике радостным равнодушием.

У любого взгляда есть энергия, и когда-нибудь учёные научатся её измерять. В ответ на мой взгляд молодые пареньки часто смущаются, опускают глазки и озираются по сторонам, будто что-то потеряли. Мало кто способен ответить мне таким же сильным разрядом. А те, кто может, уже шагают со своими бабами под ручку. Иногда навстречу проходит мужская пара, поглядят на нас и дальше идут. Выискивают девочек помоложе, а может, просто не той ориентации.

Я так и говорю: вот, мол, очередные голубки пошли. Наташа смеётся, но смех этот нервозный. С Арсеном она 3 года. В Украине взрослый сын от первого мужа, уже женатый, живет отдельно. Работает Наташа на дому, маникюрщицей, так что все клиенты – дамы. И как с такой работой организовать себе любовь? А ведь секс полезен, он делает женщину свежей и доброй, он продлевает ей жизнь.

Бродили мы бродили, в итоге зашли в кафе. Сели на улице в небольшом загончике под огромным белым зонтом. Уже и забыли про погуляшки, затянули разговоры про сыновей, но тут на набережной тормознула мальчишеская пара. Стоят, обсуждают, а подойти не решаются. Я ждала-ждала, а потом села и смотрю на одного в упор. Насмешливо так смотрю, и коленочки из-под столика выставила. Они ещё потоптались, а потом, тот, которого я заприметила, решился первым. Подошёл к столику, а пареньку и 18-ти нет, скорее всего. Надел темные очки, чтобы казаться крутым, ротик в улыбке кривит, плечи то и дело расправляет. И пиджак у него ого-го, супер-солидон, только рукава длинноватые. Второй паренёк попроще, но такой же молоденький. И без пиджака, кстати, в белой майке. Стоит в стороне и кивает с тупым видом – наверное, уже пьяный.

Сначала этот первый по-итальянски спросил, мы пожали плечами: ноу, не понимаем. Тогда он стал по-английски задвигать: "мэйби сам вайн?". "Гуд", – киваю в ответ. Наташка глядит на море, а самой приятно, что рядом кавалеры. Потом тот первый достал из пиджака толстый кожаный кошелек, метнулся к бару и уже несет бутылку белого вина. Суетится, движения нервные. Сказал что-то второму, тот сходил за бокалами, придвинули к нашему столику два плетёных стула, уселись.

Первого, в пиджаке, зовут Алессио, а второго Марцио. Мне, честно говоря, тот в майке, Марцио, больше понравился. Выглядит спокойнее и взрослее, хотя тоже ещё без усов. Бабы помоложе им не дают, а мы для них в самый раз. Конечно, молодые болтают глупости, но молодость прекрасна сама по себе, уж я по Роберту знаю. Секс с молодыми – не ради секса, а ради молодой сильной энергии, без которой не обойтись ни одной женщине.

Объясняют на английском: "ви а вокинг хиа": якобы они тут работают. Непонятно, кто возьмет школьников на работу, но ясно, что без солидной работы настоящих мужчин не бывает, так что мы с Наташей делаем вид, что верим. Я у того второго, Марцио, который в майке, стреляю сигаретки. Он берёт пачку, выдвигает в ней сигарету и протягивает мне всю пачку, а затем галантным жестом подносит зажигалку.

Ногти у Марцио аккуратно пострижены, пальцы длинные, а его облик сдержан. Вообще он более настоящий, в основном молчит, и я сама рассказываю, что приехала из Латгинии, и какие у нас старинные церкви, "чочс". Он на смеси английского с глухонемым объясняет: мол, не слышал такую страну, но здорово. Потом вчетвером чокаемся, а затем чокаемся снова. Показываю на бутылку: дескать, можем повторить, "энд ви вонт апельсинс". Первый мальчишка, в пиджаке, Алессио, послушно бежит к бару, приносит ещё одну бутыль, а потом тарелку с нарезанными апельсинными дольками. Лет через 10 будет блестящий сердцеед, знаток женских желаний. Но кто же его научит, если не две опытные барышни?

Оба паренька итальянцы, только Алессио местный, живет в посёлке недалеко от Монделло, а мой Марцио, который в майке, приехал с Севера Италии. Они говорят, что двоюродные братья, но я сомневаюсь, потому что совсем не похожи. Алессио отхлебывает из бокала по глоточку, то и дело поправляя пиджак, а Марцио пьёт редко, зато сразу по полбокала. Взгляд Алессио всё рвется под стол, к наташиным ляжкам, потому уже ясно, кого он хочет. Я стройнее Наташи, так что со вкусом у Алессио не всё в порядке. А Марцио, похоже, с симпатиями не определился. Заговаривает больше со мной, но вяло, без огонька. Два молодых птенчика, ищущих тепла в этот вечер. Что ж, мальчики, дерзайте.

Говорим то все одновременно, то разбиваемся на 2 диалога, по парочкам. Алессио что-то жужжит Наташе, но она по-английски еле соображает, поэтому сидит и смиренно кивает. А Марцио – ну, который в майке – рассказывает мне, что его дядя держит табачную лавку и недоволен правительством. Налоги высокие и потому дядина мечта – всё поскорее бросить и переехать сюда, на сицилийское побережье. Марцио говорит, что ему 20 и что учится в колледже на строителя. На самом деле ему лет 18, я думаю.

Вторая бутылка пуста, над морем уже висит интимная мгла, в далёком тумане поблёскивают огоньки пароходов и яхточек. Алессио, опять поправив пиджак, предлагает идти на пляж, "ту брес си эа". Говорит, а голос подрагивает. Я припираю взглядом, в ответ его зрачки пробегают по моим грудям. Нет, всё же Алессио получше Марцио: поживее, поумнее, поэнергичнее. Отзываю Наташу в глубины кафе: "у тебя есть средства?". Наташа со смехом мотает головой. То есть презервативов у нас нет. Можно спросить в баре, но тогда это увидят мальчишки, да и бармен тоже. И как я буду выглядеть?