Чтение онлайн

– Не знаю. Но давайте проанализируем обстоятельства с позиций холодной реальности. Баллард работал в банке. Он – один из тех, кто должен был проверить деньги, упаковываемые в коробку. Он уклонился от своих обязанностей, потому что его больше интересовали результаты забега на ипподроме и радиоотчет о нем, который как раз передавали. Обычно он не играл на скачках, а тут решил, потому что кто-то посоветовал ему поставить именно на эту лошадь. Он ни разу не упомянул, откуда он получил такую информацию. Он поставил слишком много для простого банковского служащего, работающего за небольшое жалованье. После кражи Балларда уволили, какое-то время у него, очевидно, были трудности, он не знал, как свести концы с концами, и вот, наконец, нашел работу. Короче, он поступал именно так, как виновный человек, пытавшийся сбить всех со следа.

– Но так мог действовать и невиновный, – заметил Мейсон.

– Конечно, – согласился Кандлер. – Но давайте вспомним, что произошло потом. Внезапно все, к чему бы он ни прикасался, стало превращаться в золото, просто царь Мидас, а не Джордан Л.Баллард. Он занялся инвестированием, купил дело, где работал, начал скупать недвижимость, разбогател...

– Но он же получал прибыль, – сказал Мейсон.

– Конечно получал, но мы смотрим на это с хладнокровной, реалистической позиции. Бедный, уволенный, опозоренный Баллард какое-то время нищенствует, начинает работать за мизерную зарплату, а затем вдруг процветает. Он вложил деньги, и эти инвестиции принесли какую-то прибыль, но все ли его богатство – результат его удачных капиталовложений?

– Я не могу ответить на этот вопрос.

– Никто не может.

– Так что вы его подозреваете?

Доктор Кандлер кивнул.

– Именно это я и хотел выяснить, – сообщил Мейсон. – У меня есть причины предполагать, что та тысячедолларовая купюра, номер которой Баллард называл полиции, находилась в собственности Арлен Дюваль. Естественно, вы должны держать эту информацию с секрете. Вы понимаете, доктор, что мне требовалось узнать о Балларде прежде, чем двигаться дальше.

– И его убили?

Мейсон кивнул.

– Я думаю, он пришел к логическому завершению карьеры, – высказал свое мнение доктор Кандлер. – Понимаете, мистер Мейсон, у Балларда была возможность помочь в осуществлении кражи, хотя физически для него было невозможно взять деньги. Поэтому у него должен был быть сообщник.

Мейсон опять кивнул.

– И вот Баллард занялся деятельностью, которую совсем не одобрял его сообщник. Когда между преступниками нет согласия, результатом становится убийство.

– Это именно тот случай, – сделал вывод Мейсон, внимательно наблюдая за лицом доктора Кандлера.

– Наверное, я должен был испытывать жалость, – продолжал доктор Кандлер, – но на самом деле эта информация – лучшая новость, которую я слышал за последнее время. Я думаю, что ситуация близка к развязке. Теперь полиции придется разбираться с двумя преступлениями: кража из Коммерческого банка и убийство Балларда. Когда они найдут убийцу, они найдут сообщника и таким образом решат проблему кражи.

– Если Арлен Дюваль свяжется с вами, пожалуйста, сразу же сообщите мне, – попросил Мейсон.

Доктор Кандлер снова потер подбородок.

– Не обещаю, мистер Мейсон. Что касается Арлен Дюваль, я буду делать то, что, по моему мнению, лучше для ее интересов.

– Я считаю, что в данной ситуации в ее интересах как можно скорее связаться со мной, – заявил Мейсон.

– Это ваше мнение.

– Да.

– Я составлю свою точку зрения после того, как поговорю с Арлен, при условии, конечно, что она позвонит мне, – сказал доктор.

– И я думаю, предпочтительнее, если она свяжется со мной через вас.

– Почему?

– Мне вручили повестку. Я должен завтра в десять утра предстать перед Большим Жюри. Я обязан принести с собой все наличные деньги, полученные мной от Арлен Дюваль, которые находились в моей собственности, когда была вручена повестка.

– Вас будет допрашивать Большое Жюри?

Мейсон кивнул.

– Как адвокат, вы имеете право не разглашать конфиденциальную информацию, полученную от клиента. Они не могут задавать вам вопросы на эту тему.

– Вы дали очень широкую трактовку закона. Фактически, в нем говорится, что информация, переданная мне клиентом и н_е_о_б_х_о_д_и_м_а_я_ для того, чтобы я объяснил ему его законные права – это конфиденциальное сообщение, сделанное адвокату и защищенное свидетельской привилегией, но существуют и исключения из правила.

– Однако, насколько я понимаю, вы будете интерпретировать это правило в пользу вашей клиентки?

Мейсон улыбнулся.

– Вы можете на меня положиться, доктор.

Доктор Кандлер встал со стула и пожал Мейсону руку.

– Вы знаете, мистер Мейсон, что Арлен Дюваль обратилась к вам за консультацией по моему настоянию?

– Правда?

– Да. Я чувствовал, что что-то происходит за сценой, какие-то значительные события. Я не считаю себя достаточно квалифицированным, чтобы разобраться в этих моментах. Кто-то пытался использовать Арлен, как свое орудие, загрести жар чужими руками. Я решил, что как только на сцене появитесь вы, ситуация каким-то образом приблизится к развязке.

– Вы считаете смерть Джордана Л.Балларда одним из результатов моего участия в деле?

– Вы выражаетесь очень грубо, – заметил доктор Кандлер.

– Но точно?

– Да. Я не собираюсь вам лгать, мистер Мейсон. Я считаю, что убийство Балларда – один из результатов вашего появления на сцене.

Мейсон уже направился к двери и прикоснулся к ручке, когда почувствовал, как она поворачивается под его пальцами: кто-то пытался открыть дверь с другой стороны.

Мейсон сделал шаг назад и в сторону.

Доктор Кандлер хотел что-то сказать, но сдержался.

Вошла аккуратно одетая, рыжеволосая женщина лет тридцати двух, прекрасно знающая о своем шарме и отличной фигуре. Она мило улыбнулась мужчинам.

– Роза! – воскликнул доктор Кандлер. В его голосе слышалось легкое раздражение. – Что ты здесь делаешь?

– Решила заглянуть и узнать, не нужна ли моя помощь.

– Это Роза Травис, моя старшая медсестра, мистер Мейсон, – объяснил доктор Кандлер. – Она отвечает на все ночные звонки.

Мейсон пожал протянутую руку.

– Я с вами говорил по телефону?

– Да.

– Простите, если разбудил вас.

– Не переживайте. Я уже приучила себя быстро просыпаться, отвечать на звонок, а потом сразу же снова засыпать. Я сокращаю доктору Кандлеру количество ночных вызовов, успокаивая пациентов. Большинство звонящих ночью – это нервные ипохондрики, которым просто становится одиноко, если они не могут заснуть. Я советую им выпить пару таблеток аспирина, принять горячую ванну, и это помогает им подождать до утра.