Чтение онлайн

– Погоди, – отмахнулся от него Алекс и, повернувшись к взбудораженной Нике, заглянул ей в глаза, – говори.

– Бойтель сказал, что да Винчи – одна из величайших мистификаций их клана, – едва поспевая за собственными мыслями, проговорила девушка. – Возможно, это и не имеет значения, но, похоже, Созидатели очень гордятся своей ложью. Они бы не упустили такую возможность.

Алекс задумчиво кивнул и повернулся к Стефано, который несогласно качал головой.

– Думай, думай. Что может быть связано с ним? Что угодно. Улица, где он жил, памятный дом, картины…

Гондольер набрал в грудь воздуха, чтобы поставить решительную точку в этом споре, но вдруг замер, будто пережил сердечный приступ.

– Статуя Коллеоне, – выдохнул он, озадачено хмуря лоб.

– Разве это его работа? – засомневался Алекс.

– Нет! Это работа его учителя Андреа дель Вероккью, он умер в Венеции в 1488 году, оставил после себя превосходную статую Коллеоне, кондотьера, то есть наемного командира для отряда…

– Мы не туристы, Стеф, – оборвал его товарищ. – Ближе к теме.

– Минуточку, я как раз подхожу к главному. Так вот, если бы ты хорошо учился в школе, мой милый друг, то помнил бы, что Коллеоне был одним из тамплиеров. Он нанимался то в Италии против Венеции, то в Венеции против Италии, и неплохо справлялся с ролью.

– Это было бы в стиле Созидателей, – подхватила Ника, которой показалось, что она поняла, к чему клонит Стефано, и, судя по тому, как тот расцвел в улыбке, она не промахнулась.

– Именно, bella donna! Если правда то, что вы о них говорите, они бы не упустили такую возможность. Начинать поиск нужно со статуи. Именно она является отправной точкой.

Воодушевление, которое испытали все трое, нащупав тонкую, но, похоже, верную мысль, чуть пошатнулось, когда, спустя некоторое время, они стояли на площади Сан-Джованни перед статуей всадника на лошади.

– Я не смогу доказать необходимость вызывать технику и поднимать статую, – скрестив руки на груди, произнес Алекс. – Но так как со мной два умника, то просветите, что мы здесь нашли?

– Пока ничего, – обойдя статую, призналась Ника. – Кроме куска «сникерса», но это же к делу не относится.

– Тише, тише, дайте подумать, – Стефано раздраженно отмахнулся от них и, отойдя на несколько шагов назад, принялся рассматривать статую. Он ходил взад-вперед, бросая искоса взгляды на изваяние, пока вдруг не воскликнул что-то на итальянском.

– А куда он смотрит? – задумчиво произнес Алекс, не замечая, как горят глаза у его товарища по оружию. – Лошадь направлена вперед, но голова наездника повернута в сторону, и его взгляд…

Стефано заковыристо выругался, всплеснув руками, и расстроено сообщил:

– Ты что, всегда будешь разрушать миг моего триумфа?

– Так ты над этим так ломал голову? – фыркнул Алекс. – Это же очевидно!

Стефано раздраженно сплюнул под ноги и отвернулся, демонстрируя свою обиду.

– Ну, здорово, что вы такие умные, а теперь для отсталых разжуйте, пожалуйста, – натянуто улыбнулась Ника.

Так как Алекс, кривляясь, сделал вид, что закрывает рот на замок и передает слово своему другу, тот, тяжело и скорбно вздохнув, повернулся к Нике.

– Смотри.

Внимание девушки переключилось на монитор телефона, где отобразилась карта Венеции со всеми улочками и площадями. Сефано приблизил изображение статуи на снимке со спутника и провел линию от нее под углом. Красная полоса, остающаяся за его пальцем, разделила Венецию на две части и уперлась в остров святого Георга.

– Думаешь? – шепотом спросил Алекс, заглядывая через плечо Ники.

– Уверен, – победно улыбнулся Стефан.

Пока гондола несла их по беспокойным морским водам к острову, то и дело грозясь перевернуться, Ника, чтобы преодолеть страх перед холодной черной водой, тихо спросила у Алекса:

– Стефано сказал, что нас заметили. Но как?

– У тамплиеров повсюду агенты, – так же шепотом ответил он. – Среди гондольеров, продавцов мороженного и сувениров, в отелях.

– А у вас?

– И у нас. Иногда особые умники, как тот итальянский наемник, работают на обе стороны. Такое быстро лечится.

Ника прекрасно понимала, что выступало в роли лекарства. Не хотелось бы ей однажды вызвать сомнения этих милых ребят.

– А что с да Винчи? Почему к нему все привязались? Он гений, бесспорно, но эта шумиха вокруг его имени напоминает дешевый пиар, – Ника усмехнулась, услышав себя со стороны. – Наверное, глупо звучит, да?

Повернувшись, она с удивлением обнаружила, что собеседник внимательно смотрит на нее без улыбки.

– Ничуть, – подумав, ответил он. Алекс достал смартфон и начал что-то искать в сети. – Какое-то время да Винчи сотрудничал с ассасинами, и многие из наших строили предположения, что он был тайно посвящен. Но я так не думаю. Вернее, теперь я уже понимаю, что они ошибались. Да Винчи не был ассасином, как не был и тамплиером, с которыми часто имел дело. Он был одним из Созидателей. Вероятней всего, их агентом. Смотри.

Алекс протянул ей телефон с известным изображением бородатого старца, похожего на бога, каким его представляют дети. Туринский портрет, самый известный автопортрет да Винчи.

– А теперь обрати внимание, – Алекс провел пальцем по экрану, передвигая изображение.

Теперь перед глазами Ники появился портрет другого бородача, помоложе, лет пятидесяти, в берете. На последующих изображениях был такой же портрет в легких вариациях.

– И это считается портретом да Винчи.

– Может, так и есть? – предположила Ника, не понимая, к чему тот клонит.

– Думаешь? – Алекс вернул изображение снова на «автопортрет». – Тогда почему работы художников выглядят, как срисовка? Что стоит взять портрет, ставший для всех эталоном, и создать на его основе новый, чтобы затем достоверно состарить и предложить подделку как подлинник? Почему все изображения великого ученого, изобретателя и художника внезапно обнаруживаются в 18 и 19 веках?

– Знакомая схема работы, – усмехнулась Ника. – Но зачем Созидателям подделывать портрет да Винчи? Он давно умер, и едва ли кто-то бы сейчас пытался его узнать.