Чтение онлайн

ГЛАВА 51.

Самым крупным освобожденным городом на южном фланге был Пинск. Причем крупным он был издавна - расположение на транспортных путях - сначала водных, затем - еще и железнодорожных - этому способствовало. Так, в конце XIX столетия здесь было 54 фабрично-заводских заведений с общим числом работающих свыше 4 тысяч человек - главные мастерские Полесских железных дорог (1500 рабочих), фанерно-лесопильный завод и фабрика сапожных гвоздей (700 рабочих), спичечная фабрика (500 рабочих), судостроительный завод (160 рабочих), стеариновый завод (90 рабочих), 3 табачные фабрики (180 рабочих), чугунно- и сталелитейный завод (35 рабочих), пробочные фабрики (260 рабочих - изготовление пробок было довольно серьезным делом, в двадцатых годах даже существовал трест Центропробизоль - пробочной и пробкоизоляционной промышленности, который делал в том числе - внимание!
– и капсюли (по технологии - та же металлическая пробка)), фабрика химических продуктов, 4 маслобойных завода, 3 кожевенных завода, 4 пивоваренных завода, 2 мыловаренных завода, 10 круподерен, 6 разных мельниц, гильзовые фабрики, фабрика струн, фабрика халвы, костеобжигальный завод, фабрика толя, ламп, соды и другие.

К началу войны тут было пятнадцать предприятий - фанерные заводы, спичечная фабрика, леспромхоз, лесосплавная контора, молочный завод, типография, мясокомбинат, мармеладная фабрика, судостроительный завод, речной порт. И еще шестнадцать промышленно-кооперативных артелей - артели системы 'Облмногопромсоюза' (именно так - '...много...', а были еще, например, 'горразнопромсоюзы' - через '...разно...'), а также 'Красный металлист', 'Стахановец', 'Новый путь'. На предприятиях было занято 4,2 тысячи рабочих. За последний полный довоенный год они выпустили промышленной продукции на 14,6 миллиона рублей, артели - 9,2. То есть артели были практически сравнимы с государственными предприятиями. Та же артель 'Красный металлист' была образована из литейной артели, организованной еще в 1929м, и выпускала металлические кровати, печное чугунное литье, посуду из жести, железные оси к телегам. Да и в плане образования Пинск был довольно развитым городом, а после воссоединения тут были открыты педагогическое училище, фельдшерско-акушерская школа, электротехникум связи, областной драматический театр, музей, еще семь школ. А всего перед войной в нем проживало более сорока пяти тысяч человек, почти половина - евреи, а также десять тысяч белорусов, по шесть тысяч русских и поляков. Естественно, оккупировав город, немцы начали с расстрелов евреев - только седьмого августа они расстреляли восемь тысяч человек (в РИ за годы войны в Пинске было расстреляно 38342 человека). Так что остававшиеся в живых порой подходили в нам и говорили - 'Вы если соберетесь уходить, сообщите нам, мы тоже уйдем'. Но мы уходить не собирались. Это - наша земля, наши люди, и наша производственная база.

Из производств самым ценным для нас был судостроительный завод. Он был основан в 1885 году. К концу 19 века на заводе работало около 300 человек, тут строили пароходы и ремонтировали суда. Во время Первой мировой войны он был практически разрушен, а его имущество конфисковано кайзеровскими войсками. При польской власти тут разместили базу речной флотилии ВМФ Второй Речи Посполитой, а на остатках пароходостроительного завода развернули ремонтные мастерские, на базе которых в 1939 году и создали вновь судостроительное предприятие - были заново построены механический цех и цех по ремонту газогенераторных двигателей, дизельный цех, а всего на заводе работало двести человек. С началом войны все это богатство попало в руки немцев, хотя многие суда и земснаряды были затоплены - постепенно мы их достали, отремонтировали и ввели в дело. Зато станки почти все были целыми - а их направленность на обработку крупногабаритных стальных деталей существенно расширила нашу танкоремонтную базу.

Расширили ее и пинские железнодорожные мастерские при депо. Долгое время по размеру и оснащенности они соперничали с Барановичскими - так, в 1909 году общая площадь зданий мастерских составляла уже 4181 квадратный сажень, там работало 1202 мастеровых и 730 рабочих - литейная, колесная, для ремонта колес, котельная, электростанция, мостовые краны, химическая лаборатория для исследования материалов, поступавших на железную дорогу - мастерские были довольно плотно упакованы, и потом, после разрухи, также быстро развивались, ну а после воссоединения получили новый импульс. Да и остальные предприятия имели станочный парк - взять ту же спичечную фабрику - там ведь находилось почти двести станков, поэтому она имела развитые службы по их ремонту и наладке - одних слесарей был целый цех. Или городской водопровод - его начали развивать в 1937, к 1939му пробурили несколько артезианских скважин глубиной 62 метра, имелась насосная станция, проложены десять километров труб - и все это еще до воссоединения. А после него приказом ?094 от 16 апреля 1940 года по Народному Комиссариату Коммунального Хозяйства БССР утверждено решение о строительстве в 1940 году в городах Белосток, Брест, Пинск, Гродно и Ломже объектов водопровода и канализации - соответственно, в города завозились трубы, бурильные станки, насосы, готовились специалисты для создания и дальнейшего обслуживания всего этого хозяйства - а тут снова - и слесарные, и сварочные, и токарные работы - и для всего этого устанавливались станки и оборудование, обучались и завозились с востока специалисты. Ну, буровое оборудование и трубы пошли геологам, а вот остальное мы начали пристраивать к ремонтному делу - прежде всего танков.

ГЛАВА 52.

Частично танкоремонтную службу мы скопировали с немецкой. В каждой танковой роте вермахта была ремонтная секция из девятнадцати человек, у которой были два однотонных полугусеничных тягача, две ремонтные летучки и один грузовик с запчастями. Эти секции занимались не слишком трудоемкими починками, требующими затраты времени до половины дня. В дополнение к этому в танковых полках была ремонтная рота численностью до двухсот человек. Рота состояла из штаба, двух ремонтных взводов, эвакуационного взвода, секций ремонта вооружения и радиооборудования и секции запчастей. В роте были восемь ремонтных летучек, двенадцать тяжелых 18-тонных полугусеничных тягачей, 4 танковых транспортера, 2 самоходных 3-тонных подъемных крана, 2 электрогенератора на прицепах, металлорежущие станки, инструменты и приспособления, оборудование для газо- и электросварки, кузница. На базе полковой ремонтной роты развертывали ремонтные мастерские, в которые оттаскивали танки с более серьезными повреждениями. Одновременно рота восстанавливала до сорока танков со средним временем ремонта в две недели, хотя если не было запчастей, то танк мог ждать там и месяц. Ну и помимо этих штатных структур полкам и даже батальонам, находившимся на важнейших участках фронта, могли придаваться отдельные ремонтные и эвакуационные роты, находящиеся в резерве командования сухопутных войск. В особенно трудных случаях танки приходилось отправлять на находящиеся в глубоком тылу танкоремонтные заводы, которые возвращали их в строй даже после очень тяжелых повреждений. Но во время польской и французской кампаний в тыл отсылали только около пяти процентов поврежденных танков, а подавляющее большинство машин исправляли на фронте.

Проблемы начались, когда немцы напали на Советский Союз - мощности ремонтных подразделений танковых дивизий просто перестало хватать, поэтому все больше танков приходилось отправлять в Германию для ремонта в заводских условиях, а это мало того что дополнительно загружало транспортные коммуникации, но еще и на длительное время танки оказывались не на фронте. Так помимо этого, танковые предприятия оказались загружены ремонтными работами, а не производством новых танков. Так что танковые части быстро таяли, скукоживаясь чуть ли не до мотопехотных. Да и с автотранспортом была та же проблема, а ведь впереди была осень с ее распутицей (в РИ из почти 500 тысяч автомашин, тракторов и мотоциклов, которыми располагала Восточная армия в начале войны, к 15 ноября оставались на ходу только 15 %, или около 75 тысяч).

Так что немцы, чтобы снизить перевозки между Германией и фронтом, начали приспосабливать к ремонту танков местные предприятия. Например - депо и вагоноремонтные заводы и мастерские - мы застукали их за этим занятием и в Барановичах, и в Пинске, и в Волковысске, и в Белостоке, и в Гродно - везде немцы ковыряли свою технику на нашем оборудовании. Так что мы захватили не только обученный персонал ремонтных подразделений с их техникой и оборудованием, но и получили начальные сведения о технологии ремонта на конкретных предприятиях. К сожалению, мы не могли дотянуться до Минска, где немцы также разворачивали деятельность по ремонту танков (в РИ немцы организовали ремонт танков на вагоноремонтном заводе).

В РККА организация ремонта была понята на уровень выше. В ротах и батальонах ремонтных подразделений не было, а в каждом из двух танковых полков дивизии была ремонтная рота, и в дивизии - ремонтно-восстановительный батальон. То есть, если у немцев ремонтные мощности были спущены на уровень взводов, то в Красной Армии они были подняты на верхние уровни - считалось, что мелкие поломки танкисты устранят сами, и более серьезный ремонт, как и эвакуация танков, будет выполняться более централизованно - командованием полка или дивизии. В принципе, тоже разумно - это позволяло маневрировать силами по восстановлению танков. К тому же неудивительно, что у немцев возникали проблемы с продвижением частей вперед - когда каждой танковой роте требуется тащить за собой еще и ремонтников - это снижает ее подвижность, хотя нагрузка на танкистов - да, снижается.

У нас пока самым крупным подразделением был танковый батальон в составе тридцати одного танка - я ввел привычные мне размеры подразделений, содрав их с Советской Армии - так и управляться проще, и быстрее проверим командиров в реальных боевых условиях, и возможные потери будут меньше - в случае ошибки командир взвода угробит, скажем, не пять, а только три танка, и повышается маневренность подразделений, а с учетом нашего упора на тактику засад - это позволяет легче протащить танки через считающуюся танконедоступной местность - грубо говоря, поверхность для последнего танка во взводе перед ним размесят только два, а не четыре танка. И вместе с тем для тактики коротких уколов больше танков, по идее, и не требуется.

Но, вместе с тем, мы спустили ремонтные подразделения на уровень рот - в танковой роте мы ввели ремонтное отделение, которое имело оборудование для текущего ремонта - натянуть-сменить гусеницу, что-то подварить, поменять электрогенераторы, прокладки и что там по мелочи, ну и эвакуировать танк - машины все-таки часто застревали, поэтому мы ввели в роту один тягач - наш или немецкий. Предполагалось, что отделение будет основной ремонтной силой и возьмет на себя многие функции, которые ранее выполняли танкисты - это и снизит нагрузку на самих танкистов, и на предъявляемые к ним требования - а это, как я неоднократно упоминал, и ускоряло обучение - человеку не требуется изучать многое из того, чему обычно учат танкиста, да и просто расширяло базу для пополнения танковых подразделений - меньшее количество материала быстро могут изучить большее количество человек.

И пока такое соотношение вполне себе работало - даже если в роте требовали ремонта половина танков из десятка, то и в таких случаях ремонтники становились как бы начальниками ремонтных бригад, а рабочими в этих бригадах становились сами танкисты - тут еще шло и параллельное обучение операциям, пусть и не всем и не в комплексе. Ну, хоть так - все-равно лучше и быстрее не получится. А в батальоне был ремонтный взвод, который имел на вооружении уже три тягача, подъемный кран, сварочное оборудование, небольшие узлы и агрегаты для замены - тут мы пока частично продублировали функции ротных и батальонных ремподразделений, так как было непонятно, как сделать лучше.