Чтение онлайн

Тем более что ремонтного и станочного оборудования мы набрали тоже немало - помимо промышленных предприятий, много его - по нашим скромным меркам, когда еще недавно мы сидели фактически на голодном пайке - было и у военных. Так, в Барановичах находились 22я подвижная и гарнизонная 3го разряда автобронетанковые мастерские, в Белостоке - 23я подвижная и опять же гарнизонная, в Гродно - гарнизонная 2го разряда, как и в Слуцке, но ту успели вывезти практически полностью - нам достался ворох запчатей, пара прессов, несколько домкратов, с десяток сварочных аппаратов - все сломанные или выведенные из строя, но наши механики обещались починить минимум половину. Из Белостока мы вывезли 968-й окружной автобронетанковый склад, а в Гродно захватили 967й. Так что все эти склады стали полезным прибавком к нашей ремонтной промышленности - к началу сентября наши структуры по ремонту техники уже можно было так называть.

Да и строительная промышленность получила усиление. В Гродно дислоцировался 142-й строительный батальон со своей строительной техникой, да и по укрперайону мы ее собрали немало от других батальонов. Про 846-й окружной инженерный склад в Барановичах с его россыпями шанцевого и мастерского инструмента, лесозаготовительными, электротехническими, маскировочными средствами, средствами полевого водоснабжения я уже упоминал, а в Гродно было еще и отделение этого склада. В ту же копилку пошла техника и персонал и 6й ж.д. бригады в Барановичах - для ведения строительных, восстановительных и заградительных работ на их вооружении имелись экскаваторы, роликовые транспортеры, скреперы, мощные краны ПК-18,5 и ПК-45, путеразрушители типа "Червяк", мотовозы, дрезины, электросварочные агрегаты и агрегаты водоснабжения. Ну и до кучи - 16й дорожно-эксплуатационный полк в Белостоке и 17й - в Лиде - со своей дорожно-строительной техникой. Естественно, техника и персонал - еще не все, но и немало.

По боеприпасам тоже ситуация складывалась уже неплохо - ведь около 25% боеприпасов, сосредоточенных на Западном ТВД, находилось на расстоянии 50-200 км от государственной границы - и мы активно дербанили эти склады - обеспеченность РККА боеприпасами к началу войны в среднем составляла 85% двухмесячной нормы, или от 7 до 10 боекомплектов. Воюй - не хочу. Например, на станции Лесная нам достались остатки 387го склада взрывчатых веществ 3 разряда - через эти склады проходило снабжение войск противотанковыми и противопехотными минами, взрывчатыми веществами и средствами для взрывания - несколько десятков тонн разного взрывающегося и связанного с этим делом имущества. Разве что большинство складов все-таки подвергалось бомбежкам, их подрывали при отступлении, в лучшем случае - из них изымали боеприпасы, так что они стояли уже далеко не в той комплектности, что были до войны - какие-то здания разрушены, какие-то - просто пустые. Но, в среднем, где-то половина их оказалась в наших руках. Ну, те, до которых мы могли дотянуться - та же Гайнувка к югу от Белостока осталась для нас недоступной, а там ведь был артсклад 383 3го разряда - мы его смогли только немного побомбить, чтобы меньше оставалось у немцев - а то они уже повадились использовать против нас советское оружие - присылаемые с запада дивизии вермахта были не так укомплектованы, как дивизии первой линии, воевавшие с начала войны, поэтому они уже не брезговали и нашим оружием. А так - 856й артсклад 4го разряда в Гродно - наш, 843й 3го разряда в Бронне Гуре - наш. Даже в подорванном при панике 847м в Пинске нам что-то досталось - и стальные болванки, и множество цветного металлолома, да и целые снаряды находились, хотя стрелять ими мы уже опасались, поэтому разбирали на запчасти - металл отдельно, порох и взрывчатка - отдельно. И все эти склады были не такими уж маленькими - склады 3го разряда хранили до 500 вагонов, 4го - до 200. И это помимо складов отдельных воинских частей - полков, дивизий - там мы набрали чуть ли не в три раза по столько же.

ГЛАВА 49.

В той же базе Пинской речной флотилии мы обнаружили несколько десятков морских мин (в РИ подпольщики - группа Николая Чалея - стырила оттуда и передала партизанам четыре морских мины (ни и до кучи - 5 пулеметов, 46 винтовок, 18 ящиков патронов, 2500 патронов россыпью, 80 снарядов, 12 аккумуляторов, один радиопередатчик, 164 гранаты - тырили у немцев, точнее - у стоявших там венгров; другие группы тоже доставали оружие и боеприпасы, добывали и заряжали для раций партизанских отрядов аккумуляторы, доставали радиодетали)). А в каждой мине - сотня, а то и более двух сотен килограммов взрывчатого вещества - всего мы получили из них с десяток тонн ВВ - а этого хватит для снаряжения 25 тысяч мин калибра 82 миллиметра, а это - 2 500 000 квадратных метров пораженного пространства - ну или полоса длиной 250 километров и глубиной десять метров - по сути, накрытие двухсот атак силой до батальона. И это как минимум - мы считали исходя из гарантированного поражения, потому в расчетах операций брали радиус поражения десять метров, хотя по факту могло прибить в радиусе 60 метров - но это если повезет - мина давала в среднем пятьсот осколков, и на таком радиусе на один погонный метр окружности пришлось бы максимум два осколка, и то - если бы все они летели ровно вдоль поверхности земли, но такого, к сожалению, не было - что-то шло вверх, что-то - вниз. А ведь были еще и авиабомбы тоже с немалым запасом взрывчатых веществ, так что полоса смерти увеличивалась в два, в три раза. Правда, авиабомбы, особенно, крупные, мы пока решили попридержать на жирные цели типа мостов или опасные цели типа батарей, а взрывчатку брали из более мелких. Да и сдетонировавшие снаряды, а особенно их гильзы, дали нам под сотню тонн только цветных металлов - мы уже активно начинали выделывать из них гильзы для автоматов. И мы продолжали крохоборничать - собирали даже крупные осколки - металл-то там хороший!
– и даже обломки ведущих поясков снарядов - там ведь медь !

Но помимо этого у нас был и не металлолом, а вполне нормальные гильзы, которые мы тоже начинали понемногу пускать на патроны. Так, одна гильза весом под восемь килограммов от гаубицы МЛ-20 могла дать почти две тысячи гильз от ТТ. Тысяча гаубичных гильз - и два, ну - полтора миллиона патронов ТТ - получите и распишитесь. Мы, напомню, захватили только под Барановичами две тысячи шестьсот боекомплектов по шестьдесят снарядов в одном б/к - упаримся стрелять. Тем более что в том же Пинске еще во время Первой мировой местные фабриканты выделывали гильзы для русской армии, и местные этот момент помнили, так что моя 'блажь' с выделкой своих патронов вдруг получила опору - и в виде прецедента, и в виде ресурсов.

Так что мы сейчас активно приспосабливали прессы из депо и прочих мастерских на вытяжку гильз - народ пока уговорил меня начать выпуск гильз из латуни, которую легче вытягивать, хотя и стальные гильзы тоже обещал не забрасывать, тем более что уже что-то начинало получаться, и если бы не свалившиеся нам на голову запасы цветных металлов, дело быстро бы довели до ума. Но я пока решил не продавливать массовое производство стальных гильз - судя по общему настрою, люди этого просто не поймут, устроят итальянскую забастовку - и дело все-равно заглохнет. Вот когда латунь начнет заканчиваться, а войне конца-края не видно ... думаю, еще пару месяцев - и народ дозреет и до стали - тогда и внедрим новый материал парадным маршем. Главное - не выпускать из виду проработку этой технологии, а то под предлогом 'да ведь скоро уже победа' - могут и задвинуть ее в угол. Вот тут я с них не слезу. Ладно хоть оболочку пуль решили все-таки делать стальной, тем более так это было сделано и на патронах от ТТ, разве что мы делали без плакирования томпаком - все-равно заржаветь не успеет, а разница в силе трения в канале ствола скомпенсируем навеской пороха.

Порох мы стали брать из тех же зарядов от МЛ-20 - более чем два килограмма с каждого позволяли набить четыре тысячи патронов ТТ, естественно, переделав порох в патронный - три мастера за неделю проработали вопросы с засыпкой - ведь в артиллерии порох применяется в виде трубок или крупных пластин, чтобы сгорал постепенно и не разорвал орудие, да и отдачу так можно уменьшить. В стрелковом оружии он применялся в более мелком виде, не говоря уж о составе. Так, для мосинок в старых патронах использовался порох Пл-10-12 - в виде квадратных пластинок толщиной 0,1 и стороной 1,2 миллиметра. В новых - марки ВЛ - винтовочный легкий, или ВТ - винтовочный тяжелый. А в патронах ТТ - вообще марки ВП или П-125 - первый - пруток диаметром треть и длиной полтора миллиметра, второй - вообще трубка длиной миллиметр, диаметром чуть меньше миллиметра, да еще с внутренним каналом в десятую миллиметра. Так еще и буква 'П' в названии марки обозначала 'пористый' - при изготовлении его смешивали с селитрой, которую затем промывали водой - селитра растворялась и в порохе оставались мелкие поры. '125' - это столько вводили селитры - 125% от объема пороха, то есть он получался довольно пористым. Все для того, чтобы он быстрее сгорал и давал резкий импульс - тогда как, например, для винтовочных или гаубичных импульс старались сделать помягче и мало того что частицы делали покрупнее, вплоть до трубок, так еще порой вводили флегматизаторы - например, камфару.

В современных винтовочных вообще было два вида пороха (как и два вида пуль) - ВЛ и ВТ - винтовочный для легкой пули и винтовочный для тяжелой. Легкая и тяжелая пули различались ненамного - первая весила девять с половиной грамм и была длиной 28,5 миллиметра, вторая - почти двенадцать и длиной 33 миллиметра. А вот пороха размерами не различались никак - те же трубки длиной пару миллиметров диаметром меньше миллиметра и каналом с одну-две десятых миллиметра. Насыпка была практически одинаковая. То есть различия были именно в составе пороха, но мы их пока не выяснили. Хотя скорости пуль все-таки различались - легкая летела со скоростью 860 метров в секунду, тяжелая - 800. То есть по идее выходило, что пороха были одинаковые, раз при одинаковом весе давали разную скорость, причем наблюдалась зависимость от веса пули. Но их зачем-то все-таки назвали по разному. Загадка.

Так что для пистолетных пуль мы подбирали и размеры, и насыпку методом научного тыка - размочим в спирте или ацетоне трубки артиллерийского пороха, как следует размешаем, продавим с помощью мясорубки - не шутка !
– через пластинку с отверстиями, задающими диаметр, высушим, разрежем получившуюся соломку на крупинки - и давай пулять. В итоге где-то за неделю мы подобрали нужный размер зерен, при котором траектория полета пуль на дистанциях в полторы сотни метров примерно совпадала с полученной ранее - мы ориентировались на такие дистанции боя, отдавая более дальние на откуп винтовкам, пулеметам, минометам, пушкам - в общем, автоматами - только выкашивать фрица на ближних дистанциях, тем более что автоматическое оружие пока шло преимущественно не линейной пехоте, а ДРГ, которые работают по немцам накоротке. Эту-то насыпку и стали использовать, разве что поднастроить станки одной из табачных фабрик - их мы использовали для набивки гильз порохом. Оборудование же для изготовления пороха сделали быстро, благо подобный опыт с другими порохами - что вытащенными из снарядов других систем, что уже самодельных - был - как в плане лабораторных работ, которыми занимались всего три человека, так и в плане перехода к полупромышленному изготовлению - на внедрении в массовый выпуск работало уже два десятка человек, а на самом выпуске - под сотню. Так что пошли у нас патроны с еще одной маркой пороха - уже шестой или седьмой - по количеству источников пороха. Ну и ладно - главное чтобы траектории пуль были похожи.

Моя любимая тема - горючее - тоже получила мощное развитие. Про окружной склад 1го разряда в Барановичах я уже отмечал, как и про Волковысский 3го - первый достался нам почти в целом состоянии - более десяти тысяч тонн топлива и масел, второй - несколько тонн - но тоже нормально. Под Пружанами мы взяли склад 3го разряда в Оранчицах - его, правда, наши подорвали при отступлении - но и там несколько десятков тонн осталось. В Моньках - 30 км на северо-восток от Белостока, Лиде, Мостах, Аульсе под Гродно мы взяли склады 4го разряда на одну тысячу тонн каждый, а в недоступной нам Гайнувке добили бомбардировкой то, что там оставалось. До Кобринского склада мы не дотянулись даже бомбардировщиками - сильная ПВО и истребительное прикрытие, зато разбомбили склады 5го разряда на пятьсот тонн в Бельске и Черемхе - городках между Кобрином и Белостоком. Разбомбили и склад 2го разряда в Молодечно - там фрицы захватили почти четыре тысячи тонн горючего и масел, и как минимум половина сгорела после нашего налета - придется теперь фрицам тащить топливо из Германии, а то уж больно они повадились ездить на дармовщинке.

Ну и помимо топливных складов и складов боеприпасов нам достались и другие полезные учреждения. Так, по медицине - гарнизонные санитарные склады в Пинске и Волковыске, санитарно-эпидемические лаборатории в Белостоке и Гродно, военные госпитали в Слуцке, Волковыске, Лиде, Березе, Пинске, Гродно, Барановичах, Белостоке - всего на 1750 коек, но нам отошло чуть более полутора тысяч. Ну и медицинского оборудования набрали изрядно. Окружные продсклады - Барановичи, Белосток, Гродно, остатки, то что не подъели и не вывезли наши во время боев и при отступлении - Лунинец, Слуцк, отделения в Лиде и Волковыске. Ну и до кучи из Белостока и Лиды мы вывезли архивы, что не были вывезены и уничтожены нашими при отступлении.