Чтение онлайн

На вездеходах я ранее не катался. И когда, проехав по полю, мы так же уверенно пошли по камышовым зарослям, я прямо-таки влюбился в эту технику. В детстве я любил полазать по таким местам, поэтому не понаслышке знал, как непросто пробираться через плотные ряды камыша, рогоза и осоки, по колено в воде, постоянно оскальзываясь в илистом дне. Тут же ... Мы величаво шествовали по поверхности, и заросли покорно уступали нам дорогу, словно признавая, что они нам не противники, а так - просто рядом стояли. Конечно, скорость передвижения была невысокой - на шоссе выдали двадцать восемь километров, на пересеченке - под десяток, по камышам ползли со скоростью пять километров, а плыли и вообще под два-три километра в час. Но зато делали все это надежно, цепко, уверенно. И это с двигателем в семьдесят лошадей. Нет, надо развивать направление - у нас таких местностей дохрена и выше, и подобная техника очень сильно увеличит наши возможности. У немцев-то такой нет и в помине, немцы могут жаться к дорогам с твердым покрытием - вот и все, на что они способны. Мы же грязи не боимся !

Умерив свои восторги, я поблагодарил конструкторов и рабочих за новую технику и напутствовал их на новые трудовые подвиги. Три новые машины были розданы, вместе с запчастями и механиками, трем разведочным партиям, и они буквально через неделю принесли в клюве сюрпризы - залежи железных руд с заметными примесями молибдена, титана и ванадия - залезли-таки в кореличский район, там в двух километрах на юго-запад от деревни Новоселки пробурили чуть ли не под носом у немцев скважины - и обнаружили на глубине сто пятьдесят-сто семьдесят метров шесть рудных тел мощностью от семи до девяноста метров и общей протяженностью более километра. Ну не молодцы ли ?!? Правда, это месторождение требовалось еще доуточнять, да и состояло оно из шести рудных тел мощностью от семи до девяноста метров и общей протяженностью более километра - они лежали со смещениями друг относительно друга от двадцати пяти до ста пятидесяти метров по горизонтали или вертикали. Но это были уже настоящие, коренные рудные тела - именно от их размыва, как я понимаю, и образовывались те многочисленные залежи болотных руд, что были в Белоруссии повсеместно. Причем геологи обещали, что вскоре найдут еще залежи - проходившая через Минск на запад Белорусская гряда возвышенностей была не чем иным, как вершинами гор - только за прошедшие миллионы лет они были сильно разрушены и засыпаны осадочными породами. Почти как Урал, только в основном уже под поверхностью.

За эти две недели мы сделали еще пятнадцать вездеходов, и сели проектировать оснастку для изготовления новых машин - ресурсы по раздербаниванию битой техники пока были исчерпаны. А еще через неделю семь из десяти поисковых партий пришли чуть ли не пешком, с обидой на военных - злые дядьки, увидев такой чудесный транспорт, реквизировали его под свои нужды. Остальные три партии избежали реквизиции только потому, что забрались в такие дебри, что военные более-менее высокого уровня пока не смогли их увидеть, а то подозреваю, их постигла бы та же участь. Пришлось возвращать технику пострадавшим, а военным обещать в скором времени новые образцы.

А новые образцы были уже на подходе. К концу сентября мы начали выпускать по одной машине в день, попутно отлаживая оснастку и конструкцию.

Машина весом пять тонн могла перевозить на себе почти десять тонн оборудования. Широкие гусеницы делали в литейных мастерских, по комплекту в день. В мастерских же начали делать и двигатели по сто лошадиных сил - прыти это особо не прибавило, но проходимость повысилась еще больше. Геологи были от этой техники в восторге. Загрузившись буровым, промывочным оборудованием и химлабораторией, они колонной из трех-пяти вездеходов уходили исследовать местность - скважинами до двухсот метров они исследовали глубины земли и затем по керну и химическим анализам пытались установить содержание полезных ископаемых. За октябрь так было найдено еще несколько небольших месторождений железной руды, одно из них - с примесями титана и марганца, другое - с ванадием. Все - в том же кореличском районе - похоже, старые горы таили в себе несметные сокровища, так нужные нам. Я тут же усадил инженеров за проектирование шахт и добывающего оборудования, благо мы высвободили из плена несколько десятков шахтеров Тульской области - их призвали в 172ю стрелковую дивизию, которая была окружена и разбита в июле. Да и местные геологи в этих вопросах шарили. Но даже с таким подспорьем это дело небыстрое - хорошо если сделают все в первом приближении к Новому Году.

Так что пока мы начали работать на запасах болотной руды, которой было вскрыто уже много, ну и переплавка железнодорожных рельсов - это уже на ответственные конструкции. Конечно, для индустриальной разработки залежи этой руды были бедноваты - самые богатые лежали слоями по двадцать-тридцать сантиметров, с содержанием железа хорошо если тридцать процентов. Но для выплавки металла для снарядов, мин и гранат, а также для производства предметов быта, да и некоторых деталей промышленного оборудования этого уже вполне хватало. Несмотря на то, что мы собрали несколкьо десятков тысяч стволов разной стрелковки, у нас началась выделка стволов для стрелкового оружия и из немецких танков, которые уже было невозможно реанимировать - их броня была отлично легированной и ее сталь подходила для ответственных узлов и деталей - из нее же начали делать и инструмент. Но и свое сырье для легирования уже начинало течь слабыми ручейками - химики чуть ли не на коленке выжимали крохи легирующих элементов из доступных нам руд и земель.

Самым сложным становилось не само производство вездеходов, а отбиться от военных, которые при каждом удобном и неудобном случае осаждали меня просьбами и требованиями выделить им вездеходы, и побольше, побольше ... Я как мог отбрыкивался от них весь октябрь - вездеходы были нужны, чтобы сделать качественный скачок в добыче полезных ископаемых - руды лежали в труднодоступных местах, и чтобы их оттуда достать, требовалось немало сил и транспортных возможностей, и вездеходы были в первое время незаменимы. Поэтому до начала ноября я стоял как скала, пока к одному из месторождений болотной руды не была прокинута узкоколейка, по которой стало возможным вывозить заметные объемы. Тогда новая техника и пошла в войска.

А тем временем шло перепрофилирование Волковысского завода сельхозтехники и наращивание его производственных мощностей за счет оборудования, вывезенного из Лиды - прежде всего располагавшегося там до войны такого же сельхозавода. Мы даже достроили три цеха, что начали тут возводить до войны. И на этих мощностях мы создавали производство вездеходов - прежде всего спецостнастку, чтобы снизить требования к квалификации рабочих. Эти усилия в течение более чем двух месяцев дали свои плоды - к началу декабря было выпущено уже тысяча вездеходов грузоподъемностью пять тонн или десять пехотинцев с двойным боекомплектом. То есть ежедневно мы могли переправлять в любых направлениях пять тысяч тонн грузов или десять тысяч бойцов со скоростью тридцать километров в час по более-менее ровной местности и около десяти по приемлемо-пересеченной, где даже человеку будет пройти нелегко. Возможности маневра резко усилились. И с декабря мы начали каждый день выпускать по десять таких машин с двойным комплектом запчастей и запасными траками и пальцами на полгусеницы - зимой, когда песка меньше, этого должно хватать. Вездеходы стали буграми мышц, что перекатывались по нашей территории и сдерживали натиск фашистов.

ГЛАВА 45.

Но это наше первое серьезное массовое производство приходилось буквально продавливать. Когда в конце сентября я озвучил требуемые объемы выпуска, командиры производства тяжело вздохнули и принялись меня убеждать, что такое невозможно.

– Стали не хватит ?

– Стали-то хватит, рабочих не хватит ...

– Дайте расчеты в рабочей силе.

И они начали приводить примеры - как они будут делать каждую операцию. Сначала я не понимал, о чем вообще речь. Потом стал понемногу врубаться и меня начала охватывать оторопь. Они. Собирались. В массовом, поточном производстве. Вымерять все линейками и штангенциркулями. Вручную. Каждое отверстие. 'А что ? Харьковский паровозный так и работал ! А там ведь - производство Т-34, а не этих наших жестянок !!!'. после этих слов я немного озверел - возможно, на Харьковском и было много высококвалифицированных рабочих, вот только у нас их было, наверное, столько же, но на всю Республику. Да, несколько тысяч проходили обучение, могли выполнять довольно сложные операции, но только если их обучит мастер - а когда они еще дойдут до того уровня, чтобы по чертежу самим составить последовательность обработки - неизвестно. Так что мы - не Харьков.

– Да вы понимаете, что нам придется каждую деталь потом подгонять друг под друга ?!?

– А как же иначе ?

– Шаблонами !!!! Надо все делать шаблонами !!!

– Шаблонами ?

– Шаблонами, итить твою кочерыжку !!! Берете боковину. Вымеряете. Делаете для нее шаблон с посадочными местами под инструменты. Один-к-одному. Да, такой большой шаблон. Подводите к обрабатываемом листу по направляющим. Сверлите. Все отверстия сразу. Ну или последовательно, но через направляющие. Отводите от обработанного листа по направляющим. Следующий лист. Или - сварка - вставляете лист в пространственную конструкцию. Вставляете другой. Зажимаете струбцинами. А лист уже уперся забазированными поверхностями в упоры. И листы сошлись. Потому что базируете тоже на шаблонных обрабатывающих точках, которые ранее уже были подогнаны все в сборе. Запускаете автомат сварки. Он варит. Рабочий следит чтобы не было эксцессов. Все.

– ...

– Что ?

– Это же сколько потребуется оснастки-то ?

– Да уж поменьше, чем рабочих. Зато она будет работать вместо них - останется только следить чтобы все вставало ровно, да подлаживать и подтачивать инструмент. Давайте - начнем так и посмотрим, что будет получаться.

Вот черт. Не думал, что тут это еще настолько экзотично. Я-то читал про такое применительно к самолетам, ну так там тоже объемные конструкции, которые надо обрабатывать отдельно и потом точно стыковать друг с другом. И пока война не настала, все как-то особо не чесались - все вымеряли, подгоняли по месту молотками и напильниками. А как жареный петух клюнул, как рабочих стали призывать в войска - вот тут-то и поперло - за месяц-другой с помощью шаблонов наращивали производство в полтора-два раза, а через три месяца - и в пять раз от первоначального. С половинным по количеству и квалификации составом рабочих. И чего так было сразу не делать ? Когда и рабочих было больше, и их квалификация выше ... А - 'никто так не делает' - вот оно как.

Причем, мне было непонятно, почему не хотели применять шаблоны для производства вездеходов - ведь до этого мы уже наладили массовое производство печек примерно по таким же технологиям. Собственно, запуск массового производства печек окончательно убедил меня в том, что для нас нет ничего невозможного.

Производство печек с дожигом газов запустили еще в сентябре. В обычных буржуйках топливо не перегорало до конца - вместе с дымом уходило много непрогоревшего углерода и горючих газов, образовавшихся при сгорании топлива - они потом догорали уже при выходе из трубы, то есть грели атмосферу. А скоро зима, жилья не хватает, народ будет ютиться по землянкам, где будет тепло только при нормальном отоплении. Иначе - половина населения и войск будет лежать с температурой. То есть без массовых и доступных обогревательных приборов - никак. И потребуется их много. Сколько при этом буржуйки сожрут дров - одному богу известно. А ведь весь секрет печей с дожигом был в том, что дым уходил не прямо в трубу, а в особую полость, куда поступал дополнительный воздух. И - контролируемый доступ воздуха - его поступает не столько, сколько подсасывает тягой, а сколько надо для тления, при котором топливо не столько сгорает, сколько перегоняется. И уже продукты перегонки и догорают в этой полости. Вроде и немудреное дополнение, но топлива требовалось чуть ли не в три раза меньше. Поэтому выпуск сотни таких печек в день очень помогли гражданским и военным поддерживать свое здоровье в холодную погоду, когда многие здания и системы отопления были разрушены и приходилось ютиться в лучшем случае строившимися нами бараках, а то ведь некоторые жили в землянках и подвалах. К печкам прилагались и духовые шкафы емкостью в кубометр, в которых можно было сушить одежду, они же - емкости для тепловых накопителей, в которые можно было заложить кирпича и таким образом еще дольше продлить обогрев помещений на той же порции топлива. Все это позволяло меньше времени и труда затрачивать на заготовку дров или торфа. Также дополнительно поставлялись поддоны и емкости для нагрева воды - чтобы можно было хоть как-то постирать одежду и нижнее белье, сообразить небольшую помывку. Для окопов и блок-постов сделали печки уменьшенных размеров, которые мог переносить один боец.