Чтение онлайн

Жон пару раз пытался было поговорить с ней, но натыкался лишь на виноватое молчание. Он не стал настаивать — в конце концов однажды он тоже хранил постыдный секрет от своей команды и признание потребовало всего мужества, что у него было. Так что Жон просто убедился в том, что Пирра знает, что он всегда будет рядом с ней, несмотря ни на что, и поддержит в любом решении и принялся ждать, когда она будет готова, изредка напоминая о себе.

Вернув свое внимание Вельвет, он почувствовал, как хлынула аура в мышцы — один из немногих простых приемов, которые он успел изучить. А потом произошло то, что всегда случалось с ним в серьезном бою — ушли страх и неуверенность, мир потускнел и замедлился, а разум принялся четко просчитывать ситуацию. Жон был уверен, что именно эта особенность была причиной того, почему директор сделал именно его лидером команды JNPR… вот только как он узнал, если о ней не подозревал и сам Арк?

Время было слабостью Вельвет — лишь однажды она могла воспользоваться чужой силой, и удержать ее могла всего две-три минуты, после требовалась замена. Он был к ней ближе всех и любая секунда, которую она потратит на него, может помочь Пирре выстоять. Пусть она отмахнется от него, едва заметив, пусть отшвырнет в сторону, как щенка — секунда или две, капелька сил и внимания может оказаться той соломинкой, что поможет чемпионке победить.

Жон бросил себя вперед, выставив щит — ударить, сбить с ног или хотя бы заставить отвлечься. На какой-то неразличимый миг он встретился взглядом с Вельвет — фавн улыбалась ему в лицо, а золотистая броня спадала с рук, отсеченная от куртки на мгновение получившей алмазную твердость нежно-розовой аурой. Белоснежная трость, созданная из полупрозрачных силовых полей, ударила сверху вниз, по верхнему ребру щита — с такой силой, будто забивала сваи в бетон. Заостренный кончик щита ударил о мостовую, брызнула каменная крошка. Тормозить было уже слишком поздно — рыцарь налетел на собственный щит, споткнулся и инерция бросила его кувырком. Уже в воздухе, способный лишь беспомощно наблюдать, как с бешеной скоростью вращается вокруг мир, он почувствовал тонкие девичьи пальчики, обхватившие лодыжку. Потянув на себя, Вельвет превратила пологую траекторию в крутое пике, добавив к его собственной инерции еще и свою силу.

Столкновение с камнем вышибло из него дух, заставило коротко вскрикнуть от боли, прорвавшейся сквозь защиту серебряной ауры. Он успел лишь перевернуться на спину — и тонкий кончик трости ударил в лицо, заставив весь мир потонуть в боли и сиянии защитного поля. Он вслепую ударил мечом, что каким-то чудом умудрился удержать в руках: серебро его души потускнело на мгновение, но чудовищный по силе удар вывернул рукоять из мертвой хватки, и новая боль — от едва не вырванных суставов — заставила заскрипеть зубами.

Сквозь потускневшую ауру он увидел над собой Вельвет — кончик призрачной трости застыл в паре сантиметров от глаза, почти касаясь едва тлеющего защитного покрова… а прямо над кроликом бессильно застыли в воздухе две легковушки, контролируемые Пиррой. Прямо сейчас любой удар по Вельвет был одновременно ударом и по Жону.

Он снова ошибся. Даже видя, в кого превратила Вельвет сила директора, он все равно и представить себе не мог, что она будет действовать так: быстро, эффективно и безжалостно. Два удара, один захват — и весь бой зашел в тупик. У Жона еще оставалась аура, чтобы выдержать еще один удар, подобный предыдущему — но только один. В темных карих глазах, во взгляде, тяжестью в несколько тонн, Жон пытался — и не мог разглядеть снисхождение.

— Отпусти его.

Арк едва узнал этот голос: ярость и злоба исказили его, изуродовали до неузнаваемости. С трудом отведя взгляд от трости, готовой пробить ему череп навылет, он изогнулся, бросив взгляд назад и не поверил своим глазам.

Она стояла там же, где и пару секунд назад, широко расставив ноги и готовясь к прыжку: напряженная, как натянутая до предела струна, готовая лопнуть в любой момент. Ее аура клубилась вокруг тяжелым дымным облаком, скрывая выражение лица и размывая контуры тела — лишь зеленые глаза сверкали, как два изумруда на солнце. Жон мог бы поклясться на чем угодно, что темная медь почернела, пошла мутными чернильными пятнами. Это было невозможно — аура может менять насыщенность, но не цвет… но тем не менее было.

— Спусти ауру, — ответила спокойным, едва узнаваемым голосом Вельвет. — Мы с тобой обе знаем, на что ты готова ради него, Пирра. Умереть самой — это даже не самая верхняя позиция в списке.

Ответ чемпионки звучал так, будто она с трудом вспоминала, как правильно говорить, не срываясь на животный рык. Простые короткие слова, произнесенные с заметными паузами, звучали как дважды передернутый затвор:

— Отпусти. Его.

Вельвет нажала чуть сильнее, чтобы поторопить Пирру. Когда кончик трости, вместо того чтобы заставить ауру вспыхнуть, беспрепятственно прошел через защиту и коснулся кожи на лбу Жона, она быстро посмотрела вниз, чуть нахмурившись. Жон криво улыбнулся, с вызовом глядя в эти безжалостные карие глаза и отказываясь защищаться. Он лихорадочно пытался найти выход, хоть какой-то способ вывернуться, но тщетно — изящная ножка фавна давила на грудь как две наковальни.

— Ты не посмеешь, — все, что он мог сказать своему врагу. — Духу не хватит.

— Вельвет, может, и не хватило бы, — кивнула Вельвет. Трость надавила чуть сильнее, слабо вспыхнув розовым на кончике. Жон почувствовал, как по коже побежала тонкая струйка крови, стекая по виску. — Мне — хватит. Спусти ауру, Пирра — это не игра и не блеф.

Он едва успел заметить размытую красную вспышку, облако алых лепестков роз, мгновенно пересекшее площадь. В то же самое мгновение облако приобрело человекообразные очертания, а те лепестки, что обхватили призрачную трость, превратились в черно-алое лезвие косы. Руби даже не успела материализоваться до конца, когда ствол винтовки плюнул огнем, разрывая напряженную тишину грохотом выстрела, и трость едва не вырвало из рук Вельвет, заставив сделать шаг вперед, чтобы сохранить равновесие.

Жон не упустил свой шанс — перекатившись, он поднялся сначала на четыре конечности, а следом — с низкого старта припустил прочь, тратя последние остатки ауры, чтобы подтолкнуть ноющие мышцы еще сильнее. За спиной вскрикнула Руби, жалобно зазвенела, ударившись о мостовую, ее коса — Арк сжал зубы и не замедлился ни на мгновение. Он ненавидел собственную беспомощность каждый день своей жизни, но еще никогда так сильно, до зубовного скрежета, как здесь и сейчас, когда единственное, чем он мог помочь своей команде, было: «не путаться под ногами». Дважды заскрежетал сминаемый металл: должно быть, это Пирра атаковала Вельвет автомобилями. В отчаянном стаккато выстрелов Жон узнал винтовку чемпионки — его партнер стреляла с такой скоростью, будто была вооружена автоматом. Почти сразу же грохот выстрелов сменился сухой рваной барабанной дробью — это сталь сталкивалась с силовыми полями.

Он позволил себе остановиться, лишь оказавшись на самом краю площади. Замерев на секунду, Жон заставил себя оглянуться, страшась увидеть непоправимое.

В центре площади бушевал медно-розовый вихрь, столь стремительный, что Арк не мог разглядеть ни одного отдельного движения — только разноцветные вспышки аур, выстрелы и сухие хлесткие удары, когда металл встречался с призрачной тростью. Крепко сжав кулаки, Жон до рези в глазах всматривался в этот вихрь, пытаясь хотя бы разглядеть, кто побеждает, найти какой-то способ помочь…

— Нора! — прорычал он в Свиток, поднеся коммуникатор к лицу.

— Занята! — с равной яростью огрызнулась Волкири.

— Вы нужны нам!

Вот из вихря вырвался сияющий розовый серп аурной энергии, вспоровший каменную мостовую, как пенопласт, и затухший лишь у края площади; следом сверкнуло багровое энергетическое копье, продырявив один из домов…

Запоздало он вспомнил, что Вельвет была не единственным противником. Быстро оглядев площадь, он обнаружил двух фавнов там же, где видел в прошлый раз — сжимая в руках оружие, они пристально наблюдали за боем, не пытаясь вмешиваться. Видимо, они куда быстрее него сообразили, что будут лишь помехой…

«Руби!»

Он нигде не видел маленького снайпера, зато нашел ее косу — она лежала совсем рядом, только руку протяни. Мельком брошенный взгляд на Свиток утверждал, что аура у нее еще осталась, пусть и тревожно мигала темно-красным.

— Руби! — позвал он, бросившись к оружию.

Ответом ему было облако алых, как кровь, лепестков, пересекших площадь с такой скоростью, что превратились в его глазах в багряную полосу. Руби стрелой нырнула в вихрь и…

— ХВАТИТ! — пронзительный девичий крик на мгновение перекрыл шум боя.