Чтение онлайн

– Слабенькая женщина, я ведь немного налила, но её вынесло с пары глотков.

– Не пьешь ты, святая простота, не разбираешься в алкоголе. Он с лимонадом на голодного человека быстрее действует.

– Только судью в конечном итоге уволили… На самом деле как-то подпортило комедию, – и продолжила, – то, что Джоанна победила в итоге.

– Жизнь – несправедливая штука.

– На самом деле я даже не против искупить любые проступки в прошлом, лишь бы выбраться отсюда.

Эльвира печально усмехнулась и, сжав губы, опустила голову. Она смахнула с глаза предательски выступившую слезу, так как не могла позволить ей прокатиться по лицу.

– Эй, – Оливье ласково потянул Эльвиру за щеку и потрепал, подруга неловко отстранилась. – Не забывай, что нас заперли здесь вместе, а мы, между прочим, далеко не плохи. Вот взять тебя – я и в школе считал тебя выносливой и целеустремленной.

– Но мы имеем дело вовсе не с обычной бабушкой, ты разве не понял?!

– Тьфу! – махнул успокоитель, демонстрируя уверенность в своей правоте. – Её сила в том, что нечисть сейчас в моде, а в остальном проклятая чушь проигрывает.

– Ты, конечно, чаще всего несешь бред, но поднимаешь настроение.

Эльвира уважала соратника с каждой минутой сильнее и сильнее. Правильно утверждают – общая беда сближает людей. Также Эльвире, несомненно, нравилось, с каким увлечением её слушал Оливье, что он наслаждался времяпрепровождением с ней даже в столь адском здании.

– Ну, здесь сидят такие же люди, как и мы, а не как та дама-труп. Люди! Немного психически сплющенные, правда, но люди! Мы объединимся!

– Ты думаешь, мы сумеем до них достучаться? До этих… отбитых сливок социума, мягко выражаясь?!

Оливье схватил Эльвиру за руку и потянул за собой в общую комнату.

Подростки пришли в зал, и Эльвире оставалось только догадываться, что Оливье задумал. Но зная его – ничего хорошего.

Та же картина маслом. Неизвестный психопат бил другого об стол, но тот смог вырваться и в истерике побежал к лестнице наверх, будто напуганная собачка. Неизвестная девушка молча вылупилась в стену и сидела бездвижно. Всё по светским традициям.

В зале располагалось человек двадцать, некоторых из них Эльвира и Оливье раньше не встречали. Например, парня, который вырезал на ладони подобие лица и делился с ним, должно быть, увлекательной историей. Вероятно, остальная часть заключенных находилась на втором этаже.

– Трупы, валяющиеся раньше, убрали. Главная постаралась. Ей, походу, не чужда педантичность или что-то в этом духе, – проанализировала Эльвира. – И зачем ты меня сюда привел?

Оливье обернулся к подруге, поправил темно-зеленую рубашку и того же цвета штаны. В эту одежду его заставила переодеться бабка, как и остальных пленников.

– Я выгляжу внушающе?

– Не особо…

Проигнорировав негативное мнение, храбрец решительной походкой двинулся к компании арестантов. Эльвира и две буквы проговорила, а он уже на стол поставил ногу, затем и вторую, вызывающе развел руки, привлекая внимание.

– Дьявол, да что Лонисто творит?! – вырвалось у Эльвиры. Она испытала искреннее волнение, что Оливье пострадает, хоть и переживания за другого являлись для нее, в какой-то степени, новыми.

– Что ж… я знаю, что.!

Не успел оратор закончить, да и начать, как крупный парень грубо столкнул его со стола, из-за чего тот чуть было не упал на лицом в пол, но стойко удержался на ногах. Так пленники недвусмысленно намекнули, что не собираются слушать, что тут же подтвердил хам, пихнувший его:

– Завались, щенок! – прорычал он сквозь зубы. Видимо, он являлся местным авторитетом. – Ты кто вообще такой?! Что забыл в нашей компании?! Ты же жалкий ездюк, вряд ли можешь кого-то прибить! А еще и лезешь к нам!

– Я… – выкручивался Оливье, выдумывая, пусть и нелепую, зато подходящую зэкам историю на ходу, – пью кровь младенцев вместе с их отцами на глазах рыдающих матерей, под пивко могу наоборот.

Заметив грозные рожи, непринятый артист решил не повторять попытку достучаться до отбросов. Он устремился к палате, а за ним пошла Эльвира, которая с облегчением выдохнула, убедившись, что ему ничего не угрожало. По крайней мере, пока.

– Они бы скорее твоей головой в футбол сыграли, чем поддались на твою доч"eрта пафосную речь! На что ты вообще надеялся, идиот?!

Она по плечу стукнула Оливье, а потом и второй раз.

– Найти помощников и впечатлить тебя, и я уверен, что второе удалось, – подмигнул тот, затем открыл дверь палаты и шагнул внутрь. Он вел себя безмятежно, словно и не рисковал минуту назад здоровьем.

– Ты запал в меня из-за поездки?

– Вообще-то давно, но, в принципе, угадала – заметил симпатию к тебе я после той самой обязательной поездки в музей. Помнишь же, что случилось? Счастье так и валится на голову, верно?

– Ох, блин, не забыть…

– А то.

Неделю-две назад.

Сентябрь, начало одиннадцатого класса. Оливье располагался в закрытом купе поезда, двигающегося в другой город. Школьный ученический совет настоял, чтобы абсолютно каждый ученик съездил в музей, угрожая незачетом в случае отказа по неуважительной причине. У Оливье, по словам учителям, то дедушка (которого у него не было) в деревне умер; то он из гроба сбежал; то паспорт потерялся; то срочный переезд запланировался; то другие беды вылезли, вплоть до обещанного по новостному каналу конца света в день экскурсии. Но преподаватели, к сожалению, не поверили.

В поезде выключили свет, ведь большинство учеников уже легли и накрылись одеялом. Оливье тоже, однако лечь – не равно спать, и уснуть он не мог: покачивание, стук колес и непривычная обстановка не позволяли. Оливье смотрел в окно, где мелькали огоньки фонарей, фар машин, витрин зданий, создавая слитную полосу различных цветов.

Он увидел, как с верхней полки опустилась рука спящей Эльвиры. Их учителя посадили в одно купе, потому что они – единственные, кто не нашли компанию в поезде. Одноклассница переместилась к краю.

Грохот.

Эльвира полетела с верхней полки, грохнулась сперва спиной на стол, свалив с него бутылку лимонада, потом перекатилась на Оливье. Она навалилась на его тело, но особенно болезненным это пришлось для лица и ребер. Оливье хмыкнул: «Ай!», пока на нем лежала Эльвира, уткнувшись рядом в подушку и на миг застыв из-за шока.

– Говорил же «давай я на верхней полке?», так нет, полезла, – пробурчал Оливье, которому повезло, что соседка не сломала ему и себе косточки.

– Заткнись.