Чтение онлайн

Яшка подумал и крылья свернул, но хохяйку не оставил. Хрийз погладила его по голове. Защитник. Жизнь отдаст без колебаний…

Бранислав Будимирович взял стул, подвинул его ближе к кровати, сел, положив ногу на ногу, и кивнул:

— Рассказывай.

Не зло вроде бы предложил. Но Хрийз уловила приказ, хоть и смягчённый интонацией. Она вздохнула, и рассказала всё. Как не дала убить подругу в самом начале, когда по её душу пришла Дахар. Как пыталась спасти её сейчас… «И пусть ругает! — отчаянно думала она. — Пусть! Всё равно, сделанного не вернуть, пролитого не собрать. Может быть, Ель ещё придёт в себя…»

— Ты поступила правильно, дочь…

Хрийз вскинула голову, не поверив собственным ушам. Правильно?! Да её за такую правильность кто только не лягнул ещё! Даже Гральнч высказался, что она вечно во что-нибудь вляпывается.

— Мы, Сирень-Камменогорские, никогда не бросали своих людей. Никогда не требовали от них того, на что не были способны сами. Никогда не говорили:

«Вперёд!». Всегда только — «За мной!» И никак иначе. Я рад, что ты не бросила подругу, Хрийз. Но, — он воздел указательный палец. — Всё же тебе надо было дождаться старого Канча.

— А он бы нить ей оборвал, — упрямо сказала Хрийз. — Она же родилась уже в другом мире! сТруви бы оборвал эту связь, только и всего! Я его видела.

— Душу, ушедшую в другой мир на перерождение, можно отозвать…

— Я… сильно ей повредила? — спросила Хрийз о наболевшем. — Ель, она… превратится в нежить?

— Трудно сказать. Слишком мало времени прошло. Но нежитью она уже навряд ли станет… Разве что просто не сможет проснуться.

Хрийз сразу вспомнила рассказы о Хрийзтема-Старшей, чьё тело лежало в

Высоком Замке, ожидая, когда к нему снова вернётся ушедшая душа. Наверное, и князь о ней вспомнил. Не мог не помнить о своём ребёнке, которого надеялся спасти столько лет…

— Она служила Смерти, — тихо сказал Бранислав. — Как могла и как умела. В нашем роду никогда не было проводников этой стихии, а вот здесь… вполне могла бы появиться неумершая. Слишком далеко она ушла по этой тропе. Ты — совсем другая, хоть и носишь то же самое имя. И это знак, что всё изменилось. Всё. Смерть отдаёт присвоенное не по полному праву, а по тому, насколько плохо оно лежало. Неумершим это не очень нравится, но им придётся смириться, и они это знают. В первый же год, как ты вернулась, в Сосновой Бухте начало рождаться больше детей, чем в прошлый год. А уж после твоей инициации как мага Жизни количество рождений возросло ещё больше. Мы ещё поборемся, дочь, — и он сжал кулак. — Мы — будем жить!

Хрийз кивнула. Он так говорил… Как человек, давно утративший всякую надежду отстоять свой мир от медленного, постепенного, но неизбежного при угнетении стихии Жизни угасания, и вдруг получивший эту надежду снова. Кинуло в жар при мысли, что надежда — это она, Хрийз. Пусть, как выяснилось, высокого рода, пусть инициированная как стихийный маг, но что это меняет? Ни опыта, ни должного запаса магических сил, ни знаний. Лёгкая добыча…

Потому и была рядом Лилар, высший маг, нанявшаяся в услужение. Не просто слуга, положенная знатной девушке. Телохранитель… И тоже, наверное, жизнь отдаст без долгих раздумий.

— Я… могу вернуться в школу? — затаив дыхание, спросила Хрийз.

Она помнила, как сТруви обещал ей чулан. Тёмный. Чтобы уж точно не навредила ни себе, ни людям.

— Можешь, — кивнул князь.

— То есть, вы не станете запирать меня в подвале? — чуть осмелев, уточнила она.

Он улыбнулся, краешком губ, но улыбка вышла доброй, а в уголках глаз разбежались лучики весёлых морщинок.

— Нет, хотя мне очень хочется сделать именно это. Но я не для того поднимал тебя в полёт, чтобы сейчас подрезать крылья. Стихийного мага просто так в подвале не запрёшь… Но я хотел бы, чтобы ты всё же поберегла себя, Хрийз. Ты — последняя в роду… и на тебе сейчас кристаллизуется почти угасшая в нашем мире стихия. Вот, возьми, — он вынул из-за пазухи тонкий, хрустально сверкнувший в свете потолочной лампы браслет, плетённый из уже знакомых Хрийз стеклянных нитей, только очень тонких, с волосок, не больше. Таких девушка ещё не видела, и что-то подсказывало ей, что аль-нданна Весна таких нитей тоже не видела. Это изделие помнило руки совсем другого мастера…

— Экстренное спасение, — пояснил князь. — Браслет генерирует портал со случайной точкой выброса, радиусом в два-три километра. Выбросить может куда угодно, на самом деле. Отследить такой портал невозможно. Если станет совсем худо, воспользуйся.

Хрийз осторожно взяла в руки браслет. Он тёк между пальцев, как вода, приходилось всё время ловить его. Гладкая стеклянистая поверхность холодила кожу.

— Надень на запястье… вот так.

Браслет послушно обернулся вокруг руки и исчез.

— А его никто не… почует? — спросила девушка. — В смысле, магически…

Сама она не чувствовала ничего, кроме слабой, на грани восприятия, холодноватой шершавости на коже. Но в магическом спектре браслета словно не существовало вовсе.

— Нет, — качнул головой Бранислав. — Подобные артефакты сливаются с аурой владельца и копируют её спектр полностью. Редкая, сложная в исполнении вещица.

Этот браслет сделала когда-то моя жена, она была хорошим артефактором. Браслет не инициировался ещё ни разу, я просто хранил его… как память…

Хрийз прикусила губу. Княгиня Сирень-Каменногорская сгинула в Алой Цитадели вместе с младшими дочерьми. Повезло уцелеть лишь Хрийзтеме-Старшей. И то… как сказать… если вспомнить о нынешнем её состоянии.

— Спасибо, — тихо сказала Хрийз.

— Береги себя, дочь, — он встал, сказал с сожалением:- Мне пора. Я бы остался с тобой… но не могу. Время — то единственное, что нельзя занять, украсть или растянуть в бесконечность.

Но он ещё не уходил. Стоял и смотрел, и под его взглядом Хрийз вдруг будто толкнуло что-то. Она сама не поняла, что. Ни тогда, ни потом. Но девушка сползла с кровати, шагнула к нему, — к своему отцу, чёрт возьми! — обняла, ткнулась лицом в грудь, и замерла так, холодея от собственной смелости.

Он вздохнул, провёл ладонью по её волосам, раз, другой. Отстранил:

— Мне пора.

Хрийз кивнула.

— Вы тоже… — начала она, и голос вдруг сорвался… — В общем, тоже… Берегите себя, отец.

Он улыбнулся. Кивнул. И исчез.

Ушёл на Грань, поняла Хрийз. Там, на Грани, идёт война. Война, которую Третий

Мир может проиграть.

В окно сыпануло острым колючим снегом. Над Сосновой Бухтой буйствовал зимний буран.

Хафиза Малкинична, изругав как следует для порядка, подопечную свою всё же отпустила.

— На удивление последствий мало, — сообщила целительница. — Я ожидала худшего!

— Мне сказали, — осторожно выговорила Хрийз, — что баланс между стихиями

Смерти иЖизни был нарушен, а сейчас он восстанавливается. Наверное, поэтому без последствий?

— Дитя горькое, — сообщила ей Хафиза Малкинична, сочувственно качая головой.-Последствия — будут. Ты расплатишься за то, что влезла, куда не следует, сполна.

Рано или поздно. Так или иначе. Подобные деяния оставляют шрамы в душе навечно.