Чтение онлайн

– Проверьте оставшихся нападавших. Если есть кто-то живой, не добивайте. Оставьте для допросов, – командовал он на ходу. Они уже почти дошли до нужной двери, как в спину им откуда-то с полу разрядилась неожиданная очередь. Одна из пуль вспорола рукав императора, обжигая плечо. Развернувшись, Шан выбил ногой оружие у раненого сепаратиста, из последних сил пытавшегося убить Императора. Кивнув одному из солдат, чтобы занялся пленным, он двинулся дальше.

Когда они оказались у покоев принцессы, паника захлестнула Шана. В том месте, где когда-то был замок, зияла развороченная дыра. Он толкнул дверь, но что-то помешало ей открыться. Тогда он забарабанил в нее кулаками и закричал, не замечая от волнения, как перешел на каймиарский:

– Габриэлла! Вы живы? Ты можешь открыть дверь? Габриэлла!!!

– Шан, это ты? – спросил неуверенный тихий голос.

«Бог всех Богов! Спасибо! Она жива!» – Это я.

– Подожди минутку…

За дверью послышался какой-то тяжелый шорох и стон. Наконец дверь открылась, и потрясенный император застыл на пороге.

Габриэлла стояла, сжимая в правой руке короткоствольный пистолет. Лицо ее было перепачкано кровью, до сих пор сочившейся из разбитого во время падения носа. За спиной на полу лежал мужчина. Увидев Шана, принцесса отступила, дав ему возможность войти и тут же воскликнула:

– Ты что, ранен?!

Не отвечая, он с облегчением взял ее за плечи, всмотрелся в лицо, а затем прижал к себе.

– Слава Богу всех Богов ты жива! Ты цела?

Габриэлла кивнула.

– А где Лерика? – стараясь не сорваться на панический крик спросил Шан.

– Я спрятала ее под кровать, – прошептала принцесса.

Император выпустил ее из объятий. Присев, он откинул натянутое до пола покрывало, что-то сказал очень ласково и помог племяннице выбраться из своего укрытия.

Габриэлла наблюдала, как Шан обнимает девочку, целует в лоб, снова обнимает и говорит что-то, от чего она смеется сквозь слезы. Она сама несколько раз усиленно моргнула, пытаясь вернуть резкость зрению. К горлу подступила тошнота. Выпустив наконец из рук пистолет, она села на пол, чтобы не упасть. Голова закружилась, и в следующую секунду ее вырвало прямо на пушистый ковер. Мучительный спазмы свернули ее дугой, не давай вздохнуть. Чьи-то руки держали пряди ее волос, а когда ее желудок наконец прыгнул на место, подхватили и уложили на кровать. Она вся покрылась испариной, снова хлынула кровь из носа.

– Габриэлла, что с тобой? – Шан испуганно вытирал ее лицо салфетками, которые Лерика выудила все из того же чемодана принцессы.

– Не знаю… Может отложенная реакция на стресс… Шан, он скоро очнется…

Император совершенно забывший про находящегося здесь же врага, позвал бойцов, чтобы заковали в наручники и унесли его.

– Что вы с ним сделали? – спросил он после.

Габриэлла открыла было рот, но ее вновь замутило, и она молча откинулась на подушки. Успеется все… Тут настал звездный час Лерики. В отличии от принцессы, у нее была совершенно другая реакция на стресс.

– Ты видел?! Ты видел, что на нас напали наши же «куколки»? Как это вообще возможно?!. Бог всех Богов! Я чуть не умерла от ужаса, – затараторила она. – Представляешь, этот страшный человек стрелял в нашу дверь. А Габриэлла достала парализатор и спрятала нас за дверью, а он вошел и так по-хозяйски стал осматриваться. А она кааак выстрелит ему в шею, и он упал, представляешь! А потом мы двигали трюмо. А потом Габриэлла дала мне нож и баллон с газом и велела залезть под кровать. Мне было так страшно, я видела только ноги принцессы. Я так боялась, что ее убьют и что тебя убьют и что нас всех убьют…

–Тшшшшш, Лерика…. – Габриэлла открыла глаза и слабо улыбнулась, – Передохни, детка, а то у меня расколется сейчас голова. Шан, у тебя весь рукав в крови. Тебе надо к врачу…

– Не волнуйся, там ничего серьезного…

Тут на поясе императора зашипела рация.

– Ваше величество, корабль чист. В живых осталось 9 бойцов вместе с ранеными. Пилоты убиты, делегация меабитов тоже. На связь вышел адмирал, он лично летит к нам с эскадрой из пяти крейсеров.

Габриэлла села в кровати. Перед глазами все по-прежнему плыло, но хотя бы уже не мутило.

– Я должна связаться с отцом, прямо сейчас.

Шан покачал головой.

– Сейчас нельзя. Как бы на сигнал к нам не прилетела еще одна партия повстанцев. Дождемся крейсеров адмирала. Там и позвонишь. А сейчас давайте переместимся ко мне, – с этими словами он поднялся и легко взял свою невесту на руки.

– Отпусти! Я сама могу идти… У тебя рука ранена… – Габриэлла попыталась вырваться, и пол с потолком сразу заходили ходуном у нее перед глазами.

– Тише, – Шан поцеловал ее в лоб. – Тебе надо прийти в себя.

Лерика за спиной у императора смущенно отвела глаза.

Новая команда без труда подняла в воздух исполинский корабль. Отсутствие хвоста не сказывалось на его летных возможностях. С легким гулом крейсер поднялся в небо и в окружении пяти военных бортов взял курс на каймиарскую столицу. Император настаивал, чтобы принцесса и Лерика пересели в крейсер к адмиралу, но Габриэлла наотрез отказалась, так и оставшись в комнате Шана. Небо давно потемнело, плотная серая дымка прятала звезды, угрожая всему, что есть в воздухе и на земле, ливнем. Она стояла у окна, подавленно вглядываясь в пространство за стеклом, и вздрогнула, когда дверь за спиной открылась.

Вошел Шан. Его плечо уже было перевязано, рассеченная бровь стянута двумя блестящими медицинскими скобами. Он приблизился к невесте и тихо сказал:

– Через час прибываем… Как ты?

– Нормально.

Император с тревогой посмотрел в ее бледное лицо с большими, блестящими серыми глазами. Протянув руку, он приложил ладонь к ее щеке.

– Я очень испугался за тебя.

Габриэлла слабо улыбнулась:

– Как твое плечо?

– Ерунда. Слегка только зацепило.

Принцесса шагнула вперед и обняла его, положив голову на грудь. Он крепче прижал ее к себе и замер, отпуская ненадолго всю тревогу последних часов.

– Шан… А что ты сказал Лерике, когда достал ее из-под кровати? – спросила неожиданно Габриэлла.

– Я сказал, что счастлив видеть ее невредимой. Ведь иначе ее мать оторвала бы мне голову голыми руками, – засмеялся Шан. – Почему ты спросила?

Принцесса чуть отодвинулась, чтобы видеть его лицо.

– Это было очень трогательно. Раньше ты всегда сдерживался при ней и никак не подчеркивал вашего родства. А тут… Я вдруг подумала, ты ведь, наверное, помнишь ее совсем ребенком…А я даже не знаю сколько тебе лет…