Чтение онлайн

К себе в комнату я возвращалась сытая, довольная и умиротворенная. Кажется, с тех пор как умерла Лариса Васильевна, я и не ела вкусной домашней еды, перебивалась бутербродами и кефиром.

На втором этаже играла музыка — негромкая, но веселая. Я толкнула дверь в свою комнату… и замерла на пороге.

Музыка лилась из модного магнитофона, стоящего на моем столе. По всей комнате разбросаны чужие вещи. Постельное белье некрасивой кучей лежало на полу. Рядом — моя сумка и то, что я привезла с собой.

По комнате бешеной козой скакала девица: рыжая и нахальная. Она подвывала в такт музыке и пихала в мой шкаф свою одежду.

— Что тут происходит?! — рявкнула я, перекрикивая музыку.

Девица остановилась, уставилась на меня… и лицо ее просияло от радости.

— Ты, наконец, пришла! — заявила она. — Поможешь мне разобрать вещи. И свои забери, чтобы под ногами не мешались.

— Чего? — переспросила я, впадая в легкий ступор.

— Ах, да… — Она слегка поморщилась. — Не буду ждать, когда меня представят, хоть так и не принято. Виконтесса Клавдия Домбровская. У моего отца, графа Домбровского, имение в Рязанской губернии, а бабушка, урожденная…

— И что ты делаешь в моей комнате? — поинтересовалась я, перебивая.

Еще пара слов о генологическом древе Домбровских, и я за себя не отвечаю. Внутри все клокотало от гнева.

— Мне нужна отдельная комната. И ты мне ее уступишь, — с улыбкой Медузы Горгоны произнесла Клавдия. — Не стой, помогай.

На меня вдруг снизошло спокойствие. Мне и проклинать эту нахалку необязательно, достаточно схватить за рыжие космы, да дать пинка для ускорения. Я в своем праве, это моя комната. Однако я предпочла цивилизованный метод: отправилась за Антониной Юрьевной, чтобы та навела порядок в собственном доме.

— Как же так… Я же все ей показала… Я же предупредила… — бормотала Антонина Юрьевна, торопливо поднимаясь по лестнице.

Я молча шла следом, предвкушая торжество справедливости и, одновременно, испытывая легкое разочарование. Даже если другие соседки окажутся милыми и воспитанными девочками, эта паршивая овца будет все портить.

Я не обольщалась: культура либо есть, либо ее нет. У Клавдии ее определенно не было. Такие, как она, уверены, что все вокруг должны им по праву рождения. Отдельная комната досталась какой-то простолюдинке? Это недоразумение, что можно легко устранить!

— А, Тонечка! Я же говорила, что все получится. Яра с радостью уступила мне комнату.

Тонечка? Я споткнулась о верхнюю ступеньку и чуть не упала, услышав нарочито-веселый голос Клавдии. Это она так к хозяйке дома обращается?

— Ты не забудь, освободи ванную комнату от чужих вещей. Я не могу ее с кем-то делить, это негигиенично, — продолжила Клавдия.

Она еще и «тыкает» женщине, которая намного старше ее?!

— Так! — Я решительно отодвинула в сторону Антонину Юрьевну, застывшую на пороге комнаты сусликом. — Во-первых, комнату я не уступала, ты ее нагло захватила. Во-вторых… Клава, где тебя манерам обучали? Похоже нигде, потому как их попросту нет!

Вытаращившись на меня, Клавдия открыла рот, закрыла… и разрыдалась.

— Какие вы злы-ы-ые! — проскулила она. — Я тетушке пожа-а-алуюсь! Только приехала, а меня уже обижа-а-ают!

Смотреть на это было противно. Притворная истерика не вызывала жалости ни у меня, ни у Антонины Юрьевны. Однако я заметила, что у хозяйки дома дергается уголок рта.

— Интересно, и что же ты скажешь? — спросила я громко. — Ты ворвалась в чужую комнату, перевернула чужие вещи… Кстати, я еще проверю, не пропало ли чего. Вдруг ты воровка?

— Да как… как ты смеешь! — завизжала Клавдия, позабыв о слезах.

Ее белое, усыпанное веснушками лицо, приобрело свекольный оттенок. Он плохо гармонировал с оттенком волос — не золотисто-рыжим, как у меня, а морковно-оранжевым. Кудряшки гневно тряслись, и на миг мне показалось, что вместо головы у Клавдии корнеплод с пожухлой ботвой.

«Только не это! Держи силу в руках, Яра!» — приказала я себе.

— Послушайте, барышня. — Антонина Юрьевна, наконец, отмерла. — Я уже объясняла вам, что с опекуном Яромилы подписан договор на отдельную комнату, плата за нее выше, чем за двухместную, и я никак не могу позволить вам…

— Я скажу тете, что по дому бегают тараканы! — выпалила Клавдия. — И лицензию отзовут!

— И кто же тетя? — поинтересовалась я насмешливо. — Начальница санэпидемстанции?

— Директриса гимназии! — с торжеством объявила Клавдия.

Ах, вот оно что… Вот откуда эта уверенность, что все сойдет с рук. И вот почему Антонина Юрьевна нервничает.

— Но это неправда, — запротестовала она.

— Кому тетя поверит? Мне, разумеется!

— Это навряд ли, — произнесла я. — Я добьюсь справедливого расследования, и тебя накажут за ложь.

— Да кто ты такая! — фыркнула Клавдия.

— Мне покровительствует император, — брякнула я. — Хочешь проверить, правда ли это?

Антонина Юрьевна сдавленно охнула. Клавдия застыла, приоткрыв рот. Как ни странно, но блефовать меня учила все та же Лариса Васильевна. Между мной и императором иная связь, но ведь она есть.

— Предлагаю уладить конфликт миром, — продолжила я, пользуясь тем, что Клавдия дезориентирована. — Я уступлю тебе комнату, но при определенных условиях.

— Каких еще условиях? — вскинулась Клавдия.

Я могла бы ее дожать, выкинуть из комнаты, но пожалела Антонину Юрьевну. Эта мерзкая нахалка продолжит на ней отыгрываться, как только придет в себя. Если же ей немного уступить… не без собственной выгоды, разумеется…

— Первое. Ты выплачиваешь мне разницу за аренду. Сумму Антонина Юрьевна тебе скажет.

— Это справедливо, — нехотя признала Клавдия.

Еще как! Для меня деньги лишними не будут.

— Второе. Ты забываешь о личной ванной комнате. Если ты настолько брезглива, то переезжай. Уверена, тетя поможет тебе найти отдельное жилье.

Клавдия скисла. Я не ошиблась, покровительство тетки-директрисы — такой же блеф, как мои слова об императоре.

— Ладно, — пробурчала она.

— Третье. Ты обращаешься к Антонине Юрьевне и членам ее семьи вежливо и на «вы». Не думаю, что твоя тетя обрадуется, если узнает, что ее племянница дурно воспитана.

Я забила последний гвоздь, лихорадочно соображая, не упустила ли чего. Впрочем, с Клавдии хватит этого. Врага я себе нажила, а дальше… по обстоятельствам.

— Вещи забери! — рыкнула Клавдия, пиная ногой постельное белье.