Чтение онлайн

Все расселись по своим местам. Макото и близнецы, как обычно, заняли стратегические позиции поближе к котлу, готовясь к бою за лучшие куски мяса. Хана устроилась напротив меня. Хината и Юки сели рядом, тихонько перешептываясь. Кайто, который только что спустился со второго этажа с книгой в руках, сел с краю, всем своим видом показывая, что он выше этой мирской суеты и «глупой борьбы за еду», но при этом его ноздри хищно раздувались, улавливая запах еды.

— Спасибо за еду! — пронеслось дружным хором, и битва началась.

Тетушка Хару, как щедрая богиня плодородия, накладывала всем рис. Тетушка Фуми же следила, чтобы каждому досталась справедливая порция карри.

— Рен, не чавкай! — строго сказала Хана, которая ела с изяществом королевы, аккуратно орудая палочками. — Ты похож на поросенка, которого месяц не кормили.

— Зато я съем больше тебя! — прошамкал Рен с набитым ртом, за что тут же получил легкий подзатыльник от сидевшего рядом Кайто.

Кайто ел молча и быстро, как и всегда. Он был слишком серьезен даже во время обычного семейного ужина, но я видел, как уголки его губ дрогнули в усмешке, когда Рин, пытаясь стащить кусочек мяса с тарелки брата, уронила его себе на колени.

— Рин, не размахивай палочками!

Я положил себе большую порцию риса, щедро полил его карри и отправил первую ложку в рот. И… о, боги. Это было великолепно. Пряный, обжигающий, но в то же время с какой-то сладковатой ноткой, он согревал не только желудок, но и душу. Кусочки говядины были такими нежными, что таяли во рту, а картошка и морковь, разварившиеся в соусе, добавляли сытости. Я ел, забыв обо всем на свете. Был только я и этот божественный карри.

Юки, как и Кайто, ел молча, но в глазах его плясали смешинки. Он аккуратно подцепил палочками кусочек имбиря и положил его в свою миску, его движения были точными и выверенными, как у настоящего хирурга. Кстати о хирургах.

— Ребята, я хотел сказать… — снова попытался я.

— Братец, передай соус! — перебил меня Макото.

— Ой, а я свой рис рассыпала! — пискнула Хината, и ее маленькая мисочка с рисом опрокинулась, рассыпав белые зернышки по всему столу.

Тетушка Хару тут же бросилась на помощь с тряпкой, причитая и одновременно смеясь.

— Дети, ешьте аккуратнее, — уже вмешалась тетушка Фуми своим ровным, спокойным голосом, и все на мгновение притихли. Авторитет тетушки никем никогда не оспаривался. Да что уж, даже мэр города не решался ей перечить, когда на каком-нибудь из собраний тетушка что-либо говорила.

Я решил, что это мой шанс.

— Я хотел сказать, что мне предложили…

— …еще кари! — закончила за меня тетушка Хару, подкладывая мне на тарелку еще здоровую ложку. — Ты такой худой стал, Акомуто-кун, на тебе лица нет. Одна работа на уме. Ешь, пока горячее!

Я обреченно вздохнул и взялся за палочки. Спорить было бесполезно. Ужин продолжался. Разговоры текли, как река, перескакивая с одной темы на другую. Обсуждали школьные оценки, новый мультфильм, дырку на штанах у Макото, даже погоду на завтра. Я же просто ел и думал о своем.

— Братец, — вырвала меня из мыслей Хана, и я увидел уж слишком подозрительно хитрую улыбочку на ее лице. — Ну же, расскажи семье, как ты в Токио съездил. Мне-то платье купили, Хинате — краски. А себе что-нибудь купил?

Я слушал ее, не понимая, к чему Хана ведет. Она же все время рядом была и видела, что я никуда не отлучался. Да я настолько сильно хотел побыстрее уйти из этого торгового центра, что даже и не думал о том, чтобы приобрести себе что-нибудь.

— Ну как так, братец, — видя мое замешательство, сказала Хана, а затем буквально расплылась в ухмылке: —Хоть бы набор шариковых ручек купил. А то вдруг твои сломаются. Говорят, они не очень прочные, особенно если ими в людей тыкать.

Я поперхнулся. Хината тихо хихикнула. Тетушка Фуми метнула на Хану испепеляющий взгляд, но та сделала невинное лицо.

— Кстати, а ты взял номерок у той красивой тети-докторши? — не унималась она, еще больше веселясь и вгоняя меня в краску. — Она к тебе прям так вплотную подошла тогда. Ух…!

— Хана, ешь, — строго перебила ее тетушка Фуми. — И не лезь к брату с глупыми вопросами.

Я благодарно кивнул ей. Разговор о женщинах за столом, полном детей и двух строгих тетушек, — это было последнее, чего мне хотелось. Я снова открыл рот, чтобы сказать главное.

— Кстати, о Токио…

— А правда, что там поезда ездят со скоростью света? — перебил меня Макото с набитым ртом. — И что там есть роботы-полицейские? А Годзилла? Ты видел Годзиллу?

— Макото, Годзиллы не существует, — вздохнул я. — Это выдумка.

— А вот и нет! — возразил он. — Танака-сан говорил, что видел его! Врун ты! В-Р-У-Н.

Я мысленно пообещал себе при следующей встрече с Танакой провести ему краткий курс по разделению реальности и вымысла, особенно при таких впечатлительных детях, как Макото. Желательно, чтобы курс еще был с применением наглядных пособий в виде подзатыльников.

А ужин продолжался. Близнецы спорили, кто из них съел больше риса. Хината показывала тетушке Хару свои новые рисунки. Юки сосредоточенно строил из маринованного имбиря миниатюрную копию своего разрушенного замка. Даже Кайто отложил книгу и вступил в спор с Ханой о том, что «Унесенные призраками» далеко не лучшая работа Хаяо Миядзаки.

Макото ел и одновременно рассказывал очередную героическую сагу о том, как он сегодня в школе спас котенка от стаи злобных ворон. Он полил свой рис щедрой порцией карри и теперь активно жестикулировал, размахивая палочками, с которых то и дело срывались капли густого соуса.

Я сидел посреди этого хаоса и чувствовал себя… дома. И внезапно я понял, как сильно я буду по всему этому скучать. По утреннему гаму. По дурацким шуткам Танаки. По ворчанию Тайги. По вечерним играм во дворе. По этому самому карри, от которого щиплет язык.

Чувство тоски подкатило к горлу так внезапно, что я даже на секунду перестал дышать. Уехать в Токио… Я снова останусь один.

— …и я как закричу на них: «А ну, кыш, пернатые бандиты! Не троньте слабого!» — вещал где-то на фоне Макото. — Они испугались моей отваги! И я взмахнул метелкой, то есть своим мечом… вот так!

«А может, отказаться от Токио? — промелькнула шальная мысль. — Сказать, что я никуда не поеду. Что останусь здесь. И пусть этот Ямада делает, что хочет».

В этот момент оранжево-коричневый соус пролетел через весь стол и…

Вдруг я понял, что что-то не то. Я будто забыл что-то. Что-то важное. О себе, о них, обо всем… Что-то…

Шлеп!

Я моргнул. Мир на долю секунды сузился до одного ощущения: теплого, липкого и пряного. Прямо на моей щеке. Теплый соус карри медленно пополз вниз к шее.