Чтение онлайн

Да, он чудовище, и потому Гипаксия вынуждена прикладывать дополнительные усилия.

– У меня все готово, – сказала Гипаксия.

– Ты уверен, что хочешь воскрешения наследницы Фендиров? – спросила Джезиба, перехватив взгляд Итана.

Итан не ответил. Ответ лишь напоминал ему о содеянном. Лучше промолчать.

Гипаксия стала нараспев произносить заклинания.

Ханту хватило десяти секунд, чтобы возненавидеть тронный зал Морвена Доннала.

После сверкающей белой лодки, что везла их сквозь туман, он ожидал увидеть райский уголок, где царит вечное лето. А увидел облачное небо, холмы, покрытые густой зеленью, и замок из серого камня, воздвигнутый на скале. Один ее склон был отвесным и обрывался к извилистой реке с серой водой. Вдали виднелись разбросанные крестьянские домики с соломенными крышами. На склоне холма, ведущего к скале, примостился городок с двух- и трехэтажными домами.

Никаких тебе высотных зданий, скоростных шоссе и машин. Тронный зал освещался не первосветом, а масляными лампами.

Из моря лодка вошла в реку и двигалась до самой скалы, на которой стоял замок. Далее лодка свернула внутрь внушительной пещеры и, проплыв еще немного по каналу, достигла причала. Во время путешествия все молчали, предполагая, что оленья голова имела не только рот, но и уши, и король, дожидавшийся гостей в замке, мог слышать каждое слово.

Морвен встретил их на троне, сделанном целиком из рогов одного оленя. Зверь, носивший такие рога, был настоящим гигантом. Похоже, такие олени водились только здесь и больше нигде. Может, они и сейчас еще бродили по Аваллену? Такая мысль мелькнула у Ханта, и он едва удержался, чтобы не поморщиться.

Будоражили его и тени, окружавшие короля и похожие на неуправляемых змей. Голову короля украшала корона из таких же теней, цветом чернее Ямы – самого нижнего предела Хела.

– По-моему, интерьер не мешало бы обновить, – пробормотал рядом Тарион.

Хант едва заметно улыбнулся. У русала еще хватало смелости шутить, когда сам нарушил приказ Океанской Королевы. Хант, конечно, обрадовался, что Кетос присоединился к ним. Но о чем он сам думал, прыгая в лодку?

Хант знал о чем и не упрекал русала за сделанный выбор. Однако им и так хватало врагов. Если выходка Тариона спровоцирует еще и Океанскую Королеву…

Судя по взглядам, бросаемым на Тариона другими, их тоже не радовал такой поворот событий. Но сейчас они находились во владениях другого правителя, от которого тоже можно ожидать чего угодно.

– По твоей прихоти в мои владения явились предатели и враги империи, – заявил Морвен, обращаясь к Брайс.

Тени вокруг него перестали колыхаться и замерли, словно хищники, готовые напасть.

– О ком речь? – Брайс указала на себя, затем на Рунна, изображая искреннее замешательство. – Обо мне или о нем?

Баксиан наклонил голову, стараясь не улыбнуться. Хант хотел последовать его примеру, но не решался отвести взгляд от правителя с каменным лицом и теней, которыми тот повелевал.

– Этот субъект, – Морвен презрительно посмотрел на Рунна, – был лишен его отцом всех королевских привилегий. Ты единственная, кто их сохраняет.

– Уфф, – сказала Рунну Брайс. – Как сурово.

Глаза Рунна вспыхнули, но он промолчал. Брайс обвела рукой небольшой полутемный тронный зал:

– А знаешь, я удивлена этим унылым зрелищем. Со слов Кормака я представляла это место более симпатичным.

Темные глаза Морвена тоже вспыхнули, а корона из теней стала еще чернее.

– Это имя больше не упоминается и произносится здесь.

– Да? – с вызовом спросил Рунн, скрещивая руки на груди. – А мы его помним и будем помнить. Кормак отдал свою жизнь за то, чтобы Мидгард стал более приемлемым местом.

– Он был лжецом и предателем – не только по отношению к империи, но и в отношении обязательств, наложенных его происхождением.

– И мы тебе ничем не можем помочь, – вздохнула Брайс. – Все ресурсы для продолжения рода исчерпаны.

– Должен тебе напомнить: даже будучи причастной королевскому роду, ты остаешься женщиной. А фэйские женщины говорят, только когда к ним обращаются.

Брайс улыбнулась.

– Сам нарвался, – проворчал Хант, решив, что пора становиться рядом со своей истинной парой. – Брайс не раз приказывали заткнуться, и всегда это плохо кончалось для тех, кто приказывал. Можешь мне верить.

– Я не желаю выслушивать речи раба, – возмущенно заявил Морвен, указав на запястье Ханта, хотя клеймо едва просматривалось сквозь черную ткань рукава. Потом он указал на татуированный лоб. – И особенно – Падшего ангела, снискавшего презрение всего мира.

– Ну и ну! – фыркнула Брайс, со вздохом поглядев на потолок. Затем стремительно повернулась к остальным. – Давайте выясним, кто у нас есть кто. Те, кто отвергнут своим родом, заклеймен позором или то и другое сразу, – просьба поднять руки.

Тарион, Баксиан, Лидия, Хант и Рунн подняли руки. Брайс посмотрела на Флинна и Дека. Те были в своей привычной одежде – черных джинсах и черных футболках. Она сделала театральный жест, предлагая им высказаться.

Флинн с усмешкой подошел к Брайс:

– Насколько знаю, я пока остаюсь наследником своего отца. Так что, Морвен, рад снова тебя видеть.

Ханту показалось, что тени вокруг Морвена зашипели.

– А тебе, Тристан Флинн, я настоятельно рекомендую говорить со мной предельно уважительно. Это в твоих же интересах.

– Вот как?

Флинн сложил руки на груди, всем видом демонстрируя пренебрежение.

Морвен сделал знак кому-то за спинами незваных гостей. Серебряная вышивка на обшлагах его безупречно сшитого черного сюртука блеснула, поймав отражение пламени очага. Хант стремительно повернулся и увидел, как из сумрачного пространства появились двое крепких караульных. Странно, что он не услышал их и не почуял.

Потрясенные лица Тариона и Баксиана показывали, что обоих тоже застали врасплох.

Зато лица Рунна, Флинна и Дека сердито вспыхнули. Похоже, они узнали, кто к ним приближается. Рослые караульные были вооружены до зубов. Похоже, что те самые близнецы.

Близняшки-Убивашки, которые, по словам Рунна, способны проникать в чужой разум, не спрашивая разрешения.

Но Ханта заботило не это. Во всяком случае, сейчас.

Близняшки-Убивашки появились не одни. Между ними, одетая в черные легинсы и белый свитер, с лицом, закрытым светло-каштановыми волосами… Хант понятия не имел, кто эта фэйка. Она явно была в ярости, направленной на караульных, короля и…

– Что за Хел? – не выдержал Флинн.

– Сатия, ты? – удивился Дек, уставившись на нее.

Близняшки-Убивашки потащили фэйку ближе к трону. Оба мертвой хваткой держали ее за руки – наверняка на коже остнутся отметины.

– Твоя сестра, Тристан Флинн, угодила в самую гущу неприятностей, – заявил Морвен, намеренно растягивая каждое слово.

Брайс не знала, на кого смотреть: то ли на разъяренную Сатию Флинн, которую явно привели в тронный зал насильно, то ли на потрясенного Тристана, никак не ожидавшего увидеть здесь сестру. Брайс решила следить за ним, тем более что он, едва сдерживаясь, спросил у Морвена: