Чтение онлайн

Гипаксия выдержала колючий взгляд Итана. Боль в ее глазах сменилась решимостью.

– Некромантия способна довести ее до того порога, но способна и вернуть обратно.

– Как? – спросила Джезиба.

Итан затаил дыхание.

– Нам нужен буревестник.

– Их больше не осталось, – подняла руки Джезиба.

– Зофи Ренаст была буревестником, – сказал Итан, обращаясь больше к себе, чем к женщинам. – Мы думали, что у его брата такие же способности, но…

– Зофи Ренаст мертва, – напомнила Джезиба.

– Где ее тело? – только и спросила Гипаксия.

Вопрос этот, прозвеневший в тишине морга, был чем-то похож на погребальный колокол.

Джезиба опередила Итана. Указав на анатомический стол, где еще совсем недавно лежала Сигрид, и скомканную простыню, белым холмиком застывшую на полу, колдунья сказала:

– После этого… фокуса ты хочешь воскресить еще одну покойницу?

– Зофи погибла несколько месяцев назад, – сказал Итан.

Его снова мутило. И в то же время он вместе с Джезибой поражался смелости и решимости Гипаксии.

– Если над ее телом не проводился обряд Отплытия, воскрешение еще возможно, хотя тело успело разложиться и это… создаст дополнительные трудности. – Гипаксия начала ходить взад-вперед. – В теле Зофи должно остаться достаточно молний для преодоления пропасти между жизнью и смертью. Когда-то буревестники помогали некромантам и своими молниями удерживали души умерших. Они даже могли насыщать своей силой неодушевленные предметы вроде оружия и наделять эти предметы магическими свойствами.

– И ты думаешь, что молнии смогут вернуть Сигрид из состояния жницы? – спросил Итан.

– Мне кажется, молнии зацепят ее душу и вернут на уровень жизни, – сказала Гипаксия. – И дадут ей шанс заново сделать выбор. Несколько дней в состоянии жницы покажут ей опрометчивость прежнего выбора.

В морге стало тихо. Итан вопросительно посмотрел на Джезибу. Колдунья молчала, словно взвешивала каждое слово Гипаксии.

– Это сработает? – спросил Итан, с трудом сглатывая.

Джезиба продолжала смотреть на Гипаксию.

– Возможно, – тихо сказала та.

– Но где тело Зофи? – не унимался Итан. – Друзья мне рассказывали, что в тот момент тело находилось на корабле Океанской Королевы. Но ведь его могли потом и выбросить в море.

– Дайте мне полчаса, – сказала Джезиба и, не дожидаясь ответа, вышла из морга.

Оставалось только ждать. Итан тупо сидел возле анатомического стола, упершись взглядом в свои руки.

Руки, ничего толком не умевшие, но запятнанные кровью Сигрид.

Он пытался спасти Сигрид от Астронома, а вместо этого убил ее. Захотел воскресить – она стала жницей. Каждый сделанный им выбор вел от плохого к худшему и от худшего к катастрофичному.

Джезиба вернулась ровно через полчаса. Тихо лязгнула металлическая дверь морга.

– Пришлось потратить на взятки больше, чем хотелось бы, но зато я принесла две новости: хорошую и плохую, – объявила колдунья.

– Начни с хорошей, – попросил Итан, наконец подняв голову.

Все это время Гипаксия просидела на другом табурете, погрузившись в раздумья.

– Я узнала, где находится тело Зофи.

– А плохая новость? – тихо спросила Гипаксия.

Колдунья посмотрела на них. Ее серые глаза сверкали.

– Тело на Аваллене. Во владениях Короля Оленей.

Рунн не понимал, что удержало Брайс от расправы с Морвеном. Если честно, он не понимал, почему сам не попытался это сделать.

Но Морвен остался в живых, а они, не теряя времени, принялись за работу. И хотя Брайс входила в Пещерную группу, она решила вначале заглянуть в архив.

По своему первому и единственному визиту на Аваллен Рунн помнил громадное, внушительное здание местного архива. Внутрь его не пустили, но по своим размерам Авалленский архив, выстроенный, как и замок Морвена, из серого камня, вполне мог соперничать с «Конем Глубин». Город знаний за крепко закрытыми дверями, окованными свинцом.

Доступ туда был разрешен только мужчинам из королевских династий.

– Мы что, прямо сейчас возьмемся за непосильный труд? – проворчал Флинн, растирая виски. – Можно хоть немного передохнуть? У меня от этого места мурашки по всему телу. Нужно хотя бы немного настроиться.

– У всех мурашки. – Аталар хмуро посмотрел на него.

– Ты меня не понял, – досадливо покачал головой Флинн. – Я уже говорил… моя магия ненавидит это место.

– То есть как? – удивилась Брайс, обернувшись к нему.

Флинн пожал плечами:

– Здешняя земля по ощущениям… сплошная гниль. Моей магии не за что зацепиться. Ничего знакомого. Очень странное место. Еще когда мы попали сюда впервые, я это сразу почувствовал.

– Помню, – подхватил Деклан. – Он ныл про это не переставая.

Флинн молча пихнул его локтем под ребра. Затем повернулся к Сатии, стоявшей поодаль:

– Ты ведь это тоже чувствуешь?

Его сестра скривила пухлые розовые губы и кивнула:

– Да, моей магии тоже неуютно на Аваллене. Так что этот тип не преувеличивает.

– Флинн, настройся на работу, – сказала Брайс. – Ты же сильный и крепкий мужчина. Выдержишь. Расслабляться будем вечером. Завтра разделимся на Архивную и Пещерную группы и постараемся как можно быстрее все сделать.

Она протянула руку к створке массивной двери, но пока не дотрагивалась до окованной свинцом поверхности.

– Я сама не хочу задерживаться на этом унылом острове сверх необходимого.

– Согласен, – пробормотал Аталар, подойдя к Брайс. – Разыщем то, что нам надо, и помашем Морвену ручкой.

– А что вообще мы ищем? – спросила Сатия. – Ты кое-что успела мне рассказать о другом мире, тоже населенном фэйцами, и о том, что ты там узнала… Я бы все-таки хотела узнать поподробнее, чтобы понимать, чем мы тут будем заниматься.

Ранее Флинн требовал не посвящать сестру во все подробности и вообще не включать в работу. «Поскольку мы все являемся заклятыми врагами астериев, что изменится, если еще кто-то узнает о наших намерениях?» – возразила ему Брайс.

Сатия категорически отказалась дожидаться их в замке, хотя теперь статус замужней женщины позволял ей свободно ходить не только по замку, но и по окрестностям. «Я знаю, как прихвостни Морвена поступят со мной. Запрут где-нибудь в комнате, и торчи там до вашего возвращения». Она упрямо пошла за Брайс, жадно вслушиваясь в каждое слово рассказа о Тейе и дочерях первой королевы, а также о фэйской истории на Мидгарде и за его пределами. После обмена брачными клятвами с Тарионом она не сказала русалу ни слова. Чувствовалось, его это вполне устраивало.