Чтение онлайн

– Костик, дай-ка твои тапочки!
– попросил он, протягивая в ряды рубаху и штаны.

Ему сразу же подали взамен белые, на лосевой подошве, тапочки. Козакевич разулся, надел тапочки, попробовал, хороши ли они, и, увидев, что хороши, приглаживая пальцами взъерошенные волосы, прошел мимо нас к сцене.

Вытянув шею, старичок в толстовке силился разглядеть его.

Когда Жора подошел к подмосткам, распорядитель спросил:

– Гражданин, а вы знаете правила французской борьбы?

– Как-нибудь!
– ответил Жора и, задрав ногу, вскочил на сцену.

Жмурясь от внезапно нахлынувшего на него света, он стал возле рампы спиной к волжскому богатырю и, улыбаясь, хлопнул себя ладонью по груди. В зале засмеялись. Тогда Жора повернулся к Жегулеву и вытянул руки, чтобы бороться.

– Погодите, молодой человек, - остановил Жору распорядитель.
– Еще успеете. Скажите вашу фамилию.

– Козакевич, Георгий Павлович!
– весело тряхнув головой, ответил Жора.

Из зала закричали:

– Жора, а ты пил боржом?

– Жора, завещание напиши, Жора!
– крикнул мой сосед, толстый усатый кузнец Приходько.

– Ничего, как-нибудь!
– сложив лодочкой ладони, прокричал в публику Козакевич.

Зот Жегулев тем временем поправил свой широкий резиновый пояс и, взяв со стола кусочек мела, стал медленно натирать им ладони.

– Скажите вашу профессию, гражданин Козакевич, - осторожно попросил старичок.

– Металлист!
– гордо ответил Козакевич.

– Жора, адрес оставь, - не унимался какой-то крикун в задних рядах.

Старичок распорядитель пошептался с волжским богатырем и объявил:

– Итак, мы продолжаем: следующая пара: волжский богатырь, мастер стального зажима, непобедимый Зот Жегулев и любитель французской борьбы металлист Георгий Павлович Козакевич! Музыку, прошу!

Дрогнули сияющие трубы в руках у пожарников.

Борцы шагнули друг к другу. Жегулев пригнулся.

Он протягивает навстречу Жоре длинные руки - видно, хочет выведать, каков Жора на простом захвате. Но Жора, не дожидаясь, хватает Жегулева прямым поясом и поднимает его вверх. Черные ноги богатыря уже в воздухе, он болтает ими, готовый ко всему.

Тряхни его как следует, стукни ногами об пол!

Жегулев ловко выбрасывает вперед обе свои руки, одной из них он упирается в шею Козакевича, отталкивается. Жора покраснел, но не отпускает богатыря. Жегулев жмет его сильнее. Тогда Жора круто поворачивается и пробует стать на колено, но Жегулев, громко крякнув, вырывается... Бросились снова друг другу навстречу.

Жора неловко повернулся, и Жегулев сразу захватил его руку под мышку. Жмет. Крепко жмет! Слышно, как хрустят кости. Вот он, стальной зажим!

Пропал Жора, недаром он такой красный. Поворот.

– Здорово!

Жора выскользнул и сразу поднял Жегулева на бедро. Богатырь пробует высвободиться, хочет опоясать Жору, но тот широк и ловок.

Козакевич быстро подхватывает Жегулева, потом с размаху опускается на колено и швыряет его на спину.

Богатырь успел вывернуться.

Он падает на бок. Оба они возятся на ковре, богатырь кряхтит, силится вырваться. Но Жора крепко держит его обеими руками, а потом приказывает стать в партер.

И вот этот черный длинноногий борец покорно переползает на карачках на середину сцены и устраивается там на ковре; его недобрые глаза блестят, на локте краснеет ссадина.

– Жора, дай "макароны"!
– закричал Приходько.

Жора не слышит. Он нежно похлопывает богатыря по спине - видно, не знает, каким приемом схватить его.

– Бери двойным, Жора!
– заорали с "Камчатки".

Козакевич услышал.

Он пробует схватить Жегулева двойным нельсоном, но тот быстро прижимает обе руки к туловищу, - двойной не получился. Тогда Козакевич ловко и словно невзначай хватает Жегулева обеими руками за плечо, рвет его на себя. Богатырь хотел вскочить, но поскользнулся, - он лежит на боку, Жора наваливается изо всей силы. Еще немного, и Жегулев будет придавлен спиной к полу. Слышно, как тяжело кряхтит он, сопротивляясь, быстрые его ноги елозят по ковру, он пробует задержаться ими.

Ну еще, еще!

– Жми его сильней!

В зале зашумели.

Все вскакивают. Стучат скамейки.

– Давай, давай, Жора! Прибавь давления!
– кричит усатый Приходько.

– Жора, ты же пил боржом! Не подкачай!
– крикнули сзади.

Даже музыканты, побросав свои трубы, столпились у рампы.

Козакевич жмет богатыря широкой грудью, одна его тапочка отлетела под судейский столик, он упирается в Жегулева левым плечом, давит его изо всей силы вниз, вот-вот щека Козакевича коснется острого богатырского носа, - как бы этот Жегулев со злости не откусил нашему Жоре ухо. Остается еще капелька до полной победы, как вдруг Козакевич круто вскакивает и, задыхаясь, кричит в зал:

– Это жульничество! Он меня мажет!

А Жегулев тем временем вскочил и налетает на Козакевича сзади - видно, не хочет, чтобы тот его выдавал.

Жегулев хватает Козакевича двойным нельсоном, давит ему на шею, - это очень опасный прием, но Козакевич рассердился не на шутку. Собрав последние силы, он нагибается, падает на колено и перебрасывает богатыря через себя.

Падая на спину, Жегулев ударяет ногой по жестяной рампе. Точно ведро бросили! Рампа погнулась.

Жора бросается к богатырю и, схватив его за плечи, оттаскивает на середину ковра и с ходу - на обе лопатки.

Полагутин зазвонил.

Жегулев опомнился. Он хочет вырваться, он вертится на ковре так, словно это не ковер, а раскаленная плита. Теперь он страшен, очень страшен, этот никем не победимый и побежденный Козакевичем богатырь, но ему не вырваться. Жора навалился на него и не пускает ни в какую.

– Хватит! Хватит!
– кричит на ухо Жоре Полагутин.

К борющимся подбегает Котька Григоренко, трогает Жору за локоть. Козакевич бьет локтем назад, Котьке по колену.

– Правильно! Не лезь!

Котька отскочил.

Полагутин смеется. Широко расставив ноги в красных бархатных брюках, он подносит звоночек к самому Жориному уху. Козакевич, сообразив наконец, что победил, вскакивает и подбегает к рампе.

– Граждане! Граждане!
– силится перекричать он шум и аплодисменты.

Жора потерял и вторую тапочку, он стоит теперь на сцене в одних серых носках, волосы его слиплись на лбу, нос блестит, щеки мокрые, на потной груди очень хорошо заметна татуировка: русалка с длинным рыбьим хвостом и серп и молот.