Чтение онлайн

Машина с тихим урчанием по инерции катила вниз, нависавшие ветки скребли по крыше. Нога Роберта застыла над тормозом, он прильнул к рулю, высматривая справа поворот к их дому, в котором он не был уже более десяти лет. Он отметил, как растительность, словно в попытке самоутвердиться перед человечеством, алчно и бездумно губившем леса в личных целях, будто бы в здешних местах принялась отыгрываться. Деревья выросли вдвое, по крайней мере так ему показалось, а кустарники заполняли всё свободное пространство между стволами.

Наконец показался поворот. По мере приближения к нему автомобиля, деревья, точно занавес, неторопливо разошлись, дозволяя проехать дальше.

Здесь грунтовая дорога пошла ухабами и ямами, заполненными мутной водой, Дэнни подумалось, что она напоминает какао с молоком, которое готовит ему мама каждое утро перед школой. Колёса погружались на четверть в воду, после чего выныривали, перекатывая на серебристых дисках мутные струйки.

– Неужели за всё это время здесь не могли отремонтировать дорогу? – легонько помотала головой Сара, приподняв бровь.

– Ну, наш дом самый дальний. Видимо о нём и забыли вовсе, – Роберт попытался пошутить, дабы отогнать собственное раздражение. Он и сам не восторгался потраченному времени на волочение в пробке, а тут ещё и с самого подъезда к их дому что-то не ладится.

Он не сомневался, Сара обязательно подметила состояние дороги, как и его решение самостоятельно перевезти вещи на следующий день, вместо того, чтобы сразу воспользовался услугами грузовой компании. Зачем кого-то привлекать, сказал он накануне вечером, если я могу всё перевезти следующим утром. Она с улыбкой согласилась, но он знал, что это каплей легло в её внутреннее озеро несогласия. Роберт не сомневался, за её улыбкой, на глубине, пролегали целые системы каналов противоречивых чувств.

Показались дубы, жёлтые осенние гиганты обозначали границу их участка. Минув их, машина остановилась.

Семье Ллойдов открылась дорожка, высыпанная белым камнем, обрамляли её густые островки карликовых кустов, чьи цветения давно увяли, вела она к ступеням открытой веранды. На ухоженной лужайке багровели опавшие листья разросшегося перед верандой дуба, с его толстой ветви, еле покачиваясь из стороны в сторону, свисали на полинявших верёвках качели.

Двухэтажный дом с широкой верандой, точно с открытки, белел своим безупречным фасадом на фоне хвойных деревьев, безмятежно высившихся позади многоуровневой крыши с трубой из красного кирпича. Саму крышу покрывала деревянная черепица.

Открытая веранда с парой плетёных кресел, точно говорила всем свои видом: «Испейте же здесь горячего чая, мы рады видеть всех, кто посетит этот уединённый уголок». В прямоугольниках огромных окон с открытыми ставнями отражались косые лучи заходящего солнца, сумевших всё же пробиться сквозь гигантские деревья, окруживших дом и пологую территорию вокруг него.

Позади дома каменная дорожка вела к одноэтажному белому сарайчику.

Аккуратный участок напоминал островок посреди дикого хвойного леса.

Но несмотря на весь казалось бы приветливый вид их владений, в машине повисло молчание. Нервозное и долгое молчание. Каждый, точно лишённый всякой воли, взирал на дом, не решаясь произвести ни звука, чувствуя, будто бы здание взирает на них в ответ своими тёмными окнами-глазами. Но при этом каждый, даже совсем ещё юный Дэнни, не познавший призмы притворства, сквозь которую взрослые высказывают свои мысли, не стремился озвучить свои ощущения, дабы не огорчить ими родных.

Роберт повернул ключ и мотор заглох, теперь лишь позвякивал остывавший глушитель. Ребекка услышала, как откуда-то долетел крик ворона, нагло вторгшийся в тишину салона.

– Вот мы и приехали, – подытожил Роберт, чувствуя необходимость переключиться на более весёлый лад, иначе плохое настроение к ночи перерастёт в тотальную депрессию. Как и разросшиеся деревья, подумал он, которые не дадут пробиться и лучику надежды на сегодняшний трах.

Ллойды вышли из машины, послышались звуки захлопывающихся дверей. Дэнни и Сара обошли автомобиль и встали у дорожки, всё ещё не решаясь ступить на неё, Сара приобняла сына за плечи.

– Не устал, дорогой? – произнесла она слишком уж весело, потрепав сына по волосам. По стремительно темнеющим волосам, становящихся такими же тёмными, как были у Роба, подумала Сара.

– Не-а, – отозвался он, смотря на дом.

Дэнни знал о существовании дома в Стортон Лейк. Родители несколько раз упоминали о нём в своих разговорах. Из этих же разговоров он знал, некие люди платят за их дом, чтобы жить в нём. Сестра, не вдаваясь в подробности, говорила, что провела в нём несколько летних каникул. Но этот дом ровным счётом ничего не значил для самого Дэнни, он представлялся ему чем-то далёким и абстрактным, как та же Замбези, о которой он вычитал в энциклопедии. И теперь, стоя перед этим домом, который он возжелал увидеть с новостью о переезде, Дэнни, не ведая причин, почувствовал себя опустошённым.

Роберт проследовал к багажнику, где уже стояла Ребекка. Она изобразила улыбку, чувствуя, что настроение отца на спаде. Она давно уяснила на собственном примере – настроение родителей всегда понятно их детям, как бы те не стремились его скрыть.

– Тебе надо было дать мне порулить, не так бы устал, – сказала она.

– Успеешь накататься, как починят твою машину, – ответил он, подмигнув ей.

– Как здесь тихо, я и забыла даже, – меланхолично произнесла она, оглядываясь по сторонам.

– Это точно, – Роберт тоже осмотрелся. Тишина будто бы обволакивала всё вокруг. – Идеальное место, чтобы включать твоих любимых «Рамоунз».

– Пап, я их слушала в детстве, – закатила глаза Ребекка, улыбнувшись, она почувствовала, как напряжение спадает.

– Именно за хороший вкус к музыке мы тебя и решили оставить.

Увидев, как просияли глаза дочери, в груди Роберта потеплело. В этот момент он позабыл о затянувшейся из-за пробки поездке, бутылке вина, которой хотел соблазнить жену, о масштабном проекте, за который он никак не мог толком взяться и надеялся, что здесь, в Стортон Лейк, отреставрированном доме своего отца по собственному проекту, он всё же сдвинет дело с мёртвой точки, – всё сошлось на улыбке дочери и ямочках на её веснушчатых щеках.

Открыл багажник и взял одну из коробок, Ребекка следом взяла другую, со своими вещами. Подошла Сара, держа руки в карманах спортивной куртки, она улыбнулась мужу и извлекла из багажника несколько пакетов с едой.

Ребекка шла по дорожке за родителями, наблюдала, как те вместе смеются над чем-то. Они поднялись на крыльцо по трём деревянным ступеням, отозвавшихся скрипом, Роберт перенёс оставшиеся коробки на веранду, составив вдоль стены у сетчатой двери.

Сара подошла к резным деревянным перилам веранды, оперлась на край руками, любуясь открывшимся видом. Роберт подошёл сзади и приобнял за талию.