Чтение онлайн

Ещё вчера, даже не переступая порог, а лишь смотря на дом из машины, Сара отметила резкое ухудшение настроения. Сейчас Сара внезапно вспомнила, как в тот момент, сидя на пассажирском кресле под нервировавший треск остывающего глушителя (звук такой, словно кто-то скребёт острыми коготками по металлу), руки покрылись мурашками, она едва не попросила Роберта развернуться и уехать обратно, и факт, что она забыла столь взволновавшее днём ранее впечатление, её смутил.

Так что же случилось потом? пыталась вспомнить она.

Затем ощущение постепенно, но верно сошло на нет – вот что. Она отвлеклась на готовку, мытьё посуды, к ночи вовсе была сама не своя, как и Роб, впрочем.

Сара поняла, что пауза затянулась, а Дэнни с Ребеккой ждут ответа. Она тепло им улыбнулась, пряча тревогу на лице.

– В другой день, – склонила голову на бок она. – Сегодня мы с вашим папой будем расставлять вещи. Так что не задерживайтесь, вы все тоже приглашены на данное мероприятие.

Дети составили тарелки в посудомоечную машину.

– Передайте повару, он и впрямь сегодня в ударе, – Дэнни поцеловал пальцы и вскинул вверх на итальянский манер, а затем отпустил маме поклон до пола, вызвав у неё очередной перезвон смеха.

2

Роберт перенёс в дом все вещи сам, предложив Саре не мокнуть под дождём.

Прислонившись в коридоре к арочному проходу кухни и молча наблюдая за его работой, Сара настороженно ожидала, когда Роберт предпримет попытки заманить её в спальню, узнав, что детей нет дома. Но Роберт выглядел сосредоточенным и даже не заговаривал о вчерашней ночи, и её это вполне устраивало.

Роберт осторожно поднялся по ступеням и прошёл в дом, неся эпполовский моноблок обёрнутый прозрачной плёнкой с покрывавшими её капельками дождя, точно росой. Она закрыла за ним дверь, поёжившись из-за явственного холода, идущего с улицы, и встала рядом с мужем.

– Это всё? – участливо поинтересовалась она, окидывая взглядом их пузатые чемоданы и большие пакеты, загородившие собой чуть ли не половину всего коридора.

– Всё, – выдохнул Роберт, он тоже смотрел на груду не распакованных вещей.

– Предлагаю оставить это здесь, – произнесла она.

– Да уж, – улыбнулся Роб.

В тишине, Сара стояла рядом с мужем, мысленно готовясь к обсуждению животрепещущей темы – можно ли вчерашний секс считать кнопкой, нажав которую, они вернули их брак к заводским настройкам, на год назад, до той роковой ссоры, поставившей под сомнение совместное будущее.

– Дорогая, ты не против, если я сейчас немного поработаю? – спросил вдруг Роберт, снял запотевшие очки и протёр линзы о края рубашки.

– Нет, – немного ошарашенно ответила она, стараясь сохранить в голосе спокойствие. – Конечно не против.

– Тот проект для студии, – проговорил Роберт, стоя всё ещё в тёмно-зелёной куртке, он подхватил моноблок, подперев его коленом, чтобы лучше ухватиться. Выглядел он в этот момент, подумала Сара, совсем как Дэнни, которому не терпелось поиграть в новую видеоигру. – Думаю, есть подвижки, – в голосе проступала радость и возбуждение.

– Серьёзно? Это же замечательно.

– Тогда… я пошёл? – он улыбнулся, приподняв брови.

– Да, конечно – она закивала, спустя пазу добавила: – А я пока вдохну в этот дом жизнь.

Роберт произнёс «Ага» и пошёл по лестнице, но Сара успела заметить, как он на доли секунд поморщился, будто её последняя фраза вызвала у мужа неприязнь.

3

Сара начала с кухни. Она собрала золотистые волосы в конский хвост, нашла в чемодане свои вещи и переоделась в облегающие чёрные штаны, подчёркивавших упругость форм, и розовую футболку.

Загрузив посудомоечную машину, перебрала посуду в шкафах и, убедившись в её чистоте, мокрой тряпкой протёрла столешницы и полки. Мягкой щёткой, найденной в кладовой, собрала пыль с окон, ею же протёрла плафоны люстры, мокрой шваброй промыла плиточный пол. Перед тем, как перейти с ведром воды в гостиную, она выгрузила чистую посуду из посудомоечной машины для просушки.

Гостиная представляла собой просторное помещение с камином с одной стороны и эркером с противоположной (именно Сара предложила мужу обустроить гостиную подобным образом, когда тот возводил дом практически с нуля, доставшийся по наследству от отца). В эркере утопали два кожаных кресла и журнальный столик из дерева. Перед камином стояла тахта и журнальный столик из стекла, чью поверхность занимали лишь два пустых подсвечника и миска из цветного стекла. Деревянный пол с глубоким коричневым оттенком перед тахтой покрывал овальный формы ковёр с длинным ворсом. Камин, выполненный из крупного серого камня, имел безопасную кованную дверку с большими окошками из калёного стекла, позволявшую, как согреваться вечерами, сидя перед ним, так и любоваться всей величественностью огня. По обе стороны от камина находились шкафы, с пустующими, не считая декоративной тарелки с узорами, стилизованными под письменность Майя, и трёх одинаковых ваз, полками.

Орудуя щётками, тряпками, с потным лбом, в голове Сары всплывали образы, которые она так старалась забыть весь долгий год.

Роберт обидел её так, как никто не обижал.

Узнав о своей бесплодности, Сара откладывала момент, когда она поведает всё мужу. И, в итоге, это послужило катализатором предстоявшего урагана. Ещё выходя из кабинета врача, Сара задалась вопросом – а хотели ли они заводить третьего ребёнка. Ответ напрашивался сам собой – нет. Однако нежелание заводить третьего ребёнка и невозможность иметь детей – вещи такие далёкие друг от друга.

Всё началось с подростковой шуточки Роба о том, что он был бы не прочь, если бы Сара занялась сексом с другой женщиной.

Роберт сидел на диване гостиной в их квартире, дети находились на учёбе, а он вернулся с работы раньше, и они внезапно решили прогуляться. Сара спросила его мнение, приложив юбку к голым ногам, а он ответил, что даже женщины её захотят, и мол он только за, при этом пошло подмигнул ей.

Сара чувствовала, что её несёт в неверном направлении, однако остановиться уже не могла. Она вывернула его шутку, в пользу того, что раз он говорит, будто её лесбийский секс – это не измена, то он сам не против переспать с другой женщиной. И, к её непередаваемому шоку, он согласился. Роберт, взвинченный необоснованными нападками жены, не ведающий о том, что десятью днями ранее Сара узнала о бесплодии, признался с красным от гнева лицом, что думает о измене всегда. Роберт даже поведал о том, что представляет иногда в подробностях, как засаживает – именно так он выразился – секретарше своего партнёра по фирме, и при таких мыслях у него встаёт.

На уборку гостиной у Сары ушло в значительной мере больше времени, нежели на уборку кухни. Пропылесосив ковёр (если бы не дождь, она бы вынесла его на улицу, где выбила бы, повесив на перилла веранды), Сара принялась за бардовые шторы. Протёрла столики, полки шкафов, вернула на место вазы и тарелку. Ей приходилось несколько раз менять в ведре воду, от того, что та становилась тёмной, стоило в ней прополоскать тряпку два-три раза. Закончив протирать мокрой тряпкой кожаные кресла, Сара, запыхавшаяся и с тёмными кругами вокруг глаз, вспомнила про тахту – пропылесосила и её.