Чтение онлайн

– Значит, – сделала наивный, но такой напрашиваемый вывод, – это её жених теперь?

– Я же просил, – шикнул на сестрёнку мальчик и затолкал её обратно в дом, – не выходить! Чужаки же…

– Ну, может, пойдём тогда? – протянул, как не в чём ни бывало Славка, будто и правда думать уже было не о чем: пёс наш найден, врагов и опасности вокруг нет.

Я окинула его строгим, красноречивым взглядом и племяша мой тяжело вздохнул:

– Понял. И как, силком их за собой потащишь, в дом, где куча болеющих детей?

И то верно… Надо бы повременить, но как, чтобы оставаться при этом спокойной за малышей?

Понимаю, что как-то они здесь выживали до этого дня, но случиться ведь могло, что угодно!

И всё ещё может…

– Как тебя зовут, мальчик? – как можно более дружелюбно улыбнулась я хозяину хижины.

Ответить ему помешал треск ветвей неподалёку. Звери наши притихли, Арго прицелился туда, откуда слышался шум, Славка, от греха подальше, отступил ото всех на пару шагов, то и дело, бросая на меня досадливые взгляды, ведь сама я и с места не сдвинулась.

Потому что знала, ведь чувствовала теперь, когда Рейн находится рядом.

– Когда, – улыбнулся он, выйдя к нам в своём кителе и собранными на затылке волосами, – я приду и застану тебя дома, Марья? Желательно, на кухне у печи… В идеале – в платье.

– Мне кажется, – с трудом убрала я улыбку со своего лица, – я всё же за тебя не выйду.

– Я знаю, – едва не промурчал он, – что кажется, – выделил последнее слово.

– Силг, – улыбнулся вдруг мой дракон мальчишке с девочкой, – Тия, не ожидал увидеть вас.

Странные всё же бывают здесь имена…

А дракон, получается, знаком с малышами? Я перевела на них заинтересованный взгляд.

Мальчишка очень серьёзно ответил, опуская своё оружие и даже решаясь подойти к Рейну и слегка поклониться ему.

– Я вас тоже… Вы всё ещё наш император или слухи не врут?

– Они не врут лишь о том, что я сбежал от расправы… – помрачнел Рейн, а затем потрепал мальца по волосам. – Я всё ещё ваш император и буду им являться. Как-нибудь со всем разберусь.

– Ваши племянники, – проронил Силг тихо-тихо, – погибли? Мне очень жаль.

– Мне тоже. Но тела их нигде не были найдены, поэтому я всё ещё на что-то надеюсь. Где твой отец? – спросил Рейн, хотя я прекрасно видела, что ответ он и без того знал, просто хотел убедиться. –Шкуры, купленные у него, ценились дороже привезённых из-за океана мехов… Жаль, что он так быстро прекратил своё дело.

– Так руки у него болели! – подала голосок Тия.

– Знаю, – кивнул Рейн.

– Его не стало ещё до болезни, – поделился мальчишка. – Враги здесь целой волной проходили. Отец спрятал нас под полом, а сам вышел из дома. Думал переговорить, откупиться, а в итоге… Мы его вон там, – кивнул он куда-то в сторону, – похоронили.

У меня всё внутри перевернулось. «Мы», это он и его сестрёнка? И они продолжали жить после всего этого здесь одни, рядом с…

– Ребята, – подошла я ближе, – здесь же совсем близко детский приют. Вы почему не пришли? Вы даже не пробовали прийти туда или куда-нибудь ещё за помощью?

Малышка вцепилась в руку брата и едва не повисла на ней, пряча от меня лицо, прижимаясь к нему то ли от страха, то ли от смущения.

– Отец их, – вместо детей пояснил мне Рейн, – нелюдимым был… Так и их воспитал.

– А почему?

– Так волчья кровь в их жилах, – сказал он мне просто, – таких люди не особо любят, вот и привык их народ как-то особняком держаться и не доверять никому.

– Но нам, – улыбнулась я детям, – можно! Надо, – добавила, уже обращаясь к Рейну, – что-то придумать, чтобы они одни здесь не оставались… Но не вести же их в дом на карантине?

Рейн задумался, разглядывая исхудавших детей и местность вокруг, которая шумела листвой и пахла пеплом и сыростью.

– В приюте порядок наведём и вернёмся за ними, – взял он меня за руку и, не обращая внимания на мои возражения, потянул прочь от этой хижины.

Арго со Славкой беспрекословно последовали за нами.

В итоге домой вернулась я вся в слезах, которые с трудом уняла лишь потому, что встретила меня толпа обеспокоенных детей.

– Всё хорошо, – заверяла я их, когда меня наперебой начали расспрашивать. – Правда, всё хорошо! Мне просто, – всхлипнула, – так жаль… Так жаль, что вам всем пришлось столько… пере… жить, – судорожно втянула воздух, пытаясь не зарыдать.

Видимо, здесь я научусь плакать при ком то, а не держат всё в себе.

Рейна же это, похоже, умиляло. Он, мягко посмеиваясь, вновь взял меня за локоть и увёл в сторону.

В сторону кухни.

– А ты я смотрю, – не преминула заметить, – слова на ветер не бросаешь? Действительно меня на кухне видеть захотел.

– Почему тебя это задело?

Он первым принялся хозяйничать там, проверяя шкафчики, рассматривая чугунки и посуду.

– Да не то, чтобы задело… – закусила я губу, наблюдая за ним с плохо скрываемым интересом.

– Но от платья ты не спасёшься, – прокрались в его голос угрожающие нотки. – С остальным, как знаешь.

– И с замужеством?

– Боюсь, этого у тебя и вовсе нет шансов избежать, всё предрешено.

– Из-за имени? – невольно провела я пальцами по запястью, где под кожей временами высвечивалось его истинное имя.

– Да не совсем, – улыбнулся Рейн, ставя на плиту чугунный большой горшок, наполненный водой. – Предрешено мной!

– Самонадеянно, – сузила я глаза.

Но не успела ничего больше сказать и даже отступить, когда Рейн оказался передо мной и, подхватив меня, усадил на стол, отрезая мне путь к побегу руками, которыми опёрся об стол по сторонам от моих бёдер.

– Знаешь, Марья, – прошептал он, – ни одна женщина ещё даже шутить не смела, что не хочет быть моей. Тебе… стоит задуматься. Присмотреться.

Я замерла, молча.

– Ну? – спустя какое-то время, не выдержал он. – Что ты?

– Смотрю, – выдохнула я. – Ты пугаешь меня, знаешь?

Он медленно отстранился.

– Не хотел, – произнёс так, что я поверила сразу. – Просто не знаю, как быть с тобой.

– С этим тоже сталкиваешься впервые? – улыбнулась.

– Да, – не стал он спорить.