Чтение онлайн

– Ты готова? – раздался с той стороны голос дракона.

– Да, но ты разочаруешься!

– Почему? – не спешил он заходить, видимо, не желая разочаровываться, или всё ещё думая растянуть момент.

– Я не примерила его.

Рейн заглянул в комнату.

– Почему? – повторил он вопрос, только на этот раз таким тоном, что рассмеялась я.

– Ну, прости, – улыбнулась по-доброму и не выдержала, прошлась пальцами по его белым волосам. – Не могу я такое платье надеть, не приняв ванну.

– Я… – Рейн на секунду прикрыл глаза и выдохнул: – болван.

И вновь скрылся за дверью.

А спустя час нашёл меня в читальной комнате в кресле среди стопок книг и за руку вывел куда-то.

Я сразу почувствовала, что в доме нечто переменилось. Как минимум, исчезло ощущение сырости и сквозняков. Все камины и печи были протоплены, в меру, идеально. Пахло выпечкой. Слышался детский смех и гомон. Но при этом малышня не вилась вокруг нас назойливым роем. Ума ни приложу, как у Рейна получалось поддерживать порядок среди них, добиваясь восхищения и уважительного трепета одновременно.

– Я набрал тебе ванну, – поведал он довольным голосом и открыл передо мной тяжёлую дубовую дверь в пристройке к дому.

Это было помещение с маленькими окошками под потолком, вёдрами воды, большой печью и ванной, больше напоминающей огромное корыто с широкими бортиками.

– Какую есть, – отвёл Рейн в сторону взгляд, – такую и набрал… Вот, – сняв с крюка у двери полотенце, подал мне вместе с аккуратно сложенным платьем и вышел за дверь.

– Спасибо, – шепнула я, тронутая его заботой и тем, что дракон не предложил принять ванну вместе.

Как бы он мне ни нравился, а это было бы уже слишком.

Вода оказалась горячей, но именно такой, как я люблю. На бортике лежал кусок простого мыла, но оно показалось мне в моменте самым душистым и лучшим!

Я никогда в жизни, кажется, не мылась с таким удовольствием. И с таким удовольствием потом не нежилась в помутневшей воде, расслабляясь в её тепле. После, конечно, вместо душа облилась чистой водой из ведра и почувствовала себя словно заново родившейся.

А когда надела новое платье…

Либо я похудела только там, где надо бы, либо оно так удачно было сшито, но я очень пожалела, что зеркала в этом помещении нет.

– Ты скоро?

Я вздрогнула от голоса Рейна.

– Ты всё это время под дверью простоял?

– Конечно, – ответил он спокойно, будто ничего удивительного в этом не было. – Мало ли.

– Что могло случиться. Рейн? – выходить, тем не менее, я не спешила.

Смущалась…

– Поскользнуться можно. В ванне заснуть. Обжечься о камни, если собиралась подбавить тепла, – принялся он перечислять и, наверное, продолжил бы, но я открыла дверь.

И Рейн замолк, блуждая по мне своим чарующим взглядом.

– Я знал, – прошептал он, – я с первой нашей встречи знал…

– Что? – улыбнулась нервно, то и дело разглаживая ладонями платье на талии. Понятия не имею, зачем.

– Что ты достойна самых лучших платьев. Но никак не штанов, – переменился его тон.

И я закатила глаза.

– В моём мире девушки носят то, что им нравится, – направилась я к дому.

– Снова ты про свой мир…

– Прости? – обернулась к нему, изогнув бровь.

– Ничего.

– Так вот…

Но Рейн меня перебил:

– Значит, платье не нравится?

И продолжать глупый спор я больше не смогла:

– Нравится, – вновь, почему-то, смутилась и улыбнулась ему. – Очень удобное. Мне красиво, кажется. Да?

Двери дома на этом с грохотом распахнулись, и на пороге появился Милах:

– Мамочка! – позвал он меня, бросаясь к нам, но на полпути резко остановился: – Вау! Марьяна, ты очень-очень красивая, – и, не меняя тона, без передышки: – Там Гейл такое устроил! Такое! Идём, посмотришь! Ой, – будто только вспомнил он о Рейне, – п-по… повелитель, – и забавно склонил перед ним голову. – Можно я буду вашим воином? Вы подумайте, я могу.

– Так, мальчики, – я поднялась по ступеням, – давайте как-нибудь по мере поступления дела решать? Милах, веди, что там и где произошло?

Ожидая от жреца чего-то нехорошего, я подходила к входной двери с тяжёлым сердцем. Открыв же её и зайдя в дом, сразу даже не смогла осознать, что не так…

Но нехорошее стряслось лишь у несчастного Ивы, которого единственного я встретила в холле, сидящим у камина с бледным, отстранённым лицом.

Милах, не обратив на это внимания, схватив меня за широкий рукав платья (рукава были, словно крылья… так и хотелось разводить руки в стороны, чтобы ткань струилась на воздухе!) потащил меня в столовую.

Там столы оказались сдвинуты к стенам, на них сидела детвора, жующая лепёшки. По стенам и потолку будто мерцали красные блики огня, которые на самом деле были ничем иным, как отблесками магии от игры Гейла на флейте.

Музыка жреца плавными и мелодичными потоками, словно подсвечиваемый синеватый дым, вилась к потолку и лентами разбегалась по помещению. Он покачивался в такт, легко переступая с ноги на ногу, скользя по полу, танцуя, как было загадано недавно, с Софи.

Волосы её были на этот раз расчёсаны и распущены, они казались длиннее и гуще, чем раньше. Светлое платьишко подчёркивало хрупкость этой девочки, красиво развивалось колокольчиком при её движениях. Тонкие запястья и изящные кисти рук ловили алую магию, вспархивая над головой Софи. Ей не мешало, что Гейл не касался её, играя на своём колдовском инструменте, они всё равно танцевали вместе. И выходило так чудесно, что я наблюдала за этим, затаив дыхание, пока Рейн не увлёк меня за собой, оставляя детей праздновать подаренный Гейлу танец.

– Надо бы и нам, – поднимаясь со мной по ступеням, сказал Рейн и прямо на лестнице закружил меня.

Я вскрикнула от неожиданности и опаски. Но испугалась напрасно – упасть или хотя бы оступиться с ним было невозможно, сильные руки дракона поддерживали меня с лёгкостью и уверенностью. Рейн сам управлял моими движениями, мне оставалось лишь доверять ему…

– А куда мы? – спросила я.

– На площадку на крыше. Там сейчас хорошо… Солнце.

А будучи там он набросил на мои плечи свой китель, оставаясь в удобной белой рубашке, под которую всё норовил забраться ветер, чтобы приятно всколыхнуть ткань.