Чтение онлайн

Мистер Доггер твердо вознамерился отыскать ключ к разгадке и, возможно, задать мистеру Уинтермарчу вопрос напрямую, если разговор потечет в нужном направлении. А уж соизволит ли мистер Уинтермарч ответить и если ответит, то не солжет ли, - это, разумеется, уже совсем другая проблема.

Узкая тропка взбиралась все выше и выше, по левую руку от дороги черная гладь озера отступала все дальше, а вокруг двуколки смыкались высокие сосны, ели и кедры Скайлингденского леса. Воздух чащи был удушливым и спертым. Склон сделался заметно круче; впереди замаячил резкий поворот. Мистер Доггер как раз преодолевал этот непростой участок дороги, когда вдруг неожиданно столкнулся нос к носу с еще одной запряженной конем двуколкой, что в отличие от него катилась вниз.

Едва поверенный разглядел, кто правит лошадью, лик его слегка омрачился, при том, что профессиональная личина, вроде как у слуги Ларкома, не изменилась ни на йоту. Он натянул поводья и прикоснулся пальцем к полям шляпы; джентльмен, спускающийся по склону, поступил точно так же.

–  Да вы новых жильцов Скайлингдена навещали, - промолвил поверенный, не столько предполагая, сколько констатируя факт.

Второй джентльмен чопорно кивнул. Лицо его, гладкое и невыразительное, сродни бледному пергаменту, с кроткими голубыми глазами, дышало спокойной безмятежностью. Из-под шляпы выбивались жидкие пряди седых волос; все остальное скрывал темно-синий костюм.

–  Я засвидетельствовал свое почтение мистеру Уинтермарчу и его семье, промолвил мистер Холл (конечно же, это был он), - и сердечно их поприветствовал от лица всех обитателей города.

–  И как вас приняли?
– поинтересовался мистер Доггер, выпрямившись на сиденье и скрестив на груди руки.

–  Во всех отношениях любезно. В целом они показались мне превосходным семейством, хотя и несколько замкнутым.

–  Обустраиваются, никак?

–  По всей видимости.

–  Я слыхал, там еще жена и юная дочь наблюдаются: Уинтермарч, et uxor, et filia.

–  Да. Жена и сама довольно юна для джентльмена в возрасте мистера Уинтермарча, а дочь - не старше девяти-десяти лет. Прелестное дитя и на мать похожа как две капли воды. Исключительно респектабельное семейство. А вы, я так понимаю, едете с той же миссией?

–  Вы - сама проницательность, - улыбнулся поверенный, подпуская в улыбку самую что ни на есть малую толику иронии.
– Но, конечно же, при вашей профессии иначе нельзя. Доктор должен быть зорким и бдительным союзником пациентов - по крайней мере так мне объясняли.

Эти два джентльмена относились друг к другу с вежливой, однако весьма ощутимой прохладцей в силу не вполне очевидной причины, причем с незапамятных времен, так что их сдержанное обхождение друг с другом уже вошло в привычку, и оба научились ее не замечать.

–  Удачи вам в вашем начинании, - промолвил доктор Холл, готовясь развернуть двуколку и лошадь так, чтобы объехать экипаж поверенного. Ему предстояло навестить своих пациентов, и из графика он уже выбился.

–  А что за человек этот Уинтермарч?
– резко осведомился мистер Доггер.
– Будьте добры, ваше профессиональное мнение, сэр. Не беспокойтесь, надолго я вас не задержу.

Доктор помолчал, осмысливая нежданный вопрос. Врожденная осмотрительность внушала придержать язык, в то время как здравый смысл не видел вреда в том, чтобы поведать те подробности, которые собеседник выяснит и сам, едва добравшись до усадьбы. Наконец здравый смысл возобладал.

–  Зрелый, исполненный достоинства, интеллектуал; эффектный профиль, усы, бакенбарды. Безупречные манеры. Держится не слишком неприступно и не слишком фамильярно; и очень даже терпим к незнакомцу, заехавшему с визитом в разгар дня.

–  Он ведь горожанин? Из Вороньего Края, надо думать?

–  Да, сдается мне, он приехал из города.

–  Как я и подозревал, - кивнул мистер Доггер.

–  Но из Вороньего Края ли, или из Фогэмптона, или из Солтхеда, или из других мест - этого я вам не скажу, поскольку мне он о том не сообщил.

–  Досадно, весьма досадно. Я, впрочем, склоняюсь к мысли о Вороньем Крае.

–  Вот и я так думаю.

–  Ничего больше вы из разговора с ним не выяснили?

–  Нет. Да я и пробыл там совсем недолго. Мы беседовали главным образом о Скайлингдене и о стараниях мистера Уинтермарча отремонтировать полуразвалившийся дом.

Доктор вновь умолк; в глазах его светилась глубокая задумчивость. В памяти застряло что-то еще - тень, химера, словом, сущий пустяк. Что-то запало ему в сознание в ходе беседы в гостиной Скайлингдена - и властно напоминало о себе. Ничего важного, о нет, даже и говорить не о чем; иллюзия, доведенное до полного абсурда и бессмыслицы порождение фантазии. Воображение чересчур разыгралось, вот и все. И все же... все же...

Следует заводить о том речь или нет? В частности, следует ли заводить о том речь здесь и сейчас, в разговоре с мистером Доггером?.. На краткий миг безмятежное спокойствие доктора словно бы дрогнуло. Этого было довольно; вкрадчивый, пронзительный взгляд поверенного подметил неуверенность доктора - и так и впился в свою жертву.

–  Вам есть что добавить?

Новая пауза. Доктор молчал, взвешивая про себя возможные альтернативы. А таковых было вопиюще мало. Сколько бы он ни пытался, вычленить из сознания химеру и сущий пустяк отчего-то не удавалось.

–  Мне сдается, - ответствовал он медленно и осторожно, - сдается мне, с этой семьей я уже где-то встречался.

–  Где же?

–  Не могу сказать в точности. Это лишь ощущение, не более, возникшее в результате беседы очень и очень краткой. И чем дольше я об этом размышляю, тем более озадачен и заинтригован. Хотя, возможно, я не прав, говоря о семье, поскольку ощущение это касается одного только мистера Вида Уинтермарча. В толк не могу взять, откуда бы мне знать его жену и дочь.

–  Может статься, вы имели удовольствие быть знакомым с помянутым джентльменом в далекой молодости, - предположил поверенный.
– И, конечно же, с течением лет он изменился.

–  Да, очень вероятно, что так.

В памяти доктора тотчас же возник образ новых обитателей Скайлингдена какими предстали они перед визитером в гостиной, - и мистера Вида Уинтермарча в частности. Где же прежде видел он этого сурового джентльмена с эффектным ястребиным лицом? И когда? За буйными усами и бакенбардами, за насквозь пропитанными краской волосами, за морщинами, взявшими в осаду стареющее лицо, за накопленными наносами лет не просматривается ли разительное сходство с...

Доктор вздрогнул, пораженный сделанным открытием. Господи милосердный, неужто такое возможно?

–  В чем дело?
– осведомился мистер Доггер, с трудом сдерживая любопытство.
– Вы его знаете?

–  Не уверен. Скорее всего я просто ошибся.

–  Похвальная осмотрительность, сэр. Ложное обвинение порою чревато серьезными последствиями, - фыркнул поверенный, изрядно раздосадованный нерешительностью собеседника.

–  Я никого не обвиняю, сэр, - резко парировал доктор Холл. Он сверился с часами, нахмурился и, вновь взяв в руки вожжи, направил лошадь в объезд чужой двуколки и вниз по холму. Не попрощавшись с поверенным ни словом, ни взглядом.