Чтение онлайн

В результате мистер Доггер повел себя совершенно нетипичным для него образом. Во-первых, он со всей очевидностью забеспокоился; лицо его побледнело, на покатом лбу выступили капельки пота, блестящие глазки словно померкли; короче говоря, его профессиональная маска начала таять (и это - на виду у простецов!), а из-под нее проглянуло лицо истинное. Ему вспомнились миссис Уинтермарч и ее дочь, встреченные на Нижней улице в достопамятную ярмарочную пятницу не так давно; он с испугом представил себе черты молодой женщины, столь его заинтересовавшие, - ее глаза, форму лба, длинный острый нос. И по спине законника пробежал холодок.

Совершил Томас Доггер и еще нечто, вовсе ему несвойственное, - а именно, напрочь позабыл про коротышку-доктора, и его дело, и про предполагаемую солидную компенсацию, и со всех ног бросился прочь из "Герба"; и даже рев громотопов на примыкающей к гостинице лужайке не пробудил его от транса.

Глава 13

ШЕСТЕРО ИЗ ВОСЬМИ

–  Ха!

Восклицание это сорвалось с губ сквайра, что стоял в своем рабочем кабинете у стола, разложив перед собою целый ворох бумаг. Он как раз обнаружил прелюбопытный документ - письмо многолетней давности (отсюда и возглас!) - и теперь жадно его изучал.

–  Что ты такое нашел?
– осведомился Оливер, подходя ближе.

–  Пока я был в колодце, отец сообщил мне о неких письмах, которые отдал старику-викарию, Эдвину Марчанту. И сказал, что в них я найду ответы на мои вопросы. Мне тут пришло в голову, что эти письма могут оказаться среди бумаг, которые наш нынешний достойный викарий не так давно счел нужным вернуть - по настоянию своей супруги. Мне казалось, я сжег их, или выбросил на ветер, или еще как-нибудь от них избавился. Повезло же, что ничего подобного я не сделал, а то я тут такой документ нашел!

–  О чем же в нем говорится?

–  Вот, - промолвил Марк, вручая другу листок.
– Прочти внимательно, Нолл, будь умником, и скажи, что ты об этом думаешь.

Оливер скользнул взглядом по поблекшим строкам. Дочитав до конца, он оторвался от письма и вгляделся в лицо собеседника, не представляя, с чего начать.

–  Итак, вот что мы с тобой имеем. Что скажешь?
– осведомился сквайр.

–  Просто в себя прийти не могу, - потрясенно откликнулся Оливер. Разумеется, этот документ проливает совершенно новый свет на происходящее. Но... что из этого следует - в глобальном-то смысле?

–  Следует то, - ответствовал Марк, многозначительно тыкая пальцем в письмо, - что мистер Вид Уинтермарч из Скайлингден-холла, пожалуй, совсем не такой злодей, каким его здесь пытаются выставить.

Оливер перечел письмо еще раз. В верхней части листка была небольшая приписка, сделанная другим почерком, - приписка от имени некоей миссис Фотерингэй, адресованная мистеру Ральфу Тренчу Далройдскому; в ней говорилось, что письмо пересылается девятому сквайру для того, чтобы он ознакомил с его содержанием "заинтересованную сторону".

Как адрес, так и имя отправителя были тщательно вымараны. В письме же значилось следующее:

Понедельник, вечер.

Дорогая миссис Фотерингэй!

Пользуясь возможностью, я вновь хочу поблагодарить вас за великодушную богоугодную помощь в том, что касается нашей малютки. С тех пор как две недели назад, тем достопамятным благословенным утром, девочка впервые вошла в нашу жизнь, она была, есть и останется путеводным светом и животворящим духом нашего домашнего очага. На протяжении стольких лет Провидение упорно отказывалось почтить дарами наш союз; мы с мужем уже привыкли к мысли, что навсегда останемся бездетны. Все эти годы мы смирялись со своим тяжким уделом и не роптали ни словом. Но теперь, когда с нами наше дорогое дитя, все разом переменилось. Дни - светлее, ночи - не одиноки более, впереди будущее. Это вам и вашему замечательному благотворительному обществу Гроба Господня обязаны мы своей невероятной удачей - и выражаем глубочайшую признательность за вашу к нам доброту. Мы всегда будем с благодарностью вспоминать о вашем великодушии и почитать себя вашими должниками, радуясь нашей новообретенной доченьке.

В честь благих деяний вашего общества и в знак неизбывной нашей благодарности мы окрестили девочку Сепульхрой (от латинского Sepulcrum Sanctum - Гроб Господень) - довольно ей жить на свете безымянной!
– и тем самым память о доброте вашей навсегда будет жить в наших сердцах, столько, сколько волею Провидения продлятся дни наши на этой бренной земле.

Искренне ваша, миссис Фотерингэй, остаюсь, и т.д., и т.п.

–  Видишь, Нолл, как все сходится, - подвел итог сквайр, едва Оливер дочитал до конца.
– Я же говорил: престранное это имя для женщины; так оно и есть. А вот вам и разъяснение загадки. В Вороньем Крае Эдит Марчант произвела на свет дитя женского пола, и дитя это - миссис Уинтермарч.

–  Ты думаешь, это из-за нее семейство обосновалось здесь?
– осведомился Оливер.
– По-твоему, это она, а не ее муж, приехала сюда, лелея планы мщения - мщения за мать?

–  Возможно.

–  Из-за того, что местные жители затравили мисс Марчант по ее возвращении из города и довели ее до самоубийства?

–  Вспомни сам, Нолл: мистер Вид Уинтермарч рассказывал, что жена уговорила его "сменить тяготы города на деревенский воздух". Именно она "слышала много хорошего" о нашем маленьком приходе Шильстон-Апкот. Отлично все устроилось, не так ли?

–  Да, и в самом деле припоминаю...

–  Впрочем, может статься, я и неправ, - промолвил Марк, разом идя на попятный.

–  О чем ты?

–  Скажи, показалась ли тебе эта дама коварной обманщицей? Мне - нет. Я ощущал в ней лишь подобающее жене послушание, учтивость и покорность. Более того, обстоятельства ее появления на свет хранили в тайне. К примеру, в письме отчетливо намекается, что новая ее семья ведать не ведала о происхождении девочки. "Довольно ей жить на свете безымянной!" Откуда бы ей узнать о себе всю правду?

Оливер признал, что понятия о том не имеет.

–  Что заставляет меня рассмотреть и третью возможность, - промолвил сквайр, задумчиво сощурившись.

–  Просто-напросто совпадение?

–  Здорово я бы удивился, будь это так! Вот в совпадения я абсолютно не верю.

–  Возможно, супруги сговорились промеж себя? Но если муж - и в самом деле Чарльз Кэмплемэн, а Чарльз Кэмплемэн - это отец...

Оливер передернулся от отвращения: на эту тему он не желал и думать.

–  В таком случае он никак не может быть Кэмплемэном. Или отец ребенка кто-то другой. Или, скажем, они вообще не муж и жена?

Сквайр помолчал немного, обдумывая обстоятельства дела и приглаживая бакенбарды.

–  Надо нам избавиться от этой твари, совы, стало быть, - наконец промолвил Марк.
– Следовательно, необходимо ее поймать. Именно здесь - ключ к разгадке. И хорошо бы проделать это побыстрее, до того, как сова совершит то, ради чего здесь объявилась. Черт подери эти распроклятые сны!

–  А как, по-твоему, нам это удастся?
– наморщил лоб Оливер.
– Уж не пойти ли нам на штурм усадьбы, подобно твоим неустрашимым предкам, атаковавшим аббатство, и не отбить ли птицу силой? Признаю, мне лично милее дрозды да малиновки, но что такого для нас опасного в сове? Да, безусловно, ночные кошмары омерзительны и пагубны; однако причинно-следственную связь мы пока что не доказали. Ну, каким таким способом птица может вызывать эти сны? А мысль о том, что перед нами - та самая сова, напугавшая мистера Боттома тридцать лет назад, - сомнительное предположение, не более.