Чтение онлайн

В груди словно раздули горн. От этого поцелуй вышел жарким, но в то же время наполненным какой-то неповторимой дивной нежностью. Лаской и покоем одновременно. Волнением и умиротворением.

Особой, только им двоим понятной чувственностью…

Настя зажмурилась, растворяясь в поцелуе, прижимаясь к груди Сергея своей грудью, ощущая, как бешено стучат их сердца…

В унисон.

Настя сама приняла решение — остаться с картиной один на один. И теперь в вечерней мастерской она тщательно подбирала кисти, вымешивала цвета и прикидывала, как лучше…

То зажигала ярче — пришлось принести дополнительные лампы — то приглушала свет. Хотелось четких теней, понятных точных цветов и просто успокоиться. Кисточка крутилась у ног, то мурлыча, то взволнованно мяукая. Моня сидела недвижно на шелковой подушке у стены. Мордочка крошечной собачки выглядела комично серьезной.

— Получится у меня… Получится, — внушала себе Настя. — Стоит только начать…

Первые мазки легли поверх старой краски как-то прозрачно, нехотя. Будто все естество картины сопротивлялось им, желало вытолкнуть, свернуть маслянистыми шариками на темной поверхности.

Но Настя не собиралась сдаваться. Она замешала краску еще раз. И еще, пока не получила нужную консистенцию. Работа сдвинулась с мертвой точки. Под уверенными аккуратными мазками изображение стало неумолимо меняться…

Вскоре на нем снова были окно и тьма.

Настя встала из-за мольберта, отступила на несколько шагов назад, чтобы полюбоваться результатом. Приоткрыв дверь мастерской, чтобы немного проветрить помещение, с удивлением обнаружила, что снаружи уже бодро румянится утро.

Всю ночь проработала… Надо же!

Что делать-то теперь?

Картина вздрогнула, чуть заметно заискрилась, после чего сама поднялась в воздух и развернулась к черному окну.

Тьма к тьме.

Воздух в мастерской нагрелся, закрутился воронкой между картиной и окном. Тьма из них потянулась наружу, стремительно выцветая прямо на глазах. Воронка затягивала и затягивала эту болезненную черноту в свой центр, распускала по сторонам сетку белесых молний.

Происходило нечто необъяснимое. Нечто, что пугало и одновременно завораживало…

Постепенно в этой блистающей круговерти проявилось что-то туманное, высокое. Настя пригляделась и поняла — человеческая фигура.

Полупрозрачный образ набирал силу, втягивая в себя обрывки молний и тьмы. Вскоре стало возможно разглядеть…

И Настя узнала.

Предположила, что узнала эту призрачную женщину, рожденную, как Венера из пены, из исчезающей, трещащей по всем швам тьмы.

— Василиса… — Возглас вырвался сам собой.

Вихрь остановился, и женская фигура мягко качнулась в воздухе.

— Ну, здравствуй, наследница. Как жила тут без меня? Справлялась, вижу. Молодец.

— Как хорошо, что вы вернулись! — выпалила Настя. — Я старалась сберечь ваш дом. И ваша сила…

Полупрозрачная ведьма приложила палец к губам, призывая прежде выслушать.

Сказала:

— Теперь это твой дом. И сила теперь твоя. Ты правильно учишься ею пользоваться. Когда-то давно одна великая ведьма передала свою магию мне, простой босоногой девчонке, готовой прийти за светом в неведомый и страшный темный лес. Так что не моя это сила. Вернее, не только моя. И пусть теперь она принадлежит той, кто всем сердцем жаждет созидать и творить. Тебе.

— Мне? — Настя все еще не верила до конца в происходящее. — А вы? Вы ведь вернетесь сюда? — спросила с искренней надеждой, на что ведьма ответила:

— Нет. Я вернуться не могу. Тьма истончила меня за время долгой борьбы. Я слишком долго странствовала в пустоте, и пустота стала мне домом. А я впитала ее в себя. Срослась с ней. Такова цена проклятья.

Настя только и смогла выдохнуть:

— Мне жаль.

— Не жалей. Однажды я уже пребывала в подобной пустоте и одолела ее. Однажды разберусь и с этой… Новой.

— Может быть, все-таки возьмете силу обратно? Хоть частично? — предложила Настя, рассуждая, что так будет честно.

— Ее нельзя забирать обратно, к тому же частично, совсем чуть-чуть, она у меня осталась. Для нового витка хватит… — спокойно улыбнулась Василиса. — Знаешь, я внимательно наблюдала за тобой из тьмы, и я довольна. Все случилось так, как и должно было случиться.

Настя уточнила:

— Нового витка чего?

— Жизни. Существования. Созидания. — Ведьма взмахнула рукой, воздух вокруг нее колыхнулся. И распустился фейерверком цветных искр. — Проклятая тьма разъела пустоту и породила новое пространство. Его нужно заполнить… Это особенность дома — создавать вокруг себя проходы в иные пространства. Пустые миры. Такова его сущность — стоять на межмирных границах…

Настя вспомнила что-то такое из историй про избушку на курьих ножках. Явь и Навь. Бытие и Небытие.

Граница мирозданий…

Василиса будто разгадала ее мысли:

— Легенды или сказки, и все же иные миры существуют, так или иначе. И один из них создала я. Вложила в него всю свою любовь и надежду. Вычеркнула из него весь яд и всю злость привычной реальности. Сделала его похожим на свой, изначальный, и все же немного другим. И мир этот пошел по собственному пути. Его будущее я уже не могла предсказывать, но оно, как мне кажется, должно было стать прекрасным…

— Оно стало… — Настя вдруг поняла, о чем говорит ведьма. — Вы ведь сейчас про Эретрейю говорите? Это дивное место. Но… Его действительно создали вы? Как?

— Взяла краски, кисти и нарисовала, что видела вокруг себя, немного приукрашивая и исправляя то, что мне категорически не нравилось в оригинале. Я долго не знала, что у меня получилось. Как только моя работа была закончена, все проходы в новорожденную Эретрейю закрылись. Новый мир вызревал какое-то время, а потом, словно бутон цветка, распустился во всем своем великолепии. Но я, к сожалению, не успела насладиться своим творением из-за проклятья… — Воздушный образ Василисы колыхнул порыв сквозняка. — Времени мало. Послушай, скажу тебе кое-что важное. Ключ от последней комнаты, что на втором этаже, — думаю, ты его еще не отыскала, — спрятан в медальоне оленьих рогов, висящих в гостиной. В комнате лежат мои дневники с записями о том, как правильно нарисовать целый новый мир. Они тебе, надеюсь, тоже пригодятся. А теперь принеси-ка мне одну из моих кистей, она мне понадобится, чтобы расписать еще одну пустоту. И давай прощаться, новая ведьма…

Василиса стала еще прозрачнее, почти совсем растворилась. Настя протянула ей волшебную кисть из набора, универсальную, с тонким кончиком и широким основанием. От касания Василисиных пальцев кисть тоже стала призрачной.

Настя воскликнула испуганно:

— Подождите! — Она вспомнила кое-что важное, без чего просто не имела права распрощаться с прежней хозяйкой дома прямо сейчас. — Погодите минутку, прошу… Умоляю!

И со всех ног понеслась через террасу в кухню. Там схватила за лапу Настасью Петровну, спешно потащила за собой к Василисе.