Доппельгангер
Шрифт:
Лорна словно не изумилась зеркальному гостю. Вместо «теплого приема», который стоило бы оказать человеку, вломившемуся в твоё жилище с сомнительными намерениями, она предложила Рику чашку чая и своё покровительство.
Парню она показалась совсем невменяемой, но почему-то он согласился.
Рикардо глубоко тронула судьба одинокой пожилой женщины, томящейся в мрачном, пустом доме. Её доверчивая потребность в хоть одной живой душе рядом растопила даже сердце домушника.
Ему всё равно некуда было пойти.
Почему бы не задержаться здесь, получив массу привилегий, вроде крыши над головой, трехразового питания и отсутствия каждодневного риска для жизни?
Миссис Уокер приложила немало усилий, обучая бывшего бродягу колдовству. Много лет она вела неравную войну с его криминальными замашками и привычками. Рик сопротивлялся – ему претила мысль о том, чтобы стать послушной ручной зверушкой богатой белой старухи.
Они часто ругались.
Однажды Лорна пропала. Она сказала, что уедет на несколько дней в Новый Орлеан, проведать какую-то подругу, но так и не вернулась домой.
Рикардо устал её ждать и порядочно всполошился. Когда-то он слышал от миссис Уокер про существование луизианских колдуний, и отправился по их следу, надеясь разузнать что-то об исчезнувшей наставнице. И напоролся на Мэл.
– Мелисса тогда свалила из Ковена, - заканчивал Рик уже в такси, понизив голос, чтобы их с Джуди странную беседу не расслышал водитель. – Докопалась до меня – кто я, откуда, чего мне надо в Луизиане. Помогла поискать Лорну, но нифига.
Джуди оторвалась от созерцания проносящихся мимо знакомых пейзажей и обернулась к нему.
– И в Салем она не вернулась? – уточнила она.
Рик покачал головой.
– Чёрт знает, - вздохнул он и признался, потупив взгляд: – Мы с Лорной… напоследок знатно поцапались. Мне было стремно сюда соваться.
«Стремно» - вполне подходящее слово.
Джуди придержала комментарий о том, что чувствует то же самое.
Рикардо, к счастью, пока не потребовал от неё ответных откровений, и она рассчитывала отложить их на неопределенный срок. Ей не хотелось вдаваться в подробности своих сложных взаимоотношений с миссис Уокер и с её сыном. Особенно с ним.
Уже от вида белоснежного особняка в конце улицы Джуд стало не по себе. Он угнетал её одним своим присутствием – таинственный, немой и величественный.
Она попросила таксиста остановиться у маленького домика Сэнди Дэвис. Подальше от мрачного белоснежного исполина.
Рикардо выполз из машины следом за девушкой. Он поежился и потёр плечи руками, пытаясь согреться.
Его кожаная куртка не годилась для холодной весны Массачусетса.
– А… - начал он.
– Мне… надо сначала заглянуть к маме, - объяснилась Джуд и осторожно уточнила. – Ты не против?
– Тебя тут подождать? – предложил Рик.
Он слегка стушевался и выглядел очень несчастным.
Джуди оставалось только гадать, что послужило причиной такой перемены – промозглая погода или всё-таки неприятные воспоминания о прошлом. Возможно, Рикардо, мальчишке из криминальной среды, всё ещё неловко было появиться на пороге приличного дома.
«Приличный!» – усмехнулась она. По сравнению с помпезным особняком Уокеров, их одноэтажный коттедж казался какой-то лачугой.
– Пойдем, - ободряюще сказала Джуд, и, подцепив мужчину под локоть, повела к крыльцу.
Сэнди Дэвис, открывшая дверь почти сразу же, неверяще уставилась на дочь.
Джуди даже не помнила, когда случалась здесь в последний раз.
Сэнди крепко обняла девушку и долго не хотела выпускать её из своих рук. Отстранившись, женщина стряхнула с пальто Джуди снежинки.
Апрель в Новой Англии и Луизиане разительно отличался. Туманы и серое небо, постоянно затянутое дымкой, были частыми атрибутами второго весеннего месяца. Частенько ветер приносил с залива тучи, полные мокрого снега.
– Милая! – проговорила Сэнди. – Я тебя не ждала.
– Да, мам, - подтвердила Джуди, опустив глаза к носкам кроссовок. – Прости, что не предупредила. Это… немного спонтанное решение.
– Как и всегда, - подловила её мать и кивнула, зазывая в дом. – Ты… вы, наверное, устали с дороги, а я как раз приготовила обед. Думаю, на всех хватит.
Рика Сэнди удостоила крайне недоверчивого взгляда.
Это заставило Джуди отказаться от идеи представить мужчину в качестве нынешнего бойфренда, и хоть немного приукрасить печальную картину своей личной жизни.
Её визиты домой и стали совсем редкими из-за постоянных расспросов на эту тему. По телефону или видеосвязи куда легче было уйти от ответа, чем глядя в глаза.
Сэнди не пыталась давить на дочь, но слишком часто приводила в пример Джуд её одноклассницу и бывшую лучшую подругу, недавно родившую второго ребенка в утопически-счастливом браке. Сама Сэнди была давно одинока. Она не хотела, чтобы дочь повторила её судьбу, так что Джуди не злилась.
Но ей по-прежнему нечего было поведать матери. Её свидания с парнями из «Тиндера» постепенно превратились в способ испортить себе вечер, а все отношения заканчивались, едва начавшись. Посвящать Сэнди в случайные интрижки было максимально неловко и в придачу бессмысленно. Интрижки, которых не случалось с университетской скамьи.
Зато недавно Джуди вытащила из зеркала двойника своего ненаглядного Итана!
Говорить об этом точно не стоило.
«Даже не думай», – сказала она себе. Не смей.
Сэнди ненавидела Итана ещё при жизни. Женщину всегда настораживала дружба маленькой девочки и взрослого парня. Джуд не хотелось вспоминать бесчисленные ссоры, скандалы и назидательные беседы на эту тему. Все аргументы, что приводила мать в пользу своей правоты.
Девушка знала их наизусть.
В итоге она умолчала об истиной причине своего возвращения в Салем. Вполне можно было объяснить поездку склонностью к импульсивным поступкам.
Сэнди, конечно, её очень быстро раскусит. Но пока женщина не спрашивала, а Джуди удавалось делать вид, что всё хорошо, и поддерживать отвлеченно-светскую беседу за обедом.
Какое-то время.
Пока она не вспомнила, что совсем позабыла выключить режим полета, заслушавшись историями Рика.
Она украдкой вытащила под столом телефон и бегло пролистнула список уведомлений.
Джуд ждала куча пропущенных звонков от Габриэллы и неизвестного абонента, а в довесок целый эпистолярный роман в мессенджере. Девушка чуть не промазала вилкой мимо рта, зачитавшись.