Доппельгангер
Шрифт:
Джуд, вроде бы, накануне была на каком-то пароходе, только не помнила, как и почему там очутилась. Она прыгнула за борт и нахлебалась воды. Её тормошили и трясли чьи-то руки. Она слышала сбивчивый шёпот, но, скорее всего, он тоже являлся плодом разыгравшегося воображения, частью сна:
«Нет, только не так. Только не снова!»
Зачем она нырнула в реку?
Девушка вернулась к постели и пошарила под подушками, но не нашла там никакой книги, хотя была уверена, что наткнется на потрёпанный корешок. Да и выглядела спальня иначе, нежели в смутных образах в голове – не обветшалой и мрачной, а уютной.
Джуди похитила из платяного шкафа мужскую рубашку, закуталась в неё и выскользнула в коридор, продолжая озираться по сторонам. Она сопоставляла интерьер со своими представлениями о нём, находя все больше различий. Здесь был свежий ремонт, сделанный с безусловным вкусом.
Она застыла у лестницы, уцепившись взглядом за витраж на створках входной двери. Растительный орнамент переливался в солнечных лучах, разбрасывая повсюду цветные отблески.
«Чувствуйте себя, как дома»
Джуди накрыла лицо ладонями и потрясла головой, но легче не становилось. Воспоминания не могли протолкнуться сквозь плотную мембрану, сквозь туман, застилающий мысли.
«Он утонул, - сказала миссис Уокер».
– Господи! – воскликнула девушка.
Она уловила какое-то движение в недрах дома и бросилась на звук.
Джуд ворвалась в кухню – источником шума было скворчащее масло на раскаленной сковороде. В ноздри ударили соблазнительные запахи жареного бекона и свежего кофе. Пустой желудок свело спазмом.
Она прижалась к знакомой спине, утыкаясь лбом мужчине между лопаток.
– Ты жив, - невнятно пролепетала Джуд, касаясь пальцами тёмных волос над краем футболки. Конечно, он жив. Итан жив. Чтобы там ни сказала миссис Уокер, эта старая, лживая тварь.
Девушка отступила, смущенно закусив губу.
– Только голод и может вытащить тебя из постели пораньше, – заметил Итан, оборачиваясь. Насмешливость исчезла с его лица, стоило ему увидеть состояние Джуди. Он насторожился.
– Что с тобой? – обеспокоенно спросил мужчина. Его янтарные глаза изучали девушку, выискивая причину её потрясения. Она, наверное, выглядела так, будто убегала от маньяка в жутком лесу, а не нежилась в постели солнечным утром.
– Я… - она не нашлась с ответом. Голос охрип и предательски дрожал, выдавая её с потрохами. Что она, кстати, собиралась сказать в своё оправдание?
Джуд приснился кошмар, хотя она, в действительности, не запомнила особых деталей. Да и сдались они ей?
Лишь сумасшедшие роются в мусоре, что выбрасывает на поверхность разум, дрейфующий на автопилоте. Лишь сумасшедшие ищут среди абстрактной абракадабры крупицы смысла, символы и знаки.
– Просто приснился плохой сон, - сдала на попятную Джуд.
– И что тебе снилось?
Зря он спросил! Поток слов пробил плотину здравомыслия и хлынул наружу.
– Такой реалистичный кошмар! Я захлебывалась в тёмной воде и никак не могла выбраться на поверхность... Мне было так страшно!
Итан ласково заправил прядь волос ей за ухо.
– Надо же, - сказал он, не сильно то вдохновившись. Он обернулся обратно к плите – бекон требовал не меньшего участия, чем смятённая девушка, да и кофе, оставленный без присмотра, затеял вероломное бегство из турки.
Джуд пока присмотрелась к запястьям мужчины. Кожа была чистой, но она почему-то рассчитывала увидеть там какой-то загадочный символ. Ничего, лишь ремешок наручных часов.
«Итан – мальчик из респектабельной, консервативной семьи, а не бандит с окраины Бостона» – напомнила она себе. Он не стал бы протестовать против деспотизма матери таким банальным способом. Он никогда бы не сделал татуировку.
– Что-то ещё? – через плечо бросил он.
Джуди прогнала мысли о татуировке и принялась мерить кухню шагами, переступая через полосы солнечного света, изрезанного оконной рамой на равные квадраты.
– Не знаю… не помню, - пробормотала она и резко остановилась. – Но! Вот что! Когда я проснулась, мне показалось…
Итан недоверчиво покосился в её сторону.
– Мне показалось, что ты утонул, - выдавила девушка.
Мужчина тяжело вздохнул, выключил плиту и приблизился, чтобы увлечь Джуд в свои объятия.
– Ох, милая, - заговорил он, успокаивающе поглаживая её по спине. – Что с тобой творится? Давненько эти кошмары о себе не напоминали. Всё-таки прошло уже двадцать лет…
– Двадцать лет? – переспросила Джуд, отрывая лицо, чтобы посмотреть на него.
Шестеренки в её мозгу разогнались до скорости света, но у неё все равно не выходило подыскать объяснение.
– Двадцать лет, - подтвердил Итан. – То, что случилось в день нашего знакомства.
Она выпуталась из его объятий.
Девушка давно приметила вазу с зелёными яблоками на столешнице, но не придала ей особого значения. Яблоки и яблоки. Именно они и таили в себе подсказку – этот кислый сорт. Джуд взяла один плод и задумчиво повертела в пальцах.
Она прекрасно всё помнила.
Двадцать лет назад Сэнди Дэвис привезла приёмную дочь в новый дом, а девочка улизнула, чтобы погулять по окрестностям. Она набрела на остров, где и познакомилась с соседским парнем, старше её на восемь лет. Он приходил туда почитать в одиночестве. Он всегда брал с собой яблоки сорта «Гренни Смит» и угостил новую знакомую.
Она уронила яблоко в реку.
Джуди полезла доставать его из воды, но поскользнулась на камнях, скользких от ила. Она же такая, чёрт возьми, неуклюжая!
«Твой мелкий трупик унесёт в залив».
– Что тогда произошло?
– вырвалось у девушки.
Итан аккуратно высвободил яблоко из её хватки. Она так ожесточенно стискивала плод, что на кожице остались следы от ногтей, где выступил сок. Мужчина вернул пострадавший плод к остальным.
– Ты чуть не утонула, - ответил он и добавил с каким-то неопределённым выражением. – Но я тебя спас.
Джуди кивнула - звучало логично, хоть она и недоумевала, как умудрилась такое забыть. Она утешила себя, что всему найдется разумное объяснение. Возможно, её мозг создал некую подушку безопасности, уберегая хозяйку от шокирующей правды. Она где-то читала, что такое бывает.
– Да… - уже увереннее сказала она, - я помню. Помню это. Так и было… Но… что дальше? – спохватилась девушка.
Между знакомством на острове и этим разговором пролегла бездонная пропасть. В неё провалились целых двадцать лет жизни.
Она смогла припомнить кое-какие подробности – долгую дружбу с соседом из дома на холме, свои неразделенные чувства. Но как вышло, что они оказались здесь – в Новом Орлеане, вместе? Итан ведь не просто так готовит ей завтрак.
Где он, кстати, в этом так наловчился, если в особняке Уокеров трудилась целая толпа прислуги, снимавшая с семьи все бытовые обязанности? Представить Лорну у плиты было попросту невозможно.