Дорога домой
Шрифт:
– А я не хочу быть марионеткой в руках своего мужа!
– взвыла Эрилин, все это время, пытающаяся молча слушать отца. Он притащил ее в комнату, даже не дав забрать шпагу. Разнервничался... Подумаешь, посол!
– Я не хочу быть напомаженной куклой, которую выставляют на балах, а потом запирают во дворце рожать детей!
Отец поморщился.
– Эрилин, но ты родилась девочкой, ты не можешь вести себя как мужчина, - ну вот, теперь, похоже, он почувствовал себя виноватым, что она не мальчик.
– А эта одежда? Женщины ведь такое не носят.
– Мне все равно, - отрезала она.
– Я одета не как мужчина, я одета как я. Я, понимаешь? И я не могу иначе. Да ты только посмотри на этих так называемых женихов. Хоть один приехал лично познакомиться со мной? Или мне и потом предстоит делить брачное ложе с послом?
– Ты же знаешь, что нет.
– Знаю?
– взвилась она.
– А откуда? Историй ходят много. Я никогда не обручусь с человеком, которого не знаю.
– Эри...
– король не успел договорить. В дверь постучали.
– Можно войти?
– раздался голос Эмира.
– Войди!
– произнесли отец с дочерью одновременно.
– Эрилин!
– взмолился король.
– Если в комнате мужчина, отвечает он.
Эрилин закатила глаза:
– Если в комнате я, отвечаю я! Это же моя комната.
– Опять ссоритесь?
– с улыбкой поинтересовался Эмир, войдя в комнату, он был в дорожном платье и даже в перчатках.
Эрилин проигнорировала вопрос и немедленно задала свой:
– Уезжаешь?
– В Сарану на переговоры. Между прочим, делегация из Сараны уже неделю у нас в гостях, - пояснил Эрон тоном, явно говорившим: "Поменьше бы занималась дурью, была бы в курсе всего".
Эрилин фыркнула.
– Надолго?
– Три недели туда, - ответил брат, - три недели обратно, неделю там, так что к зиме ждите.
Эрилин нахмурилась:
– В Саране неспокойно в последнее время. Это безопасно?
Эрилин не особо интересовалась политикой, но предпочитала все же быть в курсе основных событий. И она знала, что в королевстве Сарана вот уже полгода шла гражданская война за власть.
– Со мной будет целый отряд, - отмахнулся Эмир.
– Дядюшка Ридок уже обо всем договорился. Кроме того, прибывшие сюда саранцы настроены мирно. Они хотят заключить с нами союз.
Ридок. Вот уж кому бы Эрилин не дала бы даже почистить свои сапоги. Младший брат отца, весь такой фальшиво милый, только никто почему-то этого не видит.
– А можно я тоже поеду?
– вдруг вскочила Эрилин, повинуясь неожиданному порыву. Сарана, действительно, очень опасна, говорят, там лучшие воины, а еще самое большое скопление магов. И предчувствия у нее были далеко не добрые.
Эмир засмеялся и потрепал ее по волосам.
– Эри, неужели ты думаешь, что защитишь меня лучше целого отряда?
Эрилин надулась.
– А что, если так? Всем известно, что я фехтую лучше тебя.
– Эрилин, уймись!
– взмолился король, и все его причитания начались по-новой.
Ее разбудил шум. Люди бегали по коридорам, шумели, переговаривались, кто-то истошно закричал... От этого крика Эрилин и проснулась. Ощущение было такое, будто ей вылили на голову ведро воды.
Голоса в коридоре не замолкали.
Сердце ухнуло куда-то вниз, а потом бешено застучало.
Она соскочила с кровати и принялась одеваться. Черт! Как долго! Искать другую одежду времени не было, и Эрилин натянула на себя то, в чем была вчера, и за что отец так ее отчитал.
Она выбежала в коридор.
– Что случилось?
– Эрилин схватила за рукав первую попавшуюся служанку, которая с паникой на лице тащила куда-то дорогую вазу.
– В-ва-ш-ше вы-с-с-со-чество, - пролепетала служанка, - тут... тут такое!
– Какого черта?!
– прорычала Эрилин.
– Переворот!
– выкрикнула служанка и бросилась бежать.
Этим единственным словом Эрилин словно по голове стукнуло. Переворот? Какой еще переворот?! Люди же души не чают в ее отце.
– Папа!!!
– ужасная догадка заставила ее похолодеть, и Эрилин кинулась в королевскую спальню.
Нет, это все не правда, не может такого быть! Но это было. Слуги неслись кто куда, некоторые под шумок тащили дорогие предметы обстановки...
– Папа!
– Эрилин без стука распахнула дверь отцовской спальни, казалось, что, чтобы постучать, ей придется потратить целую вечность, которой у нее в запасе не было.
– Папа!
Отец лежал на высокой постели, глаза закрыты, лицо безмятежное... А возле кровати стоял дядя Ридок и что-то диктовал своему секретарю.
– Что ты с ним сделал?!
– в панике закричала Эрилин.
Ридок обернулся. Его помощник-сообщник тоже, рядом с этим красивым молодым человеком дядя выглядел настоящим уродом.
Но отвечать ему не было необходимости. Довольное выражение бледного лица говорило само за себя.
– Нет!
– Эрилин шагнула вперед и коснулась руки отца - холодная, как лед.
– Ты убил его!
– Бедняжка, - вздохнул дядюшка, - Эрон был сильно болен...
Эрилин даже смотреть на него не могла: худой, белесый, глаза бесцветные и - господи, ты боже мой!
– такие довольные.
– Болен, говоришь? Ему обещали выздоровление, - она с трудом выдавливала из себя слова.
– Когда лекари проведут анализ крови, думаю, они сразу же обнаружат яд в ее составе.
Ридок только издевательски улыбнулся:
– Анализа крови не будет, - заявил он.
– Мой брат был болен. Полагаю, теория заговора у бедняжки от горя, - это уже адресовалось секретарю, который немедленно записал эти слова. У него был равнодушный вид, но Эрилин была уверена, что все провернул именно он, а не Ридок, которому бы попросту не хватило ума и решимости.
– Еще раз назовешь меня "бедняжкой", станешь евнухом, - ее рука потянулась туда, где должна была бы быть шпага. Но ее не было, не было... Отец вчера так стремительно уволок ее из сада, что она так и осталась в траве.