Дорога к дому
Шрифт:
Добежав до галопирующей парочки, Безымянный запрыгнул на платформу, к которой крепилась "человеческая" часть монстра. По коже прошла весьма неприятная волна покалывания, но ему всё же удалось преодолеть щит, окружавший чудовище. Ударом ноги он отбросил Ноби подальше – эх, не миновать скандала! Удерживая равновесие, человек принялся наносить удары по загривку и шее твари – жаль не получалось добраться до глаз. "Руки" монстра беспорядочно задергались – несколько раз только чудеса увертливости уберегли Безымянного от смертельных клещей – засновали в беспорядочном вращении. Ничего! Удар, ещё, ещё, ещё…
Ноги монстра подкосились. Человек, с трудом удержавшись, буквально повиснув не "плечах" врага, сохранил равновесие и продолжил экзекуцию, время от времени пуская в ход колени, припечатывая ими гадину между лопаток – впрочем, это не приносило особых плодов: огромные жировые наслоения оберегали чудище не хуже, чем энергетический щит. И всё же оно слабело. Град ударов сыплющихся на голову не прошел для него бесследно. Переступая с места на место, Безымянный выискивал более удобную позицию, он хотел добраться до морды гадины, и при этом не подставиться под удар клешней. Отступив влево, он внезапно покачнулся и чуть не скатился с платформы, в последний момент сумев ухватиться за верхнюю лапу создания. Послышался глухой треск. Безымянный, восстановив равновесие, посчитал, что сломал какой-то из суставов, лишив противника "руки", но реальность превзошла все его ожидания! Его нечаянное движение повредило замаскированную панель управления манипуляторами, и верхние конечности монстра немедленно безвольно повисли. Это была победа!
Спрыгнув на пол, человек обошел платформу и, встав лицом к лицу с чудовищем, размахнувшись, со всей силы ударил того в челюсть. Голова твари безвольно повисла, как у тряпичной куклы. Безымянный вновь размахнулся, но внезапно взгляд его упал на небольшой нарост в правой части платформы. Приглядевшись повнимательнее, он понял, что это был аккумулятор щита, крепившийся к внешней части стержня манипуляторов. Недолго думая, человек схватил его и, потянув на себя, с корнем выдрал из паза, лишив противника единственного, остававшегося в его распоряжении средства защиты. Вот теперь всё действительно было кончено!
Оставалось добить… Тварь ожила. Голова чудища поднялась, Безымянный без замаха ударил его в ухо, размахнулся, прицеливаясь получше, и тут… Рот существа скривился, чуть приоткрылся, оно глубоко вздохнуло и в следующий миг, издав отвратительный, булькающий звук, плюнуло в человека. Слюна твари попала Безымянному в лицо, на миг ослепив его и заставив отшатнувшись, зажмуриться. Но эта спонтанная реакция не смогла надолго отвлечь его от избиения полностью беззащитного монстра, наоборот, плевок твари ещё больше распалил его ярость, и удары посыпались с удвоенной силой. Монстр дергался, извивался и раскачивался в такт ударов, но не издавал ни звука. Наконец, гнев Александера стал понемногу стихать, уходя вместе с силами. Он прервал экзекуцию, отступил на шаг и, сконцентрировавшись, материализовал меч. Пора было заканчивать с этим балаганом. Меч взмыл вверх, со свистом рассекая воздух. Пора заканчивать…– Пожалуйста, – длиннопалая, изящная ладонь легла на руку Безымянного, сжимающего занесенный над головой дрожащего монстра меч. Он не заметил, как А`Ани появилась в комнате, когда успела приблизиться к нему. Тихое, размеренное дыхание женщины прошлось по его щеке, волнуя кровь куда больше, чем вид побежденного врага. – Прошу вас, остановитесь.
– Но вы же сами… – голос сорвался на полупридушенный хрип, причиной которого стали вовсе не усталость или перенапряжение. – Только один выйдет отсюда…
– Для него, – женщина опустила вторую ладонь на голову тихонько поскуливавшей твари – и, о диво, та немедленно успокоилась, как собака, почувствовавшая уверенную руку хозяина. – Это единственное условие для него. Он не может иначе. Но вы можете…
– А оно остановилось бы? – зло бросил человек, всё ещё не опуская меча. Он и сам не очень понимал, что с ним происходит, почему жалость женщины к поверженному монстру так его раздражает.
– Нет, – тихо отозвалась А`Ани. – Но ведь вы не он.
Женщина провела рукой по морщинистой щеке монстра и в глазах существа на миг проступило какое-то очень человеческое чувство… Узнавание? Боль? Безымянный так и не смог понять, что это было: тень разума исчезла из блеклых, оплывших жиром глаз так же внезапно, как и появилась.
– Шай`тару эво де смати, лэ`эгу да чтавни`ам Йо`Ван, лэ`эгу да чтавни`ам. Он не понимает общий язык, – женщина обернулась к Безымянному. – Теперь, – она сделала особое ударение на этом слове, – раньше было иначе…
– Хотите сказать, что эта тварь раньше понимала общий язык? – всё ещё держа меч занесенным над головой монстра, поинтересовался Безымянный. Про себя же он и мысли не допускал, что подобная образина способна воспринимать хоть какой-то язык. Животное, зверь, выведенный с одной целью: грызть и рвать в клочья любого, на кого укажет хозяин!
– Раньше он не был бессловесной, лишенной разума тварью, – А`Ани поднялась с колен и, церемониально поклонившись человеку, произнесла: – Позвольте представить вам, лейн Александер, основателя и до недавнего времени главу нашего клана, Второго Сподвижника и возлюбленного ученика, благословленного самим Сати`мо на`Квайем, высокочтимого Йо`Ванна та`ас Сикуро.
Меч дрогнул. Совсем чуть-чуть. Человек! До недавнего времени ЭТО было человеком! Огонь и Тьма, кем же надо быть, чтобы превратить своего собственного собрата в нечто подобное?! Безумие! И он согласился работать на этих… этих… этих чудовищ! Монстров, в тысячу раз более страшных, чем та бессловесная тварь, что сейчас корчилась у его ног. Меч растаял. Безымянный развоплотил нанитовое оружие – в нем нет больше нужды. Он передумал убивать своего недавнего противника. Хотя по горлу стоявшей рядом с ним женщины он прошелся бы клинком с немалым удовольствием – это была ещё одна причина, почему он позволил мечу вернуться в накопитель. Зачем искушать себя?
– Спасибо, – едва слышно прошептала женщина.
– За что? – Безымянный отвернулся.
– За проявленное сострадание. Вы имели полное право нанести "вэни то дару" – завершающий удар милосердия, как вы говорите.
Безымянный зло ощерился. Не от слов женщины. От той непередаваемой иронии, что стояла за ними. И в то же время что-то насторожило его, что-то было в этом разговоре, нечто, что он упустил, не обратил внимания и… Он мысленно вернулся к началу беседы: слова, жесты, мимика А`Ани – всё не то. Но что-то ж было! Что же? "…представить вам, лейн Александер… Йо`Ванна та`ас Сикуро." Вот оно!
Безымянный крутанулся на месте и с ненавистью взглянул на женщину.– Сикуро? Вы сказали, его зовут Йо`Ванна та`ас Сикуро? Но это же имя носит и…
– Да, – А`Ани, медленно кивнула. – Вы правы… Он был… есть, отец Ви`атела и…
– Если Ви`ател – его сын, то как же он мог допустить это?.. – задохнувшись от негодования, Безымянный ткнул рукой в дрожащее существо и от отвращения сморщился. – Это надругательство… Если бы мой отец…
– То что? – холодно спросила А`Ани. – Что бы вы сделали? Убили бы его? Избавили бы от страданий одним ударом меча? Таков был бы ваш выбор?