Чтение онлайн

По лежащему Джеку промчалась ещё пара животных, когда до него донёсся истошный крик Зинаиды Ивановны:

– Волки! Волки!

Находясь за спиной парня, она успела отскочить в сторону, когда неведомая сила опрокинула его на снег, и в свете фонаря разглядела убегающих хищников. Григорий, полураздетый, но с автоматом в руках, выскочил на крыльцо как раз в тот момент, когда последнее животное промчалось мимо к выходу из тоннеля. Подсветка фонаря Зинаиды Ивановны и её крик помогли парню сориентироваться в одну секунду, вскинув автомат, он веером пустил вслед исчезающим теням длинную очередь. Последний хищник как-то нелепо подпрыгнул и рухнул перед самым выходом неподвижным комом.

Выбежавший следом Павел шуганул автоматного снайпера - одеваться, перехватил у него автомат и бросился к ко -ровнику. Джек сидел, поддерживаемый своей напарницей, по щеке его текла кровь, но он, в пылу схватки, совсем не замечал боли. Зинаида Ивановна в свете фонаря уже успела осмотреть рану бойца, первым принявшим на себя неожиданный удар, и успокоила обоих парней:

– Царапина на голове неглубокая, вот если бы ни шапка ^ Раненого хозяйка повела в дом на перевязку, а Павел с

подбежавшим Григорием уже с двумя автоматами наизготовку стали осторожно открывать дверь коровника. Луч фонаря высветил жуткую картину: перепуганные коровы сгрудились в дальнем углу сарая, одна из них полулежала, истекая кровью - у неё клыками был распорот бок, две других стояли за ней. Между входом и коровами стоял, угрожающе выставив рога, бык, у которого тоже сочилась кровь из ляжки задней ноги, но рана была не очень опасной. Коровий защитник уже собрался поддеть на рога открывших дверь, но Павел вовремя догадался осветить фонарём своё лицо, и поза быка сразу стала менее воинственной.

Самое интересное, что бык содержался в отделённой жердями части сарая, но он как спички переломил жерди, когда его коровам стала угрожать опасность. Павел осторожно подошёл к защитнику и уважительно погладил его по нервно вздрагивающей шее. Животное стало заметно успокаиваться.

Вернувшись в дом, Павел тут же позвонил на Базу - стая могла направиться прямиком туда. Взявший трубку Герман расспросил о подробностях и посоветовал сейчас же заняться установкой перед выходом перегородки с калиткой. Но обитатели Молодёжной были вынуждены сначала заняться ликвидацией последствий нападения волков: тяжело раненую корову решили пристрелить, так как лечить её было нечем, да и смысла в этом не было.

Но животные проявили удивительную солидарность: они сгрудились вокруг умирающей коровы, а бык, почуяв намерения хозяев, встал на её защиту. Пришлось отступить. Обратились за советом на Базу. Михаил Григорьевич сразу, как говорится, взял быка за рога:

– Много ли дают молока? Набирают ли вес? Сколько требуют в день кормов и воды? Как ребята управляются с навозом?

Услышав исчерпывающие ответы, удивился:

– А зачем вы до сих пор их вообще держите?!

Для ответа на этот вопрос передали трубку Зинаиде Ивановне, и та с запинками пояснила, что так было всегда - без коровы на селе нет жизни.

– А теперь такие времена, что с коровами жизни не будет - вы с ними до смерти замордуетесь, - грубовато закончил разговор ветеран городского воспитания.

– Да, пожалуй, - растерянно согласилась сельская жительница и, попрощавшись, отключила телефон.

После этого участь животных была решена. Бойня была ужасной. Люди, расстреливающие доверчивых и верных животных, чувствовали себя какими-то извергами, палачами, но надо было выживать.

С учётом возможности вторичного нападения волков, в этот же день не только сделали перегородку с калиткой на выходе, но и, очистив в последний раз коровник, прикрепили к деревянным балкам его перекрытия множество крюков из толстой проволоки. Почти полторы тонны разделанного мяса, пока занимались плотницкими работами, замораживались на расстеленных по снегу чистых мешках (соприкосновение мяса со снегом или водой значительно сокращало срок хранения продукта). Потом подмороженное мясо расфасовали в эти мешки и подвесили на крюки.

Галине пришло в голову сделать из сарая суперхолодильник, и её совет был благосклонно принят по телефону. Для реализации новой идеи в заваленном со всех сторон снегом коровнике пришлось лишь проделать вентиляционное отверстие через крышу до поверхности, где мороз доходил уже до пятидесяти градусов. В тоннелях мороз не превышал десяти благодаря двойному брезентовому пологу на входе с поверхности и постоянной подпитке теплом при открывании дверей жилых помещений. Пришлось хорошенько изолировать дверь, в новую морозилку, чтобы холод из неё не попадал в снежные траншеи. Зато теперь все ранее сделанные запасы мороженого мяса можно было перенести в более морозные условия хранения.

Естественно, ни о какой проходке штольни в этот день обитатели Молодёжной даже и не помышляли. Вечером состоялся обстоятельный обмен опытом по итогам напряжённого дня. База настойчиво рекомендовала прямо сейчас, не откладывая на завтра, припорошить свежим снегом притоптанный за день "пол" штольни в районе крыльца и у выхода - сделать контрольно-следовую полосу. Все трое парней после ужина устало поднялись из-за стола и, бурча на деда, отправились "делать пургу" в штольне.

Утром проспали на час больше обычного - скот больше не требовал ранней побудки.

– Хорошо!
– с чувством потянулся Григорий, который по графику должен бы уже давно таскать пойло коровкам. Зинаида Ивановна направилась, было, в сени, но была остановлена Павлом, который поторопился одеться, чтобы выйти первым. В левой руке он держал фонарь, в правой - автомат, изготовленный к стрельбе. Осветив пустые сени, юноша с той же предосторожностью открыл дверь в траншею.

– Следы!
– раздался через секунду его крик, и тут же донёсся стук захлопнувшейся двери.

– Павел!
– панически закричала Наташа, выскочив полураздетая из своей комнаты. И тут же натолкнулась на мужа, зашедшего из сеней.

– Я думала - тебя волки утащили, - заливаясь слезами, обняла она любимого.

Павел был растроган таким проявлением чувств, но дело не терпело сантиментов, и он осторожно отстранил от себя супругу:

– Ребята, одеваемся потеплее, оружие держать наготове -следов много. Я не стал сходить с крыльца - может, они совсем рядом. Мясо дразнит их запахом, так что без боя они от нас не отстанут.

Через несколько минут отважная тройка выходила в тоннель, выполняя инструкции своего спецназовца Джека. По очереди, прикрывая друг друга и не загораживая линию огня, бойцы миновали сени, крыльцо и, осветив прежде направление выхода, направились к коровнику. Судя по следам, волков было, на сей раз, около десятка. Они пробовали на зуб двери, пытались сделать подкоп, но сарай стоял на хорошо промёрзшей земле, и она не поддалась когтистым лапам.

Вдруг со стороны входа раздался явственный хруст снега, Джек метнул луч фонаря на звук и замер от неожиданности: у закрытой калитки (по эту сторону!) стояли два волка, и свет фонаря их не вспугнул! Не шевелясь, чтобы не дрогнула рука с фонарём, Евгений прошептал одними губами:

– Гриша - по левому, Павел - по правому по моей команде, - он дал паузу на прицеливание и так же шёпотом скомандовал, - пли!

Два автомата одновременно взорвали тишину. Один волк молча уткнулся в снег, второй взвизгнул и, волоча ногу, исчез, войдя в снежную стену. Держа оружие наготове, парни осторожно направились к выходу, крикнув женщинам в доме, что всё в порядке. Подойдя к калитке у выхода, разведчики поняли причину внезапного появления и исчезновения волков сквозь стену - волки не стали рыть подкоп под перегородку, где снег был хорошо притоптан, они прорыли тоннель в снежной стене, обойдя деревянную преграду по более мягкому снегу.

У всех троих, похоже, мелькнула одна и та же мысль:

– Волки могут выскочить с любой стороны снежного тоннеля и в любом месте. Может, они уже сейчас докапывают последние сантиметры?!

Тоннель сразу стал неуютным и враждебным. Зашив наскоро досками прорытый хищниками лаз, парни вернулись в дом, где и во время завтрака, и после него обсуждали только одну тему. Получалось, что и в доме теперь нельзя было чувствовать себя в безопасности: такие умные звери, находясь на грани голодной смерти, будут непрерывно искать способы проникновения к продуктам, подкарауливая обитателей дома на каждом метре их жизненного пространства.