Чтение онлайн

Ликвидацию всех последствий битвы с волками оставили на другой день, так как время ушло уже за полночь. Сначала убитых зверей хотели просто вынести наружу, где уже через сутки всё было бы заметено метелью. Потом кому-то пришла мысль - вырыть недалеко от выхода снежную камеру в стене тоннеля и сложить в неё волчьи туши. В будущем могли пригодиться не только шкуры, но и замороженное мясо зверей, которым все пока брезговали.

38. Метро-2

Покончив с волками, обитатели дома яростно набросились на штольню "метро" - это кодовое название так и закрепилось в обиходе проходчиков. Теперь, когда на содержание коров не нужно было тратить силы и время, скорость проходки должна была значительно возрасти - все три молодых пары дождаться не могли дня свадеб. Правда, Зинаиде Ивановне надоело изображать из себя хранительницу чести своей дочки, и этим утром она между делом, во время завтрака, сообщила, что теперь будет ночевать на кухне.

– Со мной что ли?
– пошутил Гриша, и тут же получил ложкой в лоб от Зинаиды Ивановны и шутливый подзатыльник от Даши. Прочувствовав важность момента, парень вскочил из-за стола и, упав на колени, смиренно пробасил: - Благословите, мама!

Новоявленная тёща не приняла шутовского тона, а очень серьёзно подозвала дочь, подала знак зятю - встать рядом с Дашей и, перекрестив молодых, поцеловала обоих в лоб и произнесла:

– Благословляю вас на долгую и счастливую совместную жизнь, и пусть Бог будет всегда с вами.

То, что у Дашеньки потекли по щекам слёзки, всем было понятно, а вот почему стали мокрыми глаза у всех остальных женщин, для мужчин так и осталось тайной. Зато женщины не могли постичь, почему их мужья, довольно спокойно относящиеся к спиртному, не сговариваясь, в один голос потребовали налить ковшик из фляги с "коровьими витаминами". Этот древний мужицкий инстинкт был отвергнут хозяйками, поскольку было только начало дня. В итоге, пришли к консенсусу - день поработать, а вечером - видно будет.

На Базе женщины тоже прослезились, а мужики рвались пойти вечером в гости к молодым, но после очередного удлинения труб пыл их совсем пропал - снаружи было около шестидесяти градусов мороза с ветром, шнур перемело и запаяло в твёрдый, как лёд, снег. Хорошо, что был азимут для прокладки тоннеля, иначе - теперь направление на Молодёжный определить было бы нельзя. Правда, Михаил Григорьевич опасался, если магнитные полюсы продолжали "гулять" по земному шару - цена азимуту была - грош в базарный день, но он об этом помалкивал, не желая сеять панику у проходчиков штолен.

Выход оставался один - рыть с обеих сторон с удвоенной энергией, к чему все и приступили. Но, скорость проходки с каждым днём понемногу падала - стал весомо сказываться фактор увеличения расстояния от "забоев" до выходов на поверхность, к которым проходчикам обеих сторон приходилось волочить мешки со снегом. Второй негативный фактор - с каждым днём эти мешки надо было поднимать по ступенькам всё выше и выше - снежное одеяло на поверхности становилось ежедневно всё толще.

"Лень двигает прогресс", - эта старая, как мир, истина подтвердилась и на этот раз. Когда каждая сторона прошла, примерно, по восьмой части всего расстояния от пункта Б до пункта М (от тридцати пяти до сорока метров), и столько же, по плану, оставалось до технологического выхода на поверхность для удаления "на гора" снега, все мужчины крепко задумались. Наконец, самый умный (а по другой версии -самый ленивый) - Максим нашёл решение проблемы. Вторую половину тоннеля между двумя выходами на поверхность он предложил делать вдвое уже и вдвое ниже запланированного, что позволяло волочить на марафонской дистанции (от сорока до восьмидесяти метров) вчетверо меньшие объёмы снега. Остальные три четверти предлагалось вытаскивать уже не назад по отношению к направлению проходки, а вперёд, когда будет прорыт технологический выход наружу. Правда, волочить мешки на этом участке приходилось почти ползком, а двое встречных могли расходиться только на специально сделанных расширенных "двухметровках" -площадках, длиной в два метра и шириной метр, но выгода всё равно получалась огромная. Тем более, что новый выход получался с гораздо меньшим числом ступенек, чем основной - каждая сторона вела свой тоннель не горизонтально, а чуть-чуть в гору.

Начиная со 2 февраля, проходчики с обеих сторон стали применять проходку малых штолен. Хотя объём снега на каждый метр проходки уменьшился вчетверо, скорость продвижения вперёд выросла лишь вдвое из-за неудобств работы в узких и низких штольнях. И всё же на пятый день неудобства кончились - пришло время - выходить наверх. По целому дню ушло на прокладывание выходов наружу, но зато к вечеру шестого февраля вышедших наверх проходчиков разделяли, по расчётам, всего полтораста метров. Решили наутро, со свежими силами уточнить направление проходки оставшегося участка тоннеля.

С утра по два представителя с обеих сторон синхронно двинулись навстречу друг другу через технологические выходы по азимуту своих проходок с телефонами и фонарями.

По алгоритму поиска Герман и Николай должны были, пройдя восемьдесят метров (на шнуре для этого сделали ощутимую метку), остановиться и сообщить об этом по телефону встречной паре проходчиков. Джек и Григорий, пройдя свои восемьдесят метров, обязаны были также отзвонить-ся встречающим коллегам. После взаимного доклада о готовности обе пары включали свои фонари. Если проходчики в метели визуально сразу не могли обнаружить друг друга, молодёжь начинала делать маятниковый поиск, при этом натянутый шнур являлся стержнем маятника. При условии неподвижности старшей пары уже при первом цикле поиска шнур младших должен был задеть их, так суммарная длина двух шнуров должна была превышать расстояние между разведчиками.

К счастью, сложный алгоритм поиска не пригодился -сразу же после включения фонарей разведчики увидели ответный сигнал на расстоянии около пяти метров. Причём, свет фонаря они узрели у себя за спиной, так как поначалу немного разминулись и прошли, не заметив друг друга. Встреча отцов и детей прошла так, как будто не виделись они долгие годы, хотя прошло-то всего от последней встречи одиннадцать дней. В свете фонарей, с заиндевевшими на обжигающем ветре лицами, парни показались отцам ни то, что повзрослевшими - а как будто постаревшими за недолгое время разлуки.

Торопясь скорее вернуться к уютным минус десяти градусам, разведчики, натянув свои шнуры, добились, чтобы они образовали идеальную прямую - теперь это был кратчайший путь между двумя тоннелями, и по нему следовало корректировать азимут проходки. Закончив главное дело своей вылазки, все четверо, теперь уже уверенно держась за шнур, отправились в сторону Базы.

Встреча матерей с сыновьями напоминала рандеву на космической станции с вновь прилетевшими космонавтами - парни, в своей промёрзшей амуниции и в балахонах на голове, очень их напоминали внешне, а стосковавшиеся по сыновьям женщины - своими эмоциями.

Первая встреча с помощью тоннеля показала, что теперь никакие выкрутасы погоды не смогут разлучить близких людей, что скоро можно будет ходить к родным в гости легко одетыми и без риска для жизни. А пока гости, отогреваясь крепким чаем, выложили свои подсевшие телефонные аккумуляторы, получив взамен свежезаряженые с помощью электрогенератора - иначе, связь была под угрозой.

Хотя и без проблем с аккумуляторами телефонная связь становилась всё хуже и хуже с каждым днём. Поначалу никто не мог понять причин этого явления, греша на неисправность техники, но потом поняли, что начал сказываться так называемый "эффект подводной лодки" - многометровая толща спрессованного снега всё больше мешала прохождению радиосигналов. Тоннель должен был служить коридором не только для людей, но и для беспрепятственного прохождения этих самых сигналов.

Отогревшись, "космонавты" вновь отправились в снежный "космос", прихватив с собой запасные аккумуляторы к фонарям и телефонам, а также некоторые вкусности из запасов матерей для своих детей (в это понятие теперь, естественно, входили и снохи). Через полчаса Молодёжная доложила об успешном завершении обратного перехода.

Ещё пять дней ушло на расширение "черновых" штолен до нормальных размеров. Обеим сторонам казалось, что проходка стала напоминать бег белки в колесе - продвижения вперёд не было. Наконец, с 12 февраля штольни вновь стали сближаться друг с другом. Шнур между технологическими выходами подняли на вбитых в снег трубах до двух метров от уровня наста, чтобы не замело за ближайшую неделю. Первые двадцать метров опять пробивали в полный профиль, а дальше пошли по уже накатанной схеме - полметра на метр. Теперь с обеих сторон штольни вели на глубине около трёх метров от уровня снежного наста, выше - снег был жёстко промороженным, ниже - слишком высоко было поднимать мешки со снегом на поверхность.