Чтение онлайн

Итак он мог узнать о Маро. Но квыдыкам он меня отдал раньше, чем ее привели на площадь Гроки, так как Гроки тоже опоздали. А еще тут это создание, - я посмотрела на заколку, сколько еще времени мне так и не удастся с ним поговорить? Он неспроста в ящерицу перевоплотился, о подарке Марка он знал, не может же он читать мысли? Или?

Я прищурилась.

–  Ну и долго ты еще будешь молчать, любопытный мой?
– Обращаюсь к заколке. Роза как бы вывернулась наизнанку и перевоплотилась в зайку.

–  У тебя был другой вид при первой нашей встрече.

Зайка опустил плюшевые лапки и ушки, они как-то печально повисли - раскаивается.

–  Ладно, ты пока остаешься со мной, но первое, что я хочу знать: кто ты и как тебя - игрушка моментально перевоплотилась в заколку, - з-о-в-у-у-т?
– Спрашиваю певуче в пустой комнате, обращаясь уже к неодушевленному предмету, хотя он и до этого сильно на одухотворенное существо не походил.

–  Дар, вас зовут.
– Сказал квыдык, который, как призрак только что вышел из складок ткани справа от меня.

Вот и все. Теперь мне не с кем время потянуть. В легком забытьи заколку положила в сумку, сумку закинула через плечо и вышла вслед за квыдыком. Заметив в себе отчаянное желание сгорбиться и пойти как люди на каторге - резко выпрямилась. Как же мне сейчас себя вести?

–  Вы их слышите?
– Спросил глум.

–  Слышу.
– Ответил Зорс.

Уже около двадцати минут в плотной рыжей пыли, которая все никак не хотела осесть после бури, слышался свистящий звук. Он приближался и с каждой секундой становился громче. Летели икшоры, еще один вид проводников, который очень ценился в ближних галактиках. Гибкие змеи перемещались по газовой атмосфере, всего лишь изгибая свое тело, и оно как пружиной прорывало толщу воздуха. Икшоры использовались лишь в поиске воздушных пробок или тел. Их услугами зачастую пользовались все кому не лень от вечных скитальцев до настоящих грабителей.

–  Встреча с ними нам ничего хорошего не предвещает.
– Сказал агент. Уходим в песок по голову.

Он подошел к глуму и, ухватив его за руку, вместе с ним опустился по плечи в песок. Свист уже слышался над ними. Икшоров было пять штук, они летели очень низко не из-за погодных условий. Эти существа могли передвигаться в любой атмосфере, тот, кто ими управлял, искал что-то на земле. Икшоры остановились в отдалении и опустились на песок.

–  Ты можешь приблизиться к ним незамеченным?
– Спросил Зорс.

–  Могу.

–  Тогда держи меня за руку.
– Глум повиновался.
– Когда окажешься рядом с ними, подымешь на поверхность эту руку,- он сжал ее,- и раскроешь пальцы.

–  Хорошо, что дальше?

–  Я не знаю пути, и буду двигаться в неверном направлении. Услышишь быстро семенящие шаги, выходи, как только я остановлюсь.

–  Ладно.

Они набрали как можно больше воздуха в легкие и погрузились в песок. Глум чувствовал, что он сжимает уже не человеческую руку, а нечто маленькое и пушистое. Агент перевоплотился.

Глум отчетливо слышал, как с икшоров на поверхность спустилось трое двуногих существ. Руку, в которой таилось пушистое нечто, он медленно поднял на поверхность и раскрыл пальцы. Нечто выскользнуло в песок, и, часто прыгая, переместилось к икшорам. Глуму оставалось только ждать, когда маленькие прыжки прекратятся, что станет для него знаком.

–  Ты и ты, - Ксеум указал на двух Гроков, - спускайтесь, остальные покружите в радиусе километра. Буря вскоре уляжется в этой части пустыни, и мы их сможем быстрее найти.

Двое других поднялись выше в воздушную пыль и отлетели от точки приземления.

Отмеченные Гроки, как и Ксеум спустились на песчаную почву. Все трое продолжали держать за поводья змеев.

–  Может их стоит отпустить?
– предложил один из Гроков.

–  Не спеши, нужно свериться с координатами.- Ксеум достал из нагрудного кармана своего черного плаща блестящую монетку и бросил ее в песок. Правая рука Учителя Плюща раскрывал транссвязь. Монету от столкновения с почвой подбросило вверх и расщепило на мелкие частицы. Эти частицы сгруппировались в тонкослойный щит и образовали экран.

–  Учитель, - прошептал Ксеум, - взываю к тебе, откликнись.

Экран вздрогнул, и как на водной глади от брошенного в нее камешка, из центра стали расходиться круги. Частицы отбрасывали световых зайчиков на стоящих рядом. Отображение реальности, находящейся за многие звезды отсюда, стало проявляться.

–  Господин.
– Вновь позвал Ксеум.

С тонкого щита с реальной четкостью на двух Гроков и биорастущего человека, каким являлся Ксеум, смотрел старик. Седые волосы заплетены в косу, что касалась его стоп. Сморщенное сухое лицо зло смотрело на них своими белесыми глазами, а крючковатые пальцы с силой сжимали посох. Это создание природы любило власть и не желало с ней расставаться.

–  Нашли?
– Спросил он. Громкость голоса всколыхнула экран, из центра пошли круги.

–  Скар подтверждвает, он где-то рядом, но точных координат не дает. Радиус токов распространяется на километры.

–  Думаю, Зорсиан научился перекрывать свои токи и рассеивать их.
– Сказал Плющ.
– Вы сейчас в самом скоплении этих токов?

–  Да, господин.
– Ответил покорно Ксеум.

–  В этом случае ищите не человека, а любое движущееся существо, от самого крупного до самого мелкого. Его дыхание будет его выдавать.- Старик оскалился.

Экран лопнул и осыпался пылью. Часть этой пыли отнесло в уже стихающую бурю, часть в песок.

Маленький пустынный тушканчик не более пяти сантиметров в высоту прятался под брюхом одного из змеев и все время переступал лапками. Бег на месте был необходимостью, но только пока. Песок уже почти перестал кружить, и если Ксеум выполнит все в точности, придется принять бой. Еще нужно их сбить с пути, чтобы никто не успел добраться до места ловушки. Мы их почти вывели, - с досадой думал Зорс.

–  Отпускайте икшоров, вы слышали - он рядом, и вызовите тех двоих, что отлетели.
– Сказал Ксеум.

Тушканчик поскакал вдоль тени, отбрасываемой змеем, добрался до ее окончания и в обратном направлении быстро запрыгал прочь. Он слышал, как Гроки отпускают икшоров, и как за ним под толщей песка рывками следует глум.

Еще двадцать прыжков, еще двадцать прыжков, - думал Зорс.
– И я успею скрыться.

Отпущенные змеи издали резкий хлопок и двинулись вверх к искрящемуся синему небу где то и дело в чистой синеве образовывались новые бури, сверлящие поверхность Эллино.