Чтение онлайн

Ее рот снова начал выдавать обрывки бессмысленной информации, и она не могла этому помешать.

— Просто… взволнована. Мягкая постель, был эль, и… нужно справить нужду. И…

— Твой язык опережает твои мысли, да? — перебил он, протирая черную бороду рукой. — Видимо, напрасно я надеялся, что ты занята поиском другой повозки.

Она натянула самую лучезарную улыбку.

— Если бы я нашла других попутчиков, то пропустила бы твой сверкающий остроумием характер, Взор Секиры.

— А я бы скучал по твоему бесконечному лепетанию, от которого у меня трещит череп.

Она моргнула.

— Я не лепечу. — Или лепечу?

Рей слишком долго задержал на ней взгляд.

Но, прежде чем он успел что-то сказать, из-за угла появился Джонас. Один взгляд на его суровые глаза, и Силла тут же пожалела о своих недавних жизненных решениях. Ее глаза опустились на его руки, сжимающие ее алый плащ.

— Гребанное вечное пламя, — проворчал Рей, оглядывая Джонаса. — Все сегодня, мать вашу, куда-то спешат.

Джонас только теперь обратил внимание на Рея, и напряжение в его глазах немного ослабло.

— Что-нибудь выяснил?

Рей провел рукой по волосам.

— Нет… — Он уже собирался что-то добавить, но его взгляд снова упал на Силлу, и глаза сузились. — Я куплю тебе рог эля, и мы все обсудим.

Джонас медленно перевел взгляд на нее.

— Ты оставила плащ в медовом зале, Бескорыстная, — его голос прозвучал как предупреждение. — Тебе стоит быть внимательнее.

— Бескорыстная? — пробормотал Рей. — Даже знать не хочу…

Силла почувствовала, как по пальцам пробежала дрожь, когда она забрала плащ у Джонаса. На губах заиграла улыбка.

— Благодарю, Джонас. Как мило с твоей стороны принести его мне. Наверное, было ужасно неудобно покидать своих друзей в медовом зале ради этого.

Она не пропустила того, как его пальцы слегка дернулись, а также взгляда, который он на нее бросил — взгляда, обещавшего возмездие. И она не была уверена, что значит тот факт, что у нее от этого в предвкушении перевернулся желудок.

— Передай Гекле мои извинения? Вдруг меня одолела усталость.

Рей кивнул, и они с Джонасом повернули обратно к медовому залу.

Силла выдохнула. Ее не покидало ощущение, что она увернулась от летящего снежного кома. Но лавина все еще неслась вниз.

Г

ЛАВА 27

ДОРОГА КОСТЕЙ

Силла испытывала смешанные чувства, покидая город Сварти. С одной стороны, оставить позади Клитенаров и постоянную необходимость оглядываться через плечо было настоящим облегчением. С другой — теперь они находились всего в полутора днях пути от хребта Скалла, откуда предстояло сделать трехдневный крюк в альпийскую деревню Кив, чтобы встретиться с Краки. Шансы убедить Взор Секиры отвезти ее в Копу были практически равны нулю. И к тому же, ей предстояло выведать информацию у таинственного Краки. Задача, о которой она еще почти не задумывалась.

Его слабости — хорошенькие девки и бреннса, сказал Рей. Пока что Силла придумала только одно — попытаться очаровать Краки за чашей бреннсы. Ей просто нужно было следить за своим языком и не терять голову от выпитого.

Идея просто ужасная, думала она. Но сколько бы она ни перебирала варианты, ничего лучше в голову не приходило. Придется поговорить с «Кровавой Секирой» и узнать о Краки больше.

После ужина Силла приготовила компресс из трав, купленных на рынке, чтобы облегчить раздражение кожи Геклы — рецепт, которому когда-то научила ее мать, и который она много раз готовила для отца.

— Держи около часа, потом смой в ручье. Это должно помочь от зуда, — сказала она, размазывая смесь по остатку руки Геклы и закрепляя повязкой из льна.

Гекла посмотрела на нее сияющими глазами, а затем сжала в крепком одноруком объятии, так что у Силлы перехватило дыхание.

— Ты не представляешь насколько это сводило меня с ума, Силла, — сказала Гекла, отпуская ее. — Уже чувствую, что мне легче. Спасибо!

Сидя у костра, Силла улыбнулась. Было приятно помочь кому-то. Но вскоре Гекла скрылась в лесу, а через несколько минут за ней отправился Гуннар. Оставшись у костра одна, Силла перебирала в мыслях встречу с Краки и думала об отце.

Она больше никогда не увидит его льдисто-голубых глаз. Никогда не почувствует его крепкие объятия. Никогда не услышит его раскатистый смех и успокаивающий голос. Они так долго были вместе, только вдвоем. Кто она теперь без него?

Она осталась одна. Совсем одна в этом мире.

Силла попыталась загнать свое горе обратно в клетку, но оно просачивалось сквозь прутья, наполняя ее болью.

Листья исправят это. Еще один — и боль уйдет. Отец забудется.

— Ты могла бы пошевелить ногами, — сказала маленькая светловолосая девочка с другого конца костра. — Отвлечь разум от темных мыслей.

Вытерев слезу, Силла запустила руку в карман своего передника. Два яблока и пара лепешек были завернуты в чистое льняное полотно — дары, которые она оставит на краю лагеря.

— Одно для богов, одно для духов, — прошептала она, поднимаясь на ноги.

— Я думала, ты больше не веришь в богов, — сказала девочка.

Я не знаю, во что верю, подумала Силла. Да, она не понимала, как боги могли допустить все страдания, которые ей пришлось пережить, но вера в то, что у них есть план, приносила утешение. И если существовал хоть крошечный шанс, что подношение принесет ей удачу, она была готова попробовать. Накинув запасной плащ, принадлежавший «Кровавой Секире» (она «забыла» свой алый плащ в Сварти) Силла бесшумно скользнула в лес.

Возможно, это было слегка безрассудно. Возможно, бесполезно. Но уже одно только осознание, что она делает хоть что-то, придавало ей оптимизма. Она шла несколько минут, разглядывая деревья, покрытые пятнистым лишайником, в поисках подходящего места для алтаря. В траве мелькали скарплинги, а из стволов старых деревьев вырастали грибы, похожие на ракушки.

Силла замерла, когда впереди увидела огромную липу. Ее ветви, покрытые мхом, заслоняли небо, а у основания ствола чернел полый изгиб, из которого пробивались крошечные белые цветы.

Силла подошла ближе и ее сердце сжалось от увиденного. Изящные изогнутые стебли, бутоны в виде колоколов, которые в ясные ночи разворачивались к лунам…

— Лунные цветы, — прошептала маленькая светловолосая девочка.

И в этот момент вера Силлы, слабая и колеблющаяся, обрела твердость. Конечно же, это был знак богов и идеальное место для подношения. Опустившись на колени у основания дерева, она достала яблоки и лепешки, разложив их вокруг цветов. А затем сложила руки в молитве.