Чтение онлайн

Пожалуйста. Помогите мне убедить их отвезти меня в Копу. Помогите мне найти безопасность.

Но едва она закончила свою просьбу, позади послышался шорох. Силла вскочила, выхватывая кинжал. Лезвие уперлось в горло человеку, но она остановилась, не вонзив его в кожу.

— Неплохо, — сказал Джонас, хлопая в ладоши в насмешливых аплодисментах. — ты стала лучше. Возможно, ты уже на уровне девятилетнего ребенка.

Он снял кожаную броню, и под простой синей туникой стало еще отчетливее видно его крепкое телосложение. На поясе висели хеврит, секира и меч. Силла посмотрела на его губы, кривящиеся в насмешке, затем на синие глаза. Ее сердце громко застучало, и она с трудом подавила желание притянуть его и припасть к губам, перебирая пальцами бороду.

Вместо этого она чуть глубже вжала клинок в его шею, создавая маленькую ямку на коже, но не разрезая ее.

— Чего тебе, Джонас?

Его ухмылка стала шире.

— Ты так и будешь держать кинжал у моего горла?

— Возможно, — ответила она, стараясь сохранить серьезное выражение лица. — Откуда мне знать, что ты не опасен?

Его взгляд потемнел.

— Я уже говорил тебе, Кудрявая. Я опасен для тебя.

— Что?

Джонас быстро двинулся. Его сильная рука сжала ее запястье, выбивая кинжал. Прежде чем она поняла, что произошло, он заломил ее руку за спину, прижимая к своему горячему, твердому телу.

— Это так мило, что ты думала, будто контролируешь ситуацию, — прошептал Джонас, его дыхание коснулось ее уха.

— Почему ты пошел за мной? — потребовала она.

— А я бы мог спросить, почему ты оставляешь припасы «Кровавой Секиры» в дуплах деревьев.

Пульс Силлы колотился в яростном ритме, пока она подбирала слова.

— Ты поклоняешься старым богам, — предположил Джонас, заглядывая в ствол. — Ах. Всего по два. Значит, и духам тоже?

Силла крепко сжала губы, отказываясь отвечать.

— Мне все равно на твои подношения, Силла, — тихо произнес он. — Но ты знаешь, что не стоит бродить по этим лесам в одиночку. — Его свободная рука легла ей на бедро, медленно скользя по животу. — И раз уж ты здесь… я все думал, как отплатить тебе за выходку в медовом зале.

Она закрыла глаза, гадая, что именно он придумал, и будет ли это связано с его губами на ее коже. Одна только мысль об этом заставила порхать бабочек в ее животе.

— Я думала, ты будешь благодарен, Джонас. В конце концов, я отправила ее прямо к тебе.

— Хм. И ты не пыталась меня подразнить? — он наклонился ближе, его голос стал едва слышным. — Именно поэтому она прошептала мне на ухо: «Позволь мне показать, насколько я бескорыстна»?

Уголки губ Силлы дернулись, но тут он сильнее сжал ее руку, и у нее вырвался тихий вздох.

— Ты собираешься меня ударить?

— Ударить? Это не то, о чем я думал. — Ее дыхание стало неглубоким, и она знала, что он видел ее реакцию. Джонас тихо рассмеялся, глубокий, вибрирующий звук отозвался эхом в его груди. — Бескорыстная Силла. Кажется, ты зашла слишком далеко.

Он откинул пряди волос с ее шеи и склонился ближе, его нос легко коснулся кожи под правым ухом. Его теплое дыхание обжигало чувствительную кожу, и внутри нее поднялся тихий, сдавленный звук — что-то среднее между всхлипом и стоном.

— Ты все еще хочешь играть в эти игры? — он провел носом по ее виску, вдыхая медленно, глубоко.

Все, что она слышала — это гул собственного сердца, свои неровные выдохи. Она хотела бы ненавидеть его прикосновения, запах его кожи. Но не могла.

Ты не должна сближаться с ним, напомнила она себе.

Из последних сил, Силла резко врезала ему локтем в ребра — именно так, как она и Гекла отрабатывали вечером. Джонас хмыкнул, его хватка ослабла, и она вырвалась.

Бросив на него раздраженный взгляд, Силла наблюдала, как он потирает живот.

— Нет. Если хочешь, можешь идти рядом и составить мне компанию. Или уходи. — Она вовсе не собиралась задерживаться в лесу. Но мысль о возвращении к костру, к своим бесконечным мыслям, заставила ее снова поднять кинжал. Не глядя на Джонаса, она шагнула глубже в чащу.

С недовольным рычанием Джонас последовал за ней.

— Ты не можешь быть здесь одна, Силла. Это не шутка.

Она знала это. И была рада, что он пошел за ней. Но она скорее умрет, чем признается в этом.

— Я выжила в Искривленном сосновом лесу.

— Настолько успешно, что оказалась в нашей повозке.

Она фыркнула, но продолжила идти вперед, разглядывая странные грибы, гадая, можно ли их есть. Но не могла выдавить из себя ни слова. Она чувствовала его раздражение в каждом нарочито громком вздохе, в ненужном хрусте веток под его тяжелыми ногами.

Боги, если бы можно было вернуться назад и залезть в другую повозку. Если бы она знала, к чему и к кому это приведет… К этому угрюмому, огромному воину, следовавшему за ней повсюду, проверявшему ее выдержку, терзавшему ее своими играми… Она бы точно не стала лезть в эту повозку.

— Я хочу собственную ферму.

Силла остановилась и развернулась к нему.

— Прости, что?

— Однажды я покину «Кровавую Секиру». У меня будет собственный очаг. Земля. И покой.

Ее брови взлетели вверх.

— Правда?

Его взгляд скользнул к ближайшему дереву, пальцы обхватили талисман, висевший на шее. Значит, он обновил шнурок.

— У моей семьи когда-то все это было. Наша собственная ферма. Как и у тебя, её отняли у нас. — Его челюсть напряглась.

— Отняли?

Какое-то время он молчал.

— Был спор о наследстве. Земля, которая должна была перейти мне и Илиасу, была у нас изъята. И не родственниками — это было решение Законоговорителя, и оно было не в нашу пользу. Нашу землю и имущество несправедливо забрали.

Силла осторожно накрыла его руку своей. Джонас был выше нее почти на голову, и ей пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Мне жаль это слышать, Джонас.

Его ноздри слегка раздулись, когда он посмотрел на ее ладонь.

— Мне не нравится вспоминать об этом. Но я подумал… что ты, как никто, понимаешь это чувство. Когда тебя лишают того, что принадлежит тебе.

Силлу пронзило чувство вины. Она ненавидела ложь — желала бы, чтобы был другой способ. Хотя ее история о земле была выдуманной, в ней поселилось сочувствие. Она видела, что для него это все еще свежая рана. И, возможно, теперь понимала его немного лучше.