Чтение онлайн

— Спасибо, помощь мне не нужна.

Рейнар кивком указал направление. Она качнулась, переминаясь с ноги на ногу, и бросив последний взгляд на гьярраваров, пошла в дом.

Боевой настрой будто ветром сдуло. Накатила усталость, девушка вяло порадовалась, что продолжать внезапную тренировку нет нужды. Поскребла левую щеку. Кровь на ней спеклась в корочку, крошащуюся под пальцами. А сколько, должно быть, следов по телу!

«Главное, Марго не показывать, — подумала Линда. — А то снова отчитывать будет»

И пусть. Зато она сама выбирает свой путь.

Что бы её по нему ни вело.

Маргарита

Поездка в город опять сорвалась.

Марго уже и не знала, то ли злиться на это, то ли признать, что выпускать их из деревни пока никто не собирается. Лишь обещаниями кормят. А так хотелось увидеть хоть что-то еще, кроме домов однотипных, забора, леса, камней и ручьев. У нее, одной из немногих, даже деньги на покупки имелись.

С утра в дом на краю деревни явилась беременная жена Одрика. Уже не такая серая лицом, но, как и прежде, усталая. Она ждала у порога, нервно сминая край застиранной шоллы, явно смущенная от мужских взглядов — общий зал дома ребят никогда не пустовал. Не сказать, что она обрадовалась Рите, когда та, наконец, вышла в ответ на переданную просьбу, но — выдохнула. Пробормотала невнятную благодарность за спасение мужа и пихнула в ладонь маленький тряпичный сверток. Развернулась, чтобы уйти, но Марго перехватила за запястье.

— Подожди.

Женщина вздрогнула всем телом. Свободная рука прикрыла живот, кругло обрисованный под передником, пальцы быстро зашевелились, рисуя знак разделенного круга — символ защиты Тория Всеблагого.

Маргарита вздохнула.

— Неужто ты думаешь, что я стану тебе вредить?

Судя по взгляду, визитерша думала именно так.

— Глупо. Практикуй я темное колдовство, это бы тебя не спасло. Но я помочь хочу.

— Мне не нужна помощь.

— Ой ли? Тебя тошнит каждый день, хотя давно пора чувствовать себя хорошо. И ты уже теряла детей.

— Откуда…

Беременная отпрянула, выдирая, наконец, руку из захвата. Выдохнула мрачно:

— Ведьма.

Маргарита устало улыбнулась.

— Ты не первый день об этом знаешь. И мужа твоего не Торий спас, а я. Держи.

Она шагнула ближе, не дав собеседнице шарахнуться вновь, и вложила в силой разжатую ладонь амулет.

— Носи, не снимая. Не хочешь потерять и это дитя — береги себя. Я распоряжусь о помощнике. Ты можешь не верить мне, но подумай о ребенке. Другого шанса выносить может и не быть. Это какой, второй? Третий?

На миг показалось, что жена Одрика выкинет дар, в таком смятении она была. Но тут глаза молодой женщины наполнились слезами, она вцепилась в пальцы Риты, сжав их до боли.

— Четвертый, — прошептала она. — Уже три лета жена я мужу своему, и никак не могу…

Она прерывисто вздохнула, и Марго пожала ее пальцы.

— Вам нельзя вместе спать, пока не родится ребенок.

Бледное лицо собеседницы обрело краски.

— Но…

— Нельзя, — резко повторила Рита и замялась, думая, готова ли она заняться просвещением местного населения, или ее за подобное на вилы поднимут.

— Хорошо, гренна Рита. Но Одрик…

— Я ему объясню, — выдохнула девушка, понимая, что просвещать все же придется.

И пусть потом вспоминают как распутную ведьму — а в торианстве все ведьмы именно такие, — но это будет потом. Этой нервной усталой девочке лет девятнадцать, она беременна в четвертый раз, и ей нужна помощь. Здесь. Сейчас. А она врач и просто не может пройти мимо.

Амулет для нее Рита задумала еще в свой первый визит к больному Одрику. Основу вырезал Ваня, ему, как никому другому, удавались работы по дереву, материал словно льнул к рукам парня. Руны помогла подобрать Хильда, а вот заговор нашептала сама Маргарита.

Ведьмой ее хотела видеть бабка, Нинель Марковна, магом — грены и местные. Что же, она готова была принять свою суть и стать и тем, и другим.

Уже позже, в комнате, она развернула клочок ткани, что всучила ей молодая женщина. В разговоре забыла про него, пихнула в карман шоллы, чтоб не мешался. А сейчас вспомнила.

В свертке оказались деньги. Три полновесных серебряных тала. Явно джеррских, с портретом сурового мужика на одной стороне и рунной вязью на другой. Богатство и удача в делах. Были бы вручную резаны, да силой наполнены — сошло бы за слабенький амулет. А так — всего лишь платежное средство.

Выпущено таких, по слухам, немало, но здесь, на юге Джерра, больше в ходу другие «серебрушки». Имперские толлены и полутоллены с ликами властителей, в профиль так похожими меж собой и на грена Лусара. Из золота — солы и солены. Медные терки и коши — совсем мелкие, для повседневных покупок.

Много это или мало — три тала, — Рита не знала, но сам факт наличия денег радовал. Пусть ей пока и некуда их было тратить.

Монеты убрала под матрас, усмехаясь про себя банальности укрытия, и вспомнила, наконец, про главное событие вечера — баню. И вовремя: в дверях спальни мелькнула рыжая шевелюра Линды, девушка окликнула Риту:

— Марго, ты долго еще?

— Иду.

— Они всю воду горячую выльют, — проворчала подруга.

Рита хотела возразить, но вспомнила, что сегодня с ними моется Лера, и лишь качнула головой. Эта может, да.

Душа нормального у них не было — ни в доме, ни во дворе, ни вообще хоть где-то в деревне. Парни взялись сооружать, но все уперлось в отсутствие материалов. Из чего лейку сделать? А кран? В результате устроили кабинку, а сверху широкую емкость с заслонкой. Девчонки ворчали, что все не то: и заслонка корявая, то не откроешь ее, то вся вода разом вытекает, и воду эту для начала нагрей и натаскай, а греть не хочешь — мойся холодной. Ворчали, но душ посещали регулярно. Это не над ведром тряпочкой обтираться, поливая друг друга из ковшика, как было вначале.

Зато у них была баня. Пусть небольшая и низенькая, но — горячая! Конечно, об уединении речи не шло, мылись по три-четыре человека, частенько друг другу мешая. Раньше многих это смущало и злило. Потом привыкли.

Как привыкали ко всему.

— Марго, ты просто кладезь талантов, — промурлыкала Линда, взбивая густую пену на новеньком, лишь день как застыл, мыльном бруске. — Вот откуда ты все умеешь? Как успеваешь?

— Расслабься, Лин, она ведьма, — лениво сказала Лера. — Нам не дано. Смирись.