Чтение онлайн

Помимо обычных бойцов отряд был усилен пятью магиками. Харас, пользуясь своими знакомствами в магическом сообществе, нанял еще двух одаренных: десятого и одиннадцатого уровня. Эти маги ничего не знали о цели путешествия, как и о том, с кем именно им придется столкнуться. Они положились на репутацию Хараса, заверившего их, что воевать с представителями силовых структур Форлана им не придется. Впрочем, репутация репутацией, а подобная лояльность обошлась ДеВитарам в кругленькую сумму. Кармин и Столек будучи учениками Хараса также дополнили магическую ударную группу.

Сейчас человек Хода откровенно тянул время, снова удалившись от глаз бойцов в небольшой овраг, на склонах которого росли кривые, словно поломанные временем деревья, с черными как смоль стволами.

Такая линия поведения все больше злила Харра. "Еще несколько минут промедления и принимать решение будет Руфим" - решил про себя Харр.

Словно почувствовав нарастающее напряжение главного безопасника ДеВитаров, человек Хода соизволил таки выйти из оврага. Фигура, укрытая капюшоном, скрывавшим даже надетую маску, вплотную подошла к магику и Харру и глухим голосом произнесла: "выступаем!".

Три с лишним десятка мужчин выдвинулись к дому охотника. Через пару минут, в двухстах локтях от цели отряд встретил высланных вперед разведчиков. "Сейчас оба в доме. Обедают. Поблизости никого нет" - кратко доложил один из них. Оставшееся расстояние группа захвата преодолела меньше чем за минуту.

Дальше отряд действовал как единый организм. Порядок взятия дома был оговорен заранее. Передовая группа во главе с двумя нанятыми магиками, усиленными десяткой лучших бойцов, пошла на штурм через дверь. Остальные оцепили дом полукругом. Чуть сзади расположились ДеВитар, Харас со своими учениками, Руфим, человек Хода и Харр.

Когда штурмующие выбили дверь в доме раздался пронзительный женский крик. Магики и пятерка бойцов успели проскочить через порог и тут дом содрогнулся от удара. Стеклянные брызги вылетели из оконных проемов. В одном из них появилось наполовину свесившееся тело одного из бойцов-штурмовиков. Еще через один удар сердца внутри кто-то закричал нечеловеческим голосом, полным ужаса и боли, как раз, когда оставшаяся часть штурмовой группы исчезла в дверном проеме.

Харас, не говоря ни слова, бросился к строению. Следом за ним побежали ученики. За ними потянулись еще семеро бойцов. Не доходя до темного зева двери, маг резко остановился и крикнул кому-то внутри: "Выходи! Мы его отвлечем!". Жилы на шее Хараса напряглись, а у его учеников выступил пот на лбу. Тела троих магиков застыли в напряжении. Вскоре из дверного проема пошатываясь вышел один из нанятых магов. Из его ушей и носа тянулись темно-красные дорожки, орошающие землю кровью у ног одаренного.

Когда маг на еле волочащихся ногах отошел достаточно далеко от дома, Харас с учениками и все кто стоял за ним, начали медленно отступать.- Отойдя на безопасное расстояние, семейный маг тихо прошептал: "Кажется, мы проиграли".

В подтверждение его слов из дома стали выходить люди. Первым выступил высокий чародей в черном плаще, отдававшем синевой в лучах полуденного солнца: в одной руке у него был нож, а во второй дрыгалась черноволосая девочка в грязном платьице. За ним вышли еще семеро: двое, судя по одежке, тоже были магиками. Пятеро - обычные бойцы, насколько такое определение вообще было применимо к "серым".

– Попробуете "пощупать" мой щит - я отрежу ей нос! Начнете обходить защиту - я выколю ей глаза!
– произнес чародей.

Люди графа замерли, боясь пошевелиться. ДеВитар бросил взгляд полный ярости и страха на Хараса. В ответ маг тихо прошептал: "тринадцатый".

Чародей в плаще что-то сказал на ухо одному из своих бойцов и тот бросился обратно в дом. Вскоре оттуда послышался грохот опрокидываемой мебели. Через минуту боец вышел, держа в руке небольшой горн из рога какого-то животного.

– Сейчас я уйду, а эти двое - тут чародей кивнул на своих магиков - Поставят щит. Мой человек будет держать горн во рту. Как только хоть один из вас сдвинется или "потрогает" их щит, мой человек сразу дунет в него. Что будет с вашей дочерью - тут долговязый посмотрел прямо в глаза ДеВитару - Я думаю, объяснять не надо.

Граф не стал играть в гляделки, сразу же покорно опустив голову. Меж тем, магики серых организовали щит, внутри которого, помимо них, остался боец с горном, остальные стали медленно отступать в чащобу.

– И еще - напоследок, произнес чародей - Эти трое потом должны будут вернуться. Скольких из них я не досчитаюсь, столько же пальцев потеряет Инна.

На этих словах черный плащ растворился среди деревьев, а ДеВитар со своими людьми покорно остался стоять на месте.

– Может, накинем на них звуконепроницаемый купол?
– косясь на троицу "серых", тихо спросил Кармин у стоящего рядом учителя.

– Они слишком далеко стоят. И даже если бы они были ближе это надо делать очень быстро: не успеем - разочаровал ученика Харас.

Мастер Руфим медленно повернул голову чуть вбок: человека с капюшоном в маске не было видно среди людей ДеВитара. Тут Фааил позволил себе чуть заметно улыбнуться.

Рахал с четырьмя бойцами методично пробивался через лес на север. Прошло уже полчаса с того момента как они покинули дом охотника, оставив позади людей ДеВитара. Инна теперь уже безвольной куклой висела на плече чародея. Долговязый несмотря на ношу совершенно не ощущал усталости - сила тридцатилетнего мужчины находящегося на пределе своих физических и психических кондиций, помноженная на недюжинные магические способности так и распирала его. Знал бы этот выскочка-граф, как хотелось ему сломать всех этих магов, а заодно прихлопнуть и рядовых бойцов. Лишь наличие заложницы на руках остановило его полчаса назад от кровавой вакханалии.

Вдруг один из четверки сопровождавших мага людей показал рукой куда-то вперед. Все остановились. Вдалеке среди деревьев виднелась человеческая фигура: вся в черном.

Рахал ни капли ни колеблясь двинулся прямо по направлению к ней. Вскоре он со своими людьми мог рассмотреть вставшего у них на пути человека. Среднего роста, в черном капюшоне под которым угадывалась еще и маска. Инна на плече у чародея чуть завозилась и повернула голову, уставившись своими пустыми, безвольными глазами на незнакомца.