Чтение онлайн

Юджин воспользовался незапланированным отдыхом и подсел поближе к клирику. Из-под капюшона не было видно его лица, но он, наверное, приподнял бровь в удивлении:

– Что такое?

– Здесь повсюду следы магии, - выпалил маг без предисловий.
– Наверху были едва ощутимые, похожие на побочное действие какого-то старого заклятья. А здесь, внизу, кто-то колдовал там, откуда вернулись Хьюго с Мигелем.

– Волны или нити?

Пришел черед Юджина удивляться. Интересно, почему монах так хорошо разбирается в колдовстве?

– На стене тонкие нити, я едва смог их уловить. А в подземелье...
– Юджин задумался, прислушался к своим ощущениям.
– Скорее обрывки множества маленьких, но активных.

Эверард помолчал, прежде чем ответить.

– Ты прав. Каменную стену поддерживает старое и мощное заклятье, впрочем, хорошо замаскированное. Я удивлен, что ты смог его почувствовать. А что касается обрывков колдовства в коридорах, то сильные импульсы - от переходов в Бездну, и слабые - от атак заговоренным оружием.

– Выходит, если бы я их коснулся, то разрушил бы заклятье меча или нарушил переход...

– Еще вопросы?
– буркнул монах, и маг понял, что ни одного ответа он сегодня больше не получит.

Друзья поднялись. Пора было продолжать путь.

* * *

А на следующем ярусе в нос путникам вдруг ударил сильный запах болотной гнили. Эверард запахнулся поплотнее в плащ и поморщился, прекрасно понимая, что это значит.

– Только не это!
– чертыхнулся Мигель, едва почувствовал знакомый запах.
– Мы опоздали.

Вор поежился и пошел быстрее. Теперь отряд двигался почти бегом, все приближаясь к источнику этой гадости. Коридор резко свернул вправо, и выскочивший на скорости из-за поворота Юджин подпрыгнул и отшатнулся.

– ...!

Файтер с вором переглянулись. Гадалке оставалось только прикрыть глаза принцу - картина действительно открывалась ужасная. Коридор был залит кровью, зеленоватой слизью и еще черт знает чем. Больше десятка монахов (вернее, то, что от них осталось) были раскиданы здесь вместе с полурастворившимися трупами существ из Бездны. Запах гнили стал нестерпимым.

Прикрывая лица краями плащей, отряд поспешил дальше, стараясь не смотреть по сторонам. Что бы здесь не случилось, это уже закончилось, и закончилось страшно.

– Немного осталось!
– крикнул Эв, кутаясь в плащ.
– Выход за этим поворотом! Быстрее!

Вдруг из конца коридора раздался нечеловеческий вой, и почти сразу же кто-то вскрикнул от боли.

Наемник, выхватив из-за спины сразу оба заговоренных меча, рванулся к источнику звука. На выход он даже и не обернулся. Как оказалось, не зря: двое последних уцелевших из этого звена монахов из последних сил отбивались от пары зверотеней и достаточно сытого и сильного младшего демона. Подбежавший Мигель с разбегу ударил по чьей-то когтистой лапе и, и она, под новый вопль зверя, упала на каменный пол. Следующую атаку тень прозевал и тут же получил усиленной заклинанием сталью в живот. Остался один рассерженный демон и один зверь на не менее рассерженных мечника, подоспевшего клирика да двух раненных монахов. Те, бросая время от времени вопросительные взгляды на неожиданную помощь, встали с ними плечом к плечу и отложили все расспросы на потом. Силы стали неравны.

Демон, осознав это, злобно зашипел и кинулся в атаку. Монахи дрались слаженно и очень технично, хотя и были заметно слабее Эва и Мигеля, да и раны давали о себе знать. Им еще повезло, что старшие демоны так не любят покидать Бездну, и потому редко участвуют в вылазках на другую сторону. Тот, что стоял перед бойцами, принадлежал к младшим демонам и напоминал чем-то человека-ящера из древних легенд: когтистые лапы, темная чешуя, острые, как бритвы, зубы и бешеный взгляд четырех глаз. Слабых мест у него ничтожно мало, но для поддержания боевой формы на чужой стороне такой твари все время нужно что-то поедать, иначе она быстро теряет свою силу и становится уязвимой. Этим и воспользовались люди. Нанося удар за ударом, они вымотали демона до предела, его магическая защита ослабла, что позволило Эверарду всадил ему меч в чешуйчатое брюхо. Защитные пластины, не выдержав, разлетелись в стороны, а клинок вошел по самую рукоять. Раздался страшный крик, мага окатило волной энергии, и все закончилось.

Монахи оказались ранены не так сильно, как показалось не первый взгляд. Пока гадалка перевязывала им раны лоскутами их же одежды, они недоуменно рассматривали неожиданно подоспевшую помощь.

– Мы должны поблагодарить вас. Не появись вы так вовремя, исход битвы был бы весьма предсказуем и еще более печален. Но кто вы? Как оказались в подземелье, да еще и в таком отдаленном от главного входа уголке?

Эв фыркнул, плотнее обычного заворачиваясь в плащ.

– О, святой отец! И вы, господин воин... Так это вас видели на стене со стороны болот и не смогли остановить?

– Слишком много вопросов, - ухмыльнулся файтер, наконец убирая мечи в ножны и вытирая запачканные в крови и слизи руки о край чьего-то плаща. Вор, почувствовав неладное, вырвал свою накидку и отпрыгнул в сторону, шипя почти по-кошачьи.
– Не, хорошая попытка, но до кота тебе далеко!

Проводив удивленным взглядом рыжего парня, остервенело отскребающего от плаща грязь, монахи вернулись к прерванному разговору.

– Ловить вас был отряжен целый отряд. Вы в курсе, да?

Мигель довольно закивал. Изумлению братьев ордена не было предела!

– Но что тогда заставило вас прийти нам на помощь, дважды рискуя своими жизнями?! Даже победи вы этих тварей, вас взяли бы в плен и оставили бы в крепости: явились утром с болот, грязные, с оружием... да еще и с магом!

Наемник хмыкнул, скептически оглядывая автора сего смелого заявления. Пожалуй, даже слишком смелого.

– В плен, говоришь? Кто, вы?

Монах смутился. Действительно, как-то нехорошо вышло: пришли, победили злобных монстров, спасли чужие жизни - и получают приглашение в темницу от спасенных...

– Пожалуй, мы могли бы свидетельствовать о ваших благих намерениях перед настоятелем Ордена, - подал наконец голос другой монах, до этого сохранявший молчание, - О, я вижу, благородный отрок путешествует вместе с вами!..

– По воле судьбы, - пожала плечами гадалка, - Ну, куда нам идти?..

Просторный и чистый обычно монастырский двор пестрел раненными - с одной стороны, убитыми - с другой. А вокруг валялось то, что осталось в коридорах после битвы: сломанные мечи, целые мечи, отрубленные лапы, когти, хвосты... Целители бегали от одного к другому, тут же настаивали какие-то отвары, меняли повязки и раздавали лечебные травы. Из одной из башен на свежий воздух вынесли котел с похлебкой и небезызвестные ветчину и сыр. Мигель поискал глазами бочки с вином, но их, видимо, оставили до лучших времен.

Отряд прошествовал за двумя монахами, с любопытством озираясь по сторонам и ловя на себе беспокойные взгляды братьев ордена. Кое-кто из них даже схватился за мечи, но был остановлен мягким жестом сопровождающих. Наконец отыскался и настоятель - крепкий мужчина лет сорока, со старой тоненькой ниточкой шрама через всю щеку и свежезабинтованной рукой. Не приказал выкатить плаху, как только увидел - хороший признак. При приближении непрошеных гостей он только слегка нахмурился и окинул их пытливым взглядом. Эверард, когда строгие карие глаза остановились на нем, нервно сглотнул в тени низко надвинутого капюшона.