Чтение онлайн

— Сейчас приду, — ответила Элси.

— Чего хочет твой отец? — спросил Кенелм.

— Не знаю.

— У епископа олдермен Хорнбим и сквайр Риддик, — услужливо подсказала Мейсон.

Кенелм нахмурился.

— Но епископ не просил позвать меня?

— Нет, сэр.

Кенелм был раздосадован. Он ненавидел, когда его оставляли в стороне. Он болезненно воспринимал любое пренебрежение. Ему тут же начинало казаться, что его не уважают, обходят стороной, не ценят по достоинству. Элси не раз говорила ему, что иногда люди просто забывчивы и оставляют его в стороне случайно, но он в это никогда не верил.

Она спустилась в кабинет. Хорнбим и Риддик были в париках, что было знаком официального визита. Риддик выглядел слегка подвыпившим, что для него в это время вечера было не редкостью. У Хорнбима был его привычный вид суровой решимости. Оба встали и поклонились ей, когда она вошла, а она сделала легкий реверанс и села.

— Дорогая моя, — сказал ее отец, — олдермен и сквайр хотели бы кое-что с тобой обсудить.

— В самом деле?

— Речь о вашей школе, — сказал Хорнбим.

Элси нахмурилась. Школа вызывала споры лишь потому, что ее поддерживали и англикане, и методисты, и время от времени одна фракция пыталась исключить другую. Но ни Хорнбима, ни Риддика, насколько она знала, религиозные разногласия не волновали.

— Что не так с моей школой? — спросила она, услышав враждебность в собственном голосе.

— Я полагаю, вы даете детям бастующих бесплатные обеды, — сказал Хорнбим.

Вот оно что. Она вспомнила, что нападение — это лучшая защита.

— Городу представилась великолепная возможность, — начала она. — На ограниченное время у нас есть шанс вложить толику знаний в детей, которые в ином случае проводят весь день, шесть дней в неделю, присматривая за машинами. Мы должны извлечь из этого максимум пользы, не так ли?

Хорнбим не дал ей увести разговор в сторону.

— К несчастью, вы поддерживаете забастовку. Уверен, вы не намерены этого делать, но именно таков эффект ваших действий.

— Что, ради всего святого, вы имеете в виду? — спросила Элси, хотя уже видела, к чему все идет, и у нее было дурное предчувствие.

— Мы надеемся, что голод заставит бастующих одуматься. И хотя они, возможно, готовы страдать сами, большинство родителей не могут смотреть, как голодают их дети.

— Вы хотите сказать… — Элси перевела дух. Она едва могла поверить в то, что слышала. — Вы хотите сказать, что я должна перестать кормить этих голодающих детей? Чтобы заставить рабочих вернуться на фабрики?

Хорнбима не тронуло ее недоверие.

— Так будет лучше для всех. Продлевая забастовку, вы продлеваете страдания.

— Олдермен Хорнбим прав, знаешь ли, моя дорогая, — сказал ее отец.

— Иисус сказал Петру: «Паси овец Моих», — возмущенно произнесла Элси. — Не рискуем ли мы забыть об этом?

Риддик заговорил впервые.

— Говорят, и дьявол может цитировать Писание в своих целях.

— Молчи, Уилл, это не твоего ума дело, — отрезала Элси.

Риддик побагровел от гнева. Его оскорбили, но он не смог придумать ответа.

— Право же, миссис Маккинтош, мы должны просить вас прекратить это вмешательство в наши дела, — сказал Хорнбим.

— Я не вмешиваюсь, — ответила она. — Я кормлю голодных детей, как и подобает всем христианам, и я не собираюсь прекращать это ради прибыли суконщиков.

— Кто поставляет еду?

Элси не хотела отвечать на этот вопрос, потому что ее отец не догадывался, какая часть детской похлебки поступает из кухни дворца.

— Ее жертвуют щедрые горожане, как англикане, так и методисты, — сказала она.

— Например, кто?

Она знала, к чему клонит Хорнбим.

— Вы хотите список имен, чтобы обойти их всех и заставить отказаться от поддержки.

Хорнбим покраснел, подтверждая правоту ее обвинения.

— Я хотел бы знать, кто подрывает коммерческий успех этого города! — сердито сказал он.

В дверь постучали, и заглянул Кенелм.

— Могу ли я чем-нибудь помочь вам, милорд епископ? — спросил он с нетерпением. Он хотел быть в курсе всего, что происходит.

Епископ выглядел раздраженным.

— Не сейчас, Маккинтош, — коротко бросил он.

У Кенелма был такой вид, словно ему дали пощечину. Поколебавшись, он закрыл дверь. Он будет злиться из-за этого весь вечер, Элси знала.

Пауза дала ей мгновение на раздумье, и теперь она сказала:

— Олдермен Хорнбим, если вас так заботит коммерческое будущее этого города, почему бы вам не провести переговоры со своими рабочими? Возможно, вы сможете прийти к соглашению.

Хорнбим выпрямился.

— Рабочие не будут указывать мне, как вести мои дела!

— Значит, дело не в торговле города, — сказала Элси. — Дело в вашей гордыне.

— Разумеется, нет!

— Вы просите меня перестать кормить пятьдесят голодных детей, но при этом не снизойдете до разговора со своими ткачами. Слабые у вас доводы, сэр.

Наступила тишина. И Риддик, и епископ посмотрели на Хорнбима в ожидании ответа, и Элси поняла, что они тоже считают его упрямство частью проблемы.

— В любом случае, — сказала она, — я не смогу прекратить бесплатные обеды, даже если захочу. Пастор Мидуинтер займет мое место и продолжит дело. Единственная разница будет в том, что это станет методистской школой.

Это не было правдой в полной мере. Именно Элси была движущей силой всего предприятия. Далеко не факт, что оно выживет без нее.

Однако ее отец поверил.

— О боже, — сказал он, — нам не нужна методистская школа.

Хорнбим был в ярости.

— Я вижу, что зря трачу здесь время, — сказал он. Он встал, и Риддик последовал его примеру.

Епископ не хотел, чтобы встреча закончилась на такой враждебной ноте.

— О, не уходите так скоро, — сказал он. — Выпейте по бокалу мадеры.

Хорнбима это не смягчило.

— Боюсь, у меня неотложные дела, — сказал он. — Доброго дня, епископ. — Он поклонился. — И вам, миссис Маккинтош.

Двое посетителей вышли.

— Это было ужасно неловко, — сердито сказал епископ.

Элси нахмурилась.

— Хорнбим не выглядел таким уж побежденным, каким должен был.

Хотя ее отец был зол, это замечание его заинтриговало.

— Что ты имеешь в виду?

— Он не достиг своей цели запугать меня. Он ушел ни с чем. И все же не выглядел побежденным, правда?