Досточтимый Беда — ритор, агиограф, проповедник
Шрифт:
В этом потоке дней, похожих друг на друга, Беда выделяет один: «однажды» (с. 722) — Бенедикт и Сигфрид решают встретиться, прежде чем они уйдут из жизни. Время для автора и читателя течет настолько медленно, что мы видим каждое действие, каждое движение героев, как в замедленной съемке:
... Сигфрида пришлось нести на носилках в комнату, где Бенедикт лежал на своем ложе. Руки служителей расположили их бок о бок, так что их головы покоились на одной подушке, — зрелище, способное вызвать слезы. Хотя их лица были близко друг к другу, у них не было достаточно сил для того, чтобы повернуться и дать друг другу целование, но даже и в этом им пришлось прибегнуть к помощи братий ... (с. 723).
Этот же неопределенный с точки зрения отсчета времени, но детально изображенный день был отмечен важным событием — избранием Кеолфрида наместником обоих монастырей. Через два месяца умирает Сигфрид, еще через четыре — Бенедикт. Если о смерти Сигфрида говорится при помощи «общих мест», то в сцене кончины главного героя — Бенедикта — время так же замедляется, как и в эпизоде прощания его с Сигфридом. Братия частью находится в церкви, за вечерней службой, частью становятся свидетелями того, как для умирающего читают Евангелие, как его причащают «в напутствие» (с. 723). По контрасту с той сравнительно живой сценой, либо записанной со слов очевидца, либо, возможно, увиденной самим Бедой, историю жизни Бенедикта завершает отрывок, состоящий практически из одних цифр. Вся жизнь основателя монастыря, которая разворачивалась год за годом перед глазами читателя, сводится к нескольким сухим строчкам: шестнадцать лет управления монастырем со дня его основания, из них восемь лет — самостоятельно, еще восемь при помощи сонастоятелей, «первого — четыре года, второго — три, третьего — один» (с. 724). Этим кратким отчетом заканчивается целая эпоха в жизни монастыря и начинается новая, эпоха Кеолфрида.
Рассказ о четвертом отце настоятеле также начинается с перечисления различных периодов его жизни, но Беда сразу же переходит к его деяниям, причем в этом описании он то возвращается назад, то заглядывает в будущее:
...он прибавил три списка нового перевода Св. Писания, к списку старого перевода, который он привез из Рима. Одну из этих Библий Кеолфрид взял с собой в качестве пожертвования среди прочих «даров», когда отправился в Рим в старости, две другие оставил своим монастырям (с. 725).
Покупка земли, осуществленная Кеолфридом, также требует сначала обращения в далекое прошлое, чтобы читатель узнал, откуда взялись средства на эту сделку. Некогда Бенедикт Бископ привез из своих путешествий «кодекс сочинений по космографии дивной работы» (с. 752). Затем Беда вспоминает более близкие времена: Бенедикт при жизни своей договорился с королем Альдфридом о покупке земли, но не успел завершить начатое.
И, наконец, в будущем (по отношению к совершенной сделке), «позже» (с. 725), в правление короля Осреди упомянутый участок земли обменен на больший. Рассказ об этом охватывает четыре пласта времени, хотя мы не видим в тексте не одной даты. Действия Кеолфрида прямо соотносятся с действиями основателя монастыря, когда речь идет о монастырских привилегиях. Чтобы закрепить за монастырем определенные права, Кеолфрид посылает в Рим доверенных людей за такой же охранной грамотой, какую в прошлом «папа Агафон дал Бенедикту» (с. 725). Но время у Беды не только идет назад или вперед. «Во времена этого «настоятеля»» (с. 725), параллельно с его деяниями, живут и совершают поступки другие люди: так, в монастырь поступает Витмер, пожертвовавший общине все свое имущество.
Жизнь Кеолфрида как таковая не видна в перечне его дел на посту настоятеля. Известно, однако, что он возглавлял монастырь свв. апп. Петра и Павла в течение двадцати восьми лет. Что составляло повседневную жизнь этого деятельного и энергичного человека, Беда показывает довольно интересным образом:
Кеолфрид, после того как он соблюдал устав, который он сам, равно как и его Отец Бенедикт, предусмотрительно составил из опыта древних, после того как он проявил несравненное усердие в пении псалмов и молитв, которые он не оставлял ни на один день, после того как он показал себя замечательно ревностным в обуздании грешников и в то же время благоразумным в поощрении слабых, после того как он имел обыкновение до такой степени воздерживаться от еды и питья и не обращать внимания на одежду, что редко встречается у облеченных властью, видит, что он уже стар и достиг полноты дней ... (с. 725–726).
Читатель вместе с автором и Кеолфридом оглядывается на прожитую жизнь героя и обнаруживает, что двадцать восемь лет управления монастырем и сорок три года пресвитерства промелькнули, как один день. Герой внезапно остановился среди своих обыденных трудов и обнаружил, что он «уже стар и достиг полноты дней» (с. 725). Время замедляется. Герой не сразу решает сложить с себя обязанности настоятеля и уехать в Рим, но после того, как он провел какое-то время, «много и долго сам с собой беседуя в уме» (с. 726). Далее время начинает отсчитываться в днях и часах. Через три дня после принятия решения Кеолфрид отправляется в путь. День его отъезда указан точно — «накануне июльских нон, в пятый день» (с. 726). Вплоть до отъезда время размеривается церковными службами: рано утром была отслужена литургия в церкви Блаженной Богородицы и Приснодевы Марии (с. 726), затем все собрались в церкви св. Петра, главной церкви монастыря. Кеолфрид, помолившись и воскурив ладан, встал на ступени алтаря и дал всем целование мира. С пением литаний братия вышла из храма. В часовне св. Лаврентия все собрались снова, и Кеолфрид обратился к присутствующим с речью, в которой сказал, что прощает всех, и сам просил прощения у присутствующих. Братия проводили его до корабля. Там снова вся община помолилась вместе. Кеолфрид попрощался со всеми, снова дав всем целование мира, взошел на корабль, переправился через реку, поклонился кресту, который несли провожавшие его, и отправился в путь.
Начало рассказа об отъезде Кеолфрида в Рим также отмечено сдвигом во времени. Кеолфрид быстро собирается в путь, ибо он чувствует приближение смерти и боится не доехать до Рима. Беда пишет — «Ибо он боялся того, что случилось» (с. 726).
Движение монастырского времени по прямой продолжается. «Когда он «Кеолфрид» отбыл со своими спутниками» (с. 726), провожавшие с плачем вернулись в монастырь. Община не может оставаться без главы, поэтому «немного позже, прочтя псалмы третьего часа, они собрались вновь» (с. 726).
Следующий промежуток времени, определенный Бедой, представляет собой трехдневный пост, моления и псалмопения (с. 727). Беда точно указывает день избрания нового настоятеля, Хвэтберта, но определяет дату, пользуясь церковным календарем. Благодаря этому, мы узнаем, что Кеолфрид отправился в путь на праздник Св. Троицы, проведя со своей общиной и Пасху, и весь пасхальный период. Собрание монахов обоих монастырей состоялось «в третий день по Пятидесятнице» (с. 727).
В характеристику пятого отца настоятеля, принявшего на себя управление монастырем, включен срок его пресвитерского служения — двенадцать лет (с. 727).
После избрания Хвэтберт с несколькими спутниками «тотчас» (с. 727) отправился на поиски Кеолфрида, чтобы получить его благословение, а затем вернулся в монастырь. Беда не пишет, сколько времени заняло путешествие, но отмечает, что важное для монастыря событие, утверждение Хвэтберта на посту настоятеля епископом Аккой, произошло, «когда Хвэтберт возвратился домой» (с. 728). История Хвэтберта завершается рассказом о перенесении, его стараниями, мощей Эостервине и Сигфрида в церковь св. Петра и помещении их в раку. Беда указывает «день рождения Сигфрида «в жизнь вечную», то есть одиннадцатый день сентябрьских календ» (с. 728).
Время в истории Кеолфрида и Хвэтберта течет параллельно. Чтобы рассказать о путешествии Кеолфрида, Беде приходится возвращать время вспять, напоминая читателю о главном герое: «как было сказано выше» (с. 728–729). Кончина Кеолфрида — последняя дата «Жизнеописания»: «в седьмой день октябрьских календ, в год от Воплощения Господня 716, в пятницу, после девятого часа» (с. 730). На следующий день Кеолфрид был похоронен, днем похорон заканчивается период времени, о котором говорит «Жизнеописание».
Время в восприятии Беды отсчитывается по разным шкалам отсчета. Самые важные, с точки зрения автора, даты приводятся по шкалам Вселенского времени — от рождества Христова. Это дата основания монастыря св. Петра в Веармуте и дата смерти Кеолфрида, духовного наставника и друга Беды. События, связанные с историей Англии и Английской Церкви, определяются по срокам правления королей разных династий. Даты не называются. Автор сообщает, что событие произошло в правление того или иного короля [375] . События, соотносящие историю всей Церкви Англии или историю монастыря с событиями вне страны, вводят имена римских пап, которые также служат временными ориентирами [376] . Наконец, история монастыря начинается со времени его основания, и эта дата тоже становится точкой отсчета. Церковный календарь связывает земное время с вечностью.
375
В тексте Беды мы находим имена королей, правивших в Британии с 40-х гг. VII века по второе десятилетие VIII века: Освиу (642 — 670), его сыновья Альхфрид, Эгфрид (670 — 685), Альдфрид (685 — 706), его внук Осреди (706 — 717). Каждый из них так или иначе сыграл какую-то роль в жизни Бенедикта: при дворе Освиу Бенедикт, будучи еще мирянином, познакомился с римскими обычаями и захотел посвятить себя монашеской жизни. Трое сыновей Освиу покровительствовали основанному Бенедиктом монастырю. Альхфрид оказал, вероятно, большое влияние на духовную жизнь Бенедикта. В тексте «Жизнеописания» встречается и имя короля западных саксов Кенвалха (годы правления 641 — 672). Он был другом и помощником Бенедикта. История отношений Бенедикта и Кенвалха объясняет желание главного героя отправиться сначала в Вессекс. Кенвалх задолго до повсеместного распространения римских церковных обычаев был их приверженцем и даже убедил своего близкого друга Альхфрида, наследника Нортумбрийского престола, о котором говорилось выше, в их правильности. Альхфрид настолько ревностно принял римский обряд, что как уже говорилось выше, едва не уехал в Рим навсегда. Вернувшись в Англию, Бенедикт хотел навестить Кенвалха. Вероятно, он надеялся сначала основать свой монастырь под покровительством старого друга. Узнав о его смерти, он отправился в Нортумбрию, где правил младший брат другого его близкого друга, Альхфрида. На характер отношений монастыря и короля Осреди (706 — 717) косвенно указывает тот факт, что Хвэтберт, последний из пяти отцов настоятелей, о которых говорится в «Жизнеописании», был вынужден возвращать «бесчисленные права монастыря» (с. 728). Осреди остался в истории Нортумбрии как «дурной» король, любящий бесчинства и не уважавший прав Церкви.
376
Несмотря на постоянное упоминание о почитании св. ап. Петра, Беда практически ничего не пишет о событиях в Риме, хотя они, конечно, влияли на жизнь Древнеанглийской Церкви. В течение того времени, которое охватывает «Жизнеописание», в Риме сменилось шестнадцать пап, начиная со св. Мартина Исповедника (649 — 655) до Григория И (715 — 731). Беда упоминает имена только тех пап, с которыми встречались или вели дела отцы настоятели и их доверенные лица: св. Агафон (678 — 682, Сергий (687 — 701), Григорий II (715 — 731). Исключение сделано лишь для папы Виталиана (657 — 672), потому что его решение сыграло важную роль в судьбе Бенедикта Бископа и привело к основанию монастыря.