Чтение онлайн

Пространство сжимается до «братской келлии» (с. 726), до отдельной комнаты — «низкой кровати» (с. 723), на которой лежит один из больных отцов настоятелей, и даже до «подушки» (с. 723). И однако, мы не можем составить себе представление о монастыре как о реальном комплексе зданий. Это некий неясный фон, отдельные детали которого имеют значение для автора потому, что с ними связаны жизнь и деяния его героев.

Земное пространство с его каждодневной деятельностью имеет параллель в невидимом мире. Родина и земные царства соответствуют в средневековой картине мира Царству Небесному. Бенедикт Бископ, решив принять монашество, присоединяется к тем «гражданам неба», о которых пишет блаж. Августин. Он

Одним из способов отречения от мира ради Христа был упоминаемый Бедой отказ от «родины и семьи» и отъезд на чужбину. Такая добровольная ссылка была характерной чертой кельтской, точнее, ирландской христианской культуры. Бенедикт Бископ, выросший и воспитанный в Нортумбрии, которую просвещали миссионеры-ирландцы, уезжает в «странствование», которое он «предпринял ради Христа» (с. 715). Только папа Римский имеет власть предписать ему вернуться на родину, поскольку Бенедикт может послужить Богу иным способом, принести большую пользу активной деятельностью (с. 715).

Даже возвратившись в Британию и основав монастырь, Бенедикт время от времени отправляется в продолжительные путешествия. С одной стороны, он, конечно, предпринимает их для пользы своей общины, привозя в Веармут и Ярроу книги, иконы, мощи святых. С другой стороны, эти же странствия становятся частью духовного пути Бенедикта, так как он поклоняется гробницам апостолов в Риме и посещает другие известные места паломничества в Европе. Эти земные странствия, символически изображая путь в небесную отчизну, готовят Бенедикта к восприятию вечности, которая, как было образно сказано в самом начале «Жизнеописания», началась для него на земле.

Таким образом, пространство «Жизнеописания» трехсоставно. Центром «малого мира» для Беды является монастырь. Беда в точности следует «Риторике к Герению», описывая владения своей обители. Он указывает площадь земельных участков, поселения и реки, около которых они находятся, как если бы он видел их со стен монастыря. Следующей частью пространства являются более далекие области Британии и «заморские края», центром которых является Рим. Беда не описывает их детально. Ему достаточно назвать эти области, перечислить наиболее известные города, которые лежат на пути из Британии в Рим. Читатель, опираясь на собственный опыт, домыслит остальное. О пространстве невидимого мира говорится немного, так как, согласно требованию жанра, речь идет о жизни героев на земле. Так как Царство Небесное нельзя понять человеческим разумом, его приходится описывать при помощи метафор.

Роль упоминаний «благоприятных мест» в «Жизнеописании» состоит в том, чтобы подтверждать достоверность рассказанного и сообщать добавочную информацию о главных героях повествования.

Само название книги — «Жизнеописание пяти отцов настоятелей Веармута и Ярроу» — указывает на то, что основное внимание автора обращено на людей. Чтобы рассказ о жизни героев отвечал требованиям правдоподобия, Беда должен был описать их «достоинства» [383] или недостатки, построив повествование по плану «похвалы», о котором неоднократно говорилось выше [384] .

Среди пяти биографий отцов настоятелей только одна представляет собой замкнутое повествование. Это биография Эостервине. Две биографии — Бенедикта и Кеолфрида — доминируют в I и II книгах «Жизнеописания»; в них повествование прерывается либо упоминанием исторических событий, либо, как уже говорилось выше, краткими характеристиками героев второго плана. Биография Сигфрида скорее приближается к характеристике, так как и по монастырской иерархии он был диаконом до избрания в настоятели и фактически был со-настоятелем, помощником Бенедикта. Хвэтберт, последний из пяти, в момент создания «Жизнеописания» еще только начинал свою деятельность как настоятель. Что касается Эостервине, он, по мнению Беды (который, вероятно, хорошо чувствовал иерархичность и монастырского общества, и Вселенной), по нескольким причинам заслуживал отдельной биографии, которая представляет собой непрерывный текст. Эостервине, в отличие от Сигфрида, занявшего такое же положение (со-настоятель), был перед своим избранием пресвитером; он был назначен самим Бенедиктом; кроме того, он принадлежал к той же семье, что и Бенедикт. Эостервине был двоюродным братом основателя монастыря. Хотя сами Эостервине и Бенедикт могли не придавать этому факту никакого значения, Беда отмечает его и развивает тему знатности Эостервине, имея для этого в качестве основания следующие слова блаж. Августина: «... известные многим — многим поддержка на пути к спасению, и многим, за ними следующим, вожди.»...» Крепче поражается враг от человека, которого он крепко держал. Сильнее держит он великих мира ссылкой на их знатность, а через них еще большее число — ссылкой на авторитет знати» [385] . Вероятно, именно потому Беда довольно пространно пишет о том, что Эостервине, как и Бенедикт, не ценил знатность и мирскую славу. При этом в изображении Беды они оба были достойными «вождями многих».

История Эостервине, «возлюбленного соратника» (с. 718) Бенедикта, начинается с указания срока его настоятельства. Таким образом, читатель сразу узнает, что описываемый период жизни героя охватывает всего четыре года (с. 719). По отношению ко всему остальному тексту это сообщение о сроке правления Эостервине становится «вступлением».

Согласно автору «Риторики к Гереннию», хвалу необходимо начинать «из вещей внешних, тела, духа» [386] . К «внешним вещам» относятся «род, образование, богатство, власть, славные деяния, дружеские связи и общество, в котором «герой» вращается» [387] . Составляя хвалу, Беда начинает с указания на знатность Эостервине, но сразу характеризует его как образец знатного человека, ушедшего от мира. Попутно осуждаются те, кто поступает иначе. Высокое положение Эостервине после его отречения от мира обернулось высотой его души:

Беда уточняет сведения о «роде» своего героя: «он был двоюродным братом по отцу своего аввы Бенедикта» (с. 719). То, что автор «Риторики к Гереннию» рекомендует рассказывать об «образовании», у Беды показано как результат процесса формирования личности: «обоих образ мысли был «столь» высок, они «настолько» ни во что ставили высокое положение в мире» (с.719). Беда подчеркивает, что в момент решения своей судьбы Эостервине уже достиг духовной зрелости, так что ни в чем не хотел отличаться от прочих братий:

Упоминая о том, что Эостервине «был служителем короля Эгфрида» (с. 719), носил оружие, то есть был военачальником, Беда дает читателю ключ к жизни Эостервине до монастыря.

Знатность обеспечивала высокое положение при дворе, воинские успехи вознаграждались богатыми дарами. Таким образом, выполняется условие для составления похвалы, а именно: читатель, опираясь на свой жизненный опыт, может представить себе «богатства, власть, славные деяния, дружеские связи и общество», к которому принадлежал в миру Эостервине. Однако Беда составляет хвалу не военачальнику, а монаху. Поэтому все, что требуется упомянуть в похвале от «внешних вещей», читателю приходится домысливать, ибо «Жизнеописание» адресовано не приближенным нортумбрийских королей, а новым поколениям общины Веармута и Ярроу:

Беда указывает на самое важное качество, необходимое для хвалы «от «свойств» духа» [388] , смирение, и объясняет, что оно выражалось в отношении Эостервине к окружающим: герой вел себя смиренно, «и во всем был похож на других братий» (с. 719). Столь полное смирение выразилось в том, что Эостервине, «послушный и веселый, радостно принимал участие во всех делах монастыря» (с. 719).

Согласно требованиям построения «хвалы», центральная часть произведения должна быть посвящена описанию «деяний» героя. Беда разделяет «деяния» Эостервине на две части, относящиеся соответственно к двум периодам его жизни в монастыре. Как простой монах Эостервине должен был вместе с братией «молотить ... и веять зерно, доить овец и коров, «трудиться» в пекарне, в саду и на кухне» (с. 719). Когда Эостервине был избран настоятелем, он «оставался по отношению ко всем душою таков, как и раньше» (с. 719). Действительно, согласно Беде, изменяется только круг обязанностей героя; к послушаниям, в которых он все равно время от времени участвовал, прибавилась необходимость исправлять согрешивших, (с. 719). С духовной точки зрения герой остается таким, каким он пришел в монастырь. Если раньше Беда подчеркивал смирение Эостервине, его полное отождествление себя с братией, то теперь он указывает на «светлейший свет его лица» (с. 719). Как уже говорилось во II главе, «светлое, сияющее лицо» в житийном каноне обычно входило в описание людей, ведущих высокую духовную жизнь, достигших святости. О его характере Беда говорит словами Св. Писания. «Если поставят тебя старшим на пиру, не вознесись, будь между другими, как один из них, кроток, любезен и добр ко всем» (Ис. Сир. 25:1). Эостервине воплощает собою идеал правителя монастыря также, как ранее он был идеальным монахом. Беда сохраняет для нас то качество характера Эостервине, которое соответствует канонам изображения святого: