Чтение онлайн

– Я согласен на все, господин! Обещаю, что точно не подведу Вас!
– он выдохнул с большим облегчением, осознавая наконец, что это не шутка, что с ним происходит все взаправду.

– Ну все, тогда договорились, Веронд, и больше никаких господинов вне публики, я отныне твой друг, - сказал Велезар твердо, но дружелюбно.

– Друг моего друга - мой друг, - пробасил Омирон. Мы не выбираем, где и кем родиться, но многое находится в наших руках.
– он похлопал в знак дружбы и доверия Веронда по плечу своей могучей рукой. – И чтобы я больше никогда не видел тебя на коленях, молящего о пощаде, ты меня понял? Среди нас таких нет.

– Обещаю!
– Глаза мальчишки снова наполнились слезами, но в этот раз, слезами радости.

– Веронд, эта встреча была предопределена самим Шестиликом. Благодаря ему, ты обрел верных друзей! У тебя есть родные? Их тоже устроим в Криворге.

– Нет, я сирота, кроме мамы, у меня никого и не было.

– Теперь ты не одинок. Сейчас слуги отведут тебя во дворец, чтобы ты привел себя в порядок. Дальше решим, как правильно все организовать.
– с этими словами Велезар снял с мизинца перстень с омалитовым камнем из Города Гроз и отдал Веронду.
– После окончания бала, мы отправимся в Криворг. Дорога дальняя, поэтому отдыхай и набирайся сил.

Слуги по приказу Велезара занялись Верондом, поселив в одной из пустовавших комнат.

– Прав оказался дядя Вакул, сверху и в правду виднее. Прости меня, дурака, Великий Шестилик, за слова и мысли недостойные о тебе! – думал про себя Веронд, глядя через открытое окно в дворцовый сад.

На следующий день, в полдень, после ночного гулянья, Олена шла по парковой дорожке в поисках Ольги. Слуга сообщил, что последняя, проснувшись, отправилась гулять в парк. После безрезультатных поисков раздосадованная Олена решила вернуться во дворец. Проходя по малой аллее, она услышала голоса царя и Руны, доносившиеся со стороны беседки, увитой роскошными розами. Олена остановилась и прислушалась к разговору:

– Не так давно ко мне приходили из ордена, – голос Руны был едва слышен.

– Вот ведь проныры. Странно, что Зетхи так упорно хотят разместить свои арены на наших землях. Ведь они уже не раз получали отказ.

Олена тихо, словно мышь, пробралась в более удобное место, чтобы лучше видеть и слышать происходящее в беседке. Плотные кусты вьющихся роз надежно скрывали ее как от говоривших, так и от случайных прохожих. Шипы неприятно царапали открытые участки кожи, и Олена про себя выругалась, обрушив все свое недовольство на садовников, вырастивших кактусы, а не цветы.

– Сначала они посетили меня, в очередной раз напомнив о том, что их представительства есть везде, кроме Криворгского царства. Признаться, сейчас я обдумываю их предложение. В свое время Кригрон Великий отказал им, считая, что воин бьётся насмерть за родной дом, за отчизну, а бойцы на арене только за себя. Он объединял воинов в стальной кулак и поэтому аренам не было места в Криворге. К тому же дед опасался, что развитая система ордена Зетхов может навредить молодому царству. Однако времена меняются. – Мирос ненадолго замолчал.
– Да, эти лисы обрабатывают нас обоих. Льют мед в уши, рассказывая сколько плюсов мы получим.

– А про минусы, они что-нибудь говорили? – с улыбкой произнесла Руна.

– Сказали минусы можно убрать, работая сообща. От нас им нужно только место для арены. Они обязуются выплачивать налоги, которые хорошо помогут казне в эти тяжелые годы. К тому же будет решен вопрос с Аремом, мешающем торговле с западным Шигронном.

– Значит плюсы нам, а минусы убираем сообща? Интересно!

– Да, согласен. Непонятно зачем они так рвутся сюда целые столетия? Я сказал им, что обдумаю предложение.

Олена с разочарованием поняла, что разговор брата с сестрой не несет ничего интересного. Замучившись стоять в неудобной позе и терпеть уколы ненавистных цветов, она решила потихоньку ретироваться. Почти выбравшись из своего убежища, Олена краем уха уловила изменение интонации в голосе Мироса. Застыв на месте, она внимательно вслушалась в едва различимые фразы.

– Руна, признаюсь тебе честно, не долго мне осталось править царством, неизвестная хворь одолевает меня. Но об этом никто, кроме придворного чародея не знает, даже сыновья.
– сказал уставшим голосом Мирос.
– Иногда мне кажется сами Варгаи всерьез взялись за наш род. Первой была Нея. Прошло много лет, казалось все в прошлом, но нет. Сын Яроса стал следующим. Теперь неведомая сила добралась до меня. А кто будет следующий? Я чувствую, как будто из меня высасывают жизнь по чуть-чуть, не спеша, с наслаждением. Ни амулеты, ни заговоры, ничего не помогает. Алант клянется, что это не простая телесная болезнь. С ней бы он справился давно. Против этого он бессилен.

– Там на площади, я c первого взгляда на тебя поняла, что что-то не так.

– Как, по моей тяжелой поступи? – неумело попытался он отшутиться.

– Ты сильно постарел за этот год, осунулся под грузом невзгод. Неужто чародей и вправду бессилен?

Олена сквозь кусты видела, как Мирос сидевший на белой ажурной скамейке, откинувшись на спинку и широко раскинув руки, смотрел на увитый цветами потолок беседки. Руна, сидевшая рядом с братом, положила свою руку на его плечо.

– Насколько ты доверяешь Аланту? Тебе не кажется, что все это подозрительно? У меня в Мирманде есть проверенные чародеи.

– Я все проверил и не раз. Но к сожалению, моя хворь более чем реальна и у нас не так много времени, чтобы тратить его впустую.

– Значит ты уже принял решение, кто займет Огненный трон после тебя в случае…?
– Руна не смогла договорить. Она внимательно посмотрела на неподвижно сидящего брата.

– Последнее время, день и ночь, я то и делаю, что думаю об этом. Я забыл, что такое нормальный сон! Тревожные мысли терзают душу. Всех троих я люблю всем сердцем, они моя кровь, моя плоть. Но их холодность друг к другу, - на мгновение он замолчал и снова продолжил, сделав тяжелый глубокий вдох. – Их холодность друг к другу убивают меня. Эта вражда, может погубить все царство!

– Так какое решение у тебя зреет?

Мирос перевел усталый взгляд на Руну.

– Отвечу честно. Я не хочу ставить Олера во главе. Как бы не было тяжело это признавать, но он не годится на роль правителя. Я знаю, что старший не любит царство, не любит людей, не любит братьев. Да он никого не любит, кроме себя и в этом моя вина как отца! Олер погрузит царство в хаос, разрушит все, что создавалось веками. Он станет новым Дивианом и Набироном! – по Миросу было видно, что слова дались ему с трудом.
– Мы оба помним к чему это привело. – он резко отвернул голову в сторону и замолчал.

– Да, такое забыть невозможно, - сказала Руна, предавшись на мгновение страшным воспоминаниям, от которых ее пробрала внутренняя дрожь. – Никогда не забуду, как приехала туда в разгар войны и междоусобицы. Народ в Мирманде, не доверял уже никому и нечему. Его загнали как зверя, приготовленного на убой. Абсолютно не нужные и брошенные на произвол судьбы, они и меня сначала считали врагом! Какого труда мне стоило вновь завоевать их доверие!

– Руна, я всегда любил тебя! Впрочем, как и наш отец. – Мирос все так же смотрел в сторону, вспоминая былые годы.
– Ты не представляешь, как мне было страшно за тебя. Много раз я просил отца отправить в Мирманд меня, но он оказался намного мудрее, чем я. Отец сделал лучший выбор всей его жизни, нужно это признать. – Мирос сделал паузу и перевел взгляд на сестру.