Draco Sinister
Шрифт:
задержалась в дверях, прижав руку ко рту, в то время как старшие подбежали к Гарри и Рону.
— Что за чертовщина здесь происходит? — требовательно спросил Сириус, кладя руку Гарри на
плечо.
— Что-то было в этом шкафу, какая-то тварь, — ответил Рон. — Она напала на меня.
— Я его пристукнул, — коротко пояснил Гарри, все еще пытаясь восстановить дыхание.
— Чем? — спросил Сириус, осматривая разрушения широко открытыми глазами.
— Стеной, — ответил Гарри.
— А потом шкафом, — пришел Рон на помощь.
— Это было ужасно круто! — добавил он и, поймав предупреждающий взгляд Сириуса, поспешно
добавил. — Хотя и плохо, разрушительно и, возможно, противозаконно.
— Это был демон, — объяснил Гарри, все еще задыхаясь.
Взгляды всех устремились к телу демона. Было видно только серую, кожистую руку, торчащую изпод полуразрушенного шкафа.
— Ну что ж, я думаю, ты убил его до смерти, — сказал Рон. — Отличная работа, Гарри! — Если
это был демон, — заметил Лупин, — то формально он уже был мертвым.
— Хорошо, значит, он сделал его еще мертвее, — сказал Рон, глядя на Лупина так, будто тот
хотел испортить праздник.
— Нет, не сделал, — возразил Сириус. — У него шевелятся пальцы.
Несколько событий случилось сразу.
Нарцисса резко обернулась. Лупин, внезапно встревожившись, выхватил палочку. Рон повернулся
и удивленно уставился на шкаф. А Гарри неожиданно выпрямился, посмотрел на обломки шкафа и
дергающуюся руку демона, не без приятности позеленел в лице и объявил:
— По-моему, я теряю сознание.
Сириус, прыгнув спиной вперед, как раз успел подхватить Гарри, когда он упал.
Гермиона видела, как Сириус кинулся, чтобы поймать Гарри и подхватить его на руки. До сих пор
она стояла, застыв, в дверях, но вид падающего Гарри отрезвил ее, и она бросилась в спальню, едва
не споткнувшись об обломки искалеченного шкафа, торопясь оказаться рядом с Гарри. Она видела,
как Сириус подхватил его (Внезапно Гарри показался очень маленьким и выглядел гораздо моложе)
и положил его на кровать Драко, склонившись над ним. Лупин и Нарцисса встали позади, закрыв от
нее Гарри, и тут чья-то рука взяла ее под руку, и чей-то голос произнес:
— Гермиона, не надо.
И ее вывели обратно в холл, и дверь спальни захлопнулась с резким звуком, и это было все. Она
обернулась и увидела того, кто держал ее руку — Рон.
— Пусти меня, — прошипела она, пытаясь вырвать руку, но он держал ее.
— Нет, Гермиона, — сказал он.
119
— Ты должен! Мне нужно убедиться, что с ним все в порядке!
— С ним все хорошо, разве ты не слышала, как Лупин сказал, что все хорошо, он просто потратил
слишком много энергии, поднимая этот шкаф…
— Я ничего не слышала! — взвизгнула Гермиона.
— Потому, что ты не слушаешь! — заорал Рон в ответ. — Закатываешь истерики! Именно поэтому
тебе нельзя туда!
Они кричали друг на друга, хотя их разделял всего шаг — и Гермиона вдруг вспомнила, как многомного раз это происходило с ними раньше. Это, однако, не остудило ее гнев — она чувствовала, как
злость переполняет ее, злость на жизнь, а не на Рона, но он попал под руку.
— Кто ты такой, чтобы говорить мне, что я могу делать, и что — нет? — простонала она.
— После всех глупостей, что ты натворила в последнее время, можешь считать, что тебе повезло,
что кто-то может сказать тебе это! Потому что ты сама не имеешь ни малейшего понятия!
Гермиона почувствовала, как сжимает кулаки.
— Я ненавижу тебя! — крикнула она.
Рон расхохотался.
Гермиона закрыла рот рукой.
— О Господи, — сказала она. — Неужели я это сказала?
— Теперь ты понимаешь, что я имел в виду, — ответил он, посмеиваясь.
— Прости, пожалуйста, — пробормотала она. Злость испарилась, уступив место дурацкому
желанию высморкаться.
Рон посмотрел на нее, и слабая улыбка мелькнула на его губах.
— Ладно уж, — сказал он. — Иди сюда.
Он протянул ей руку, и Гермиона едва не упала, бросившись к нему; Рон обнял ее, и она обняла
его в ответ, чувствуя его надежное, теплое и удивительно успокаивающее присутствие. Она
слышала, как бьется его сердце, отсчитывая секунды под его потертой рубашкой.
— Обещай, что скажешь правду, — сказала она. — Лупин сказал, что с Гарри все в порядке?
— Маленький мальчик в полном порядке, — ответил Рон. — Клянусь тебе.
Она откинула голову и посмотрела на него.
— Я должна поговорить с ним.
— Ты можешь, — сказал Рон. — Попозже.
— Я ничего не хочу скрывать от него. Я должна рассказать ему все. Я должна…
Рон отпустил ее и закрыл руками свои уши.
— Не говори мне ничего! — пропищал он. — Я не хочу знать о тебе то, что не знает Гарри. Этот
путь ведет к безумию и летающей мебели.
Гермиона слегка улыбнулась.
— Ну, хорошо.
Какая-то мысль отразилась на ее лице.
— Рон?
— Чего?
— Ты и я — мы похожи друг на друга или совсем разные?
Гермиона оценила то, что он, похоже, всерьез задумался над этим глупым вопросом.
— Мы похожи, — наконец, сказал он. — Потому что мы оба тратим все свое время, следуя за
Гарри, беспокоясь за него, поднимая его и стряхивая с него пыль, когда он делает глупости, которые
едва не убивают его.
— Именно это ты и делал? Стряхивал пыль?
Рон насупился, глядя на нее.
— Точнее, я склеивал его обратно, — сказал он. — Гермиона…
— Что?
— Ничего.
Он откинул голову к стене.
— Почему Малфою надо было оказаться там? — произнес он, обращаясь к пространству над ее
головой. — Из всех людей на свете, которых ты могла бы увидеть в тот момент, почему он?