Чтение онлайн

– Это ваше дело, конечно, – кивнула я, вспомнив, что тут все долгожительницы, а демографический кризис им не грозит, тут рядом еще есть источник, откуда появляются дети из чистой энергии.

– Но ваша оторванность не сделает лучше. Почему бы не проводить детские экскурсии в городок?

– Детские экскурсии? – удивилась директриса, а остальные затаили дыхание.

– Школьников позвать. Рассказать о том, как живут настоящие сказочные феи, показать ваше рукоделие или другое творчество. Можно и музей феячьей культуры открыть и туда посетителей пускать. За деньги, чтобы интерес вызвать, а еще лучше чтоб билетов было ограниченное количество. И там сделать стенд, посвященный славе императора Антурии и королевскому дому Митерии. Как дань уважения правящим монархам.

– Это гениально! – не выдержала одна из присутствующих, фея с рыжими волосами, в оранжевом платье. Я ее про себя назвала Апельсинкой.

– Ну я не знаю, – Итимельда повела плечами, – надо выходить с предложением на представительство короля. А в музей нам много чего можно выставить.

– Так давайте же! – захлопала в ладоши Апельсинка. – Следующее чаепитие через семь лет! Вы вот тоже лишаетесь шанса найти третьего мужа.

– Да полно тебе, – замахала руками на сотрудницу Итимельда, – хорошо, я согласна. Тейселен, вы поможете мне подготовить предложение для королевского совета?

– Да я и отвезти его помогу! По рукам!

Как говорится, не догоню, так хоть согреюсь. Если не найдется прекрасная дама для моего рыцаря, вдруг да себе слухов организую.

8.3

Директриса решила не откладывать в долгий ящик мою идею. Тем же вечером Эйзелени пришла за мной и пригласила проследовать в резиденцию ее матушки.

Подозреваю, перспектива найти нового мужа нашу Итимельду вдохновила. Еще жальче стало, что нельзя ее генералу подсунуть.

Она бы точно не отказала такому импозантному кавалеру.

Я вспомнила Эйдана Брелентера во всей красе.

Военная выправка, гордый разворот широких плеч. Зеленые глаза смотрят так, будто он полмира уже завоевал, а вторую ему вот-вот на блюдечке принесут.

А руки… м-м-м. Я почему-то у мужиков всегда на руки внимание обращаю, верно говорят, что настоящий хозяин рукастый должен быть.

У первого моего супруга мускулатура была как у музейной статуи. Ноги чуть кривоватые, но я ему это легко прощала, потому что еще пальцы удались, длинные, красивые, сильные. Он на гитаре играл как бог. Такой вот Аполлон криволапенький.

Его благородие по всем статьям выигрывал. Его стройные ноги даже постоянная верховая езда ничуть не попортила.

Будь я помоложе, точно влюбилась бы в этого видного мужчину.

Но с высоты двух своих возрастов, собственного и феячьего, я видела его скверный характер, не только внешнюю привлекательность.

Как с таким жить-то? Будет свои порядки навязывать, еще и работать запретит. А вдруг и правда школу закроет?

Так что нечего мне на генерала слюни пускать, хоть порой и тянет им любоваться. Посмотрела и хватит.

– Давай на ты, – предложила я Итимельде, которая с умным видом сидела за зеленым деревянным столом, держа в руке заточенное лебяжье перо.

Ее домик оказался шикарнее, чем у остальных, два треугольника крыша к крыше, внутри просторно, в гостиной можно танцы устраивать. Дискотеки сельские.

Итимельда на мою инициативу легко согласилась, и вскоре мы увлеченно обсуждали, что надо написать чрезмерно беспокойному королю Митерии, дабы его убедить в благонадежности фей как членов общества.

– Начать с того, чтобы сюда люди хаживали, – выкладывала я свои соображения, – не то тамошние безопасники решат, будто вы решили их оборону пробить. А потом, если у них хоть немного этикет работает, они должны будут и вас приглашать начать. Но надо их к себе сперва приучить. Раз в десять лет это очень мало. Люди-то поменьше вашего… то есть нашего, живут. Там уже за это время новое поколение нарастет, с своими тараканами. То бишь, жизненными установками. И оно прежних управленцев будет считать дураками, которые ничего не понимают.

– У людей это так работает? – удивилась Итимельда. – У нас принято почитать старших.

– У них тоже, – просветила я коллегу по фейству и директорству, – но больше на словах. Молодежь всегда считает, что больше соображает и старикам недоступны новые знания. Так что скачки в десять лет это не наш вариант.

Я уже говорила, что в деловой переписке не сильна, это правда полная. Но за свой долгий век младшего медицинского работника мне порой приходилось сталкиваться со всякими общественными активностями. Не старший медицинский состав же заставлять новогодние праздники сочинять. Мы с девочками писали сценарии и даже стишки какие-никакие кропали.

Это конечно не официальный документ, но тоже ведь придумки для развлечения. А как -то я почти десять лет проработала в старейшем стационаре города, и при нем как раз музей организовывали. На меня и еще троих тогда повесили дополнительную нагрузку, чтоб не нанимать никого со стороны, два раза в неделю там дежурить. И этот опыт я тоже сейчас собиралась использовать. Поскольку знала, что надо учесть, планируя музейный зал.

– Отдельным пунктом надо попросить предоставить какие-то вещи, связанные с правлением королевской семьи, – подсказывала я под руку Итимельде, – чтоб польстить монарху. Напиши там всякого, что это честь для нас и величайшее счастье.

Работали мы до полуночи, если не дольше.

Три раза Итимельда переписывала нашу заявку. Наконец, в чистовике я расписалась, как поручитель.

– Понимаю, тебе очень интересно посмотреть наши уроки, – вздохнула Итимельда, – но я бы хотела с утра посетить управление, так легче получить разрешение на въезд в город. И в представительство короля попасть.

– Да шут с этими уроками, – отмахнулась я, а потом сообразила, что это невежливо, исправилась, – это конечно и впрямь для меня увлекательно, однако хочется помочь сестрам по разуму. Так что выдвигаемся с утреца.

8.4

От усталости я дала храпака не по-фейски, так что с утра крыльев не чувствовала. Затекли не только они, но и шея. А на правой щеке отпечатался узор подушки.

Но бесконечно молодое тело это счастье, потому что уже спустя четверть часа все прошло.

До местной столицы мы с Итимельдой добирались на моей крылатой коляске. Здорово и сердито. Выглядит богато, а времени тратится сущий пустяк, только разогнались, как уже и приземляться.

– Жаль, у нас нет в хозяйстве такого транспорта, – вздохнула директриса, когда мы взмыли в воздух.