Чтение онлайн

1 -- Желудочно-кишечный тракт (ЖКТ) — это система органов, которые механически и химически перерабатывают поступающую пищу, извлекают из неё питательные вещества и жидкость, которые затем проникают в кровь или лимфу, а также участвуют в процессе вывода непереваренных остатков.

М-м-м-м... Игровая площадка? А гигантизм в крови у всех драконов? Когда я садилась в «такси», я ожидала увидеть небольшую горку, пару качелей, батут, и что-нибудь из чисто драконьей фантазии. Удивилась только, что площадка оказалась за городом, а не у стен замка.

Но Альсандо не стал мелочиться. Сначала он подключил к работе Ачиля — старейшего дракона, управляющего имением нода Эдгардо, мужа Брины и просто бескрылого дракона с золотыми руками. Вместо простой детской площадки, за десять дней они с Ачилем отгрохали целый парк развлечений. Причём, рассчитанный на детей самого разного возраста. Хотя... Не уверена, что у меня хватит смелости скатиться с вон той, самой высокой горки.

Три разновысокие горки, выплёвывающие жертву в бассейны с разноцветным гелем, мягко принимающим и тут же выталкивающим на поверхность; карусели с разной высотой и скоростью; лабиринты и канатная дорога; кабинки в виде яиц, бабочек, гусениц, разноцветных птиц и даже драконов. И всё это — за десять дней? Кажется, я начинаю завидовать драконьей магии. Которой здесь нет.

Мы с Даньяло осмотрели каждый аттракцион, где вместо посетителей на сиденьях «катались» небольшие мешки с похожей на зелёный песок субстанцией. Драконыш вертел головой, с любопытством разглядывая красочные конструкции, но ни разу не изъявил желания заменить собой хоть один балласт. Кажется, мой план оказался не так хорош.

За моей спиной раздался зуммер вызова.

Эр-2 подъехал с уже выставленным монитором и Чарито на экране.

— Натала, у меня получилось связаться с Землёй. Но механизм ещё не отработан, поэтому связь может быть нестабильна. Посмотри: поисковик считает, что один из этих мужчин — твой старший родственник. Будешь с ним говорить? Посылать вызов?

Экран моргнул, и вместо Чарито я увидела свой веткабинет. Трое мужчин методично раскрывали каждую дверцу, каждый ящик стола, внимательно осматривая содержимое. Я узнала каждого — Михась, Славка и… мой папа. Что они ищут?

— Это папа! Конечно, я буду говорить!

Экран разделился на две части: в одной части я, сверху, будто с потолка, видела весь кабинет, включившийся экран ноутбука на моём столе, удивлённо уставившихся на него мужчин. Вторая часть экрана показывала вид из камеры ноута — спинку рабочего кресла, за ним полки с лекарствами и часть двери в санузел.

— Папа! Папа! Подойди, пожалуйста! Это я, Натка! — Я помахала рукой, надеясь привлечь внимание. И тотчас услышала свою фразу, повторенную высоким голосом, с механическим эхом. Я что, и правда так пищу?

Отец сел в кресло, нахмурившись, вглядывался в экран, изучая увиденное. Михась рванулся за ним, завис над плечом. Славка тоже подошёл, стал чуть в стороне. Мне показалось, или он старался не попасть в зону видимости камеры ноута? Больше того, Славка достал телефон и направил его на экран ноута. Записывает? Михась оглянулся на него, потянулся к клавиатуре — скорей всего, включил запись экрана. Вот так-то, Штирлиц!

В верхнем углу моего экрана появился небольшой прямоугольник со мной на фоне карусели с сиденьями в виде крылатых драконов.

— Па! Привет! — затараторила я и опять помахала рукой. Видео, кстати, слегка запаздывало. — Прости, что не позвонила — слишком быстро всё закрутилось. Но я отправляла тебе СМСку. Ты получил? Хотя, со связью здесь сложно. Но у меня всё хорошо, правда.

Папа, всё так же хмуро глядя в экран, спросил:

— Уверена, что ты в норме, доча? Не врёшь?

Я вздохнула. Я ещё училась в школе, когда мы с папой договорились: в любой сомнительной ситуации я могу отправить ему пустую СМСку, и он сразу перезвонит, спросит, где я. И если я говорю: «Всё нормально» — это значит: «Забери меня отсюда». А если добавлю: «Честно!» — значит, мне грозит опасность.

— Пап, у меня всё хорошо, — я старалась говорить как можно убедительнее. — Я здесь работаю. Просто, одному малышу нужна была срочная помощь, мы спешили, и звонить было некогда. Прости, мне придётся немного здесь задержаться…

Папа с Михасем синхронно вздрогнули, а я не выдержала и прыснула: на экране у моих собеседников, почти перекрывая меня, появилась голова большой медной ящерки на длинной шее и с огромными любопытными глазами. На голове ящерки пристроился чёрный лисёнок с рыжими ушками-локаторами, и так же старательно вытягивая шею, заглядывал в экран. Из-за близости к камере, оба малыша казались исполинских размеров.

Чтобы успокоить папу, я пересадила лисёнка себе на плечо, и погладила Даньяло по голове.

— Михась, как сессия? Сдал? — Тот молча вытянул большой палец вверх. — Если Славка захочет, пусть пока поработает вместо меня — не закрывать же теперь кабинет. И он же обещал поделиться опытом.

Экран пару раз мигнул и стал затягиваться мутной плёнкой.

— Па, я правда в порядке. Связь плохая. Приеду — всё расскажу, с подробностями. Пока! — поторопилась проститься я.

На экране вновь появился Чарито. Встрёпанный, с покрасневшими глазами и, как всегда, с голым торсом.

— Прости, Натала, дольше не получилось. Я, конечно, ещё поработаю над передатчиком, но это первая попытка связаться с другим миром, поэтому…

— И на том спасибо. — Мне осталось только тоскливо улыбнуться.

Ужасно захотелось домой. Забраться с ногами на диван, с большой чашкой чая или спицами, включить ноут и болтать с папой весь вечер, ни о чём и обо всём, что случилось за день.

В нашей семье как-то так получилось, что мама и старшая сестра — обе учительницы, заядлые пловчихи и туристки, всегда были «на одной волне». А я всегда была «папина доча». Мне как-то легче было делиться своими заботами или надеждами именно с ним, а не с сестрой или мамой. Даже об Игоре я рассказала только ему.

А значит, нужно поскорее вылечить дракошу и возвращаться.

— Данюша, прогуляйтесь с Лиской к тому бассейну.

Избавившись от любопытных ушек, я повернулась к Альсандо:

— Когда ты собирался включить аттракционы?

— Завтра. Ты сказала — нужно пригласить ещё малышей, чтобы Дан мог пообщаться. Я, правда, не уверен, что успею найти девять детей, которых родители согласятся отпустить на испытание тренажёров.

— А почему девять?

Он пожал плечами.

— Мы сделали везде по десять кабинок. Для круглого счёта и симметрии.

Я помотала головой.

— Нет. Это никуда не годится.

— Убрать? Или добавить?

Вот за что мне нравятся драконы — они даже не пытаются спорить. Если считают тебя большим специалистом, чем они сами.

— Альсандо, как у вас в городе распространяются новости?

— Через новостную газету. Раз в пять дней. Если срочное — сигнал тревоги передают через общегородскую сеть.

— А если не тревога, а реклама?

— Реклама? — Он полез в карман за переводчиком.

Ну вот! Если хочешь, чтобы что-то было сделано хорошо, — сделай это сама. И как же я упустила рекламу?