Чтение онлайн

Мой дракон распахнул капюшон-веер, и я ахнула от восторга. Эта сторона, прилегающая к шее, была покрыта не чешуйками, а совсем короткой шёрсткой, того же солнечного цвета, что и брюшко. Гладкой и нежной, как бархат. Я несколько раз провела пальцами между косточек веера, добралась до стыка с шеей, погладила холмик ушной раковины.

«Щекотно!»

Это кто сказал?

Рык прекратился. Дракон резко захлопнул веер, прижав капюшон и распоров острой спицей рукав моего жакета. Выгнул шею и уставился на меня огромными недоумевающими глазами. Кто бы подумал, что ящерица может выражать мордой чувства?

Купол над нами разошёлся, впустив солнечные лучи, и я застыла в восхищении. Оказывается, драконьи чешуйки переливаются перламутром на солнце!

Упавшая тень заставила поднять голову. Золотой дракон тоже спрятал веер-капюшон и, изогнув шею, внимательно меня рассматривал. А ниже, крепко обхватив его лапу, сидела медная ящерка, удивлённо хлопая глазами.

— Какой ты хорошенький, — умилилась я, протянув руку к маленьким выростам на голове драконыша, напоминающим отвердевший петушиный гребень.

Но тот юркнул на спину отца, спрятавшись между зубцами, идущими вдоль хребта. Над моей головой раздалось двухголосное воркование. Не знаю как, но я поняла их диалог!

«Нашёл?»

«Надеюсь».

«Мана-опьянение?»

«Похоже».

«Разбирайся!»

Одним плавным движением золотой дракон развернулся и запрыгнул на широкую стену. Ещё прыжок и, распахнув кожаные крылья, дракон воспарил над землёй.

Я вытянула шею и подскочила на цыпочки, стараясь разглядеть уходящего по спирали ввысь дракона. Так увлеклась, что не сразу почувствовала, как что-то горячее и упругое скользнуло в подмышку, мягко прошлось по груди и выскользнуло под другой мышкой. Опомнилась, когда упругий змеиный хвост, сверкая изумрудной чешуёй, проскользнул уже под грудью, замыкая второй виток. Успела только охнуть и вцепиться в хвост руками, когда мои ноги оторвались от пола и меня мягко поставили на широченную стену, затем небрежно шлёпнули кончиком этого же хвоста под попу.

Вот же, гад хвостатый! Но возмущение тут же испарилось, и я во все глаза уставилась на парящего над головой золотого дракона.

Огромный изумрудный ящер плавно поднялся, будто перетёк на широкую стену, сел рядом и, наклонив голову, с любопытством наблюдал за мной. Я, в свою очередь, уставилась на него. Эти чешуйчатые трубки, плотно уложенные одна над другой, что тянулись вдоль бока — это то, что я думаю?

Я подошла к дракону, погладила нижнюю, самую длинную трубку, осторожно потянула на себя.

— Вш-ш-ш-шух, — крыло резко распахнулось, сбив меня с ног.

Я упала на пятую точку и, задрав голову, с удовольствием рассматривала солнечно-оранжевый парус над головой. Дракон с любопытством заглянул себе под крыло, мягко урруруркнул. А в моей голове раздалось чуть насмешливое:

«И чего сидишь? Сегодня они уже не вернутся… лекарка. Зря детёныша перепугала».

Крыло с мягким шуршанием вернулось на место, а я поднялась, неторопливо отряхнула руки.

— Если ты помнишь, ящер, то я к вам…

«Др-р-ракон!»

— …Сюда не рвалась. Даже наоборот, предупреждала, что не специалист по ящерам.

Дракон недовольно фыркнул, и я с трудом разобрала что-то вроде: «На бездраконье и ящерица воин».

Драконий хвост опять скользнул мне в подмышку, неторопливо прошёлся по груди. Я шлёпнула наглый отросток ладонью:

— Э! Конечности не распускай!

Двуликий гад состроил невинную морду, но хвост опустил ниже. Дважды обмотал меня им иприжал к тёплому чешуйчатому боку. Затем медленно, словно тягучая порция мёда в рекламе, соскользнул со стены вниз. Я испуганно вцепилась в спинной гребень — вниз оказалось намного страшнее, чем вверх.

Удивительно, но при всей похожести на юрких, поджарых земных ящериц, своими повадками этот дракон напоминал скорее тигра — настолько грациозными и величественными были его движения.

Опустив меня на пол, дракон окутался зелёным туманом, возвращая себе человеческий облик. А я, открыв рот как малый ребёнок, наблюдала за клубящимися мутными сгустками, на моих глазах превращающимися в идеально отглаженный костюм и безупречно уложенные волосы.

— Пойдёмте, судар… Натала. Нам нужно подогнать под вас комнату и составить список необходимых вещей. — Вместе с обликом вернулась и его холодная чопорность.

Александр открыл, как мне показалось, первую попавшуюся дверь на втором этаже, и пригласил меня войти.

Хм, а здесь почти уютно. Похоже на элитный гостиничный номер. Люкс, кажется? Никогда не приходилось в таких жить.

В отличие от холла и коридоров, отметавших всё, кроме прямых линий, здесь царили скругления. В левом углу — вытянутый дугой письменный стол из красного дерева, правую часть комнаты занимали три круглых, заваленных подушками, мини-диванчика. Или это такие огромные кресла? На стенах — напротив двери и слева — большие, почти до потолка, круглые картины. На одной из картин — панорама города в рассветной дымке, на другой — величественный водопад.

И всё бы ничего, если бы стены, потолок и обивка мебели не были окрашены в депрессивный тёмно-фиолетовый цвет.

Александр прошёл через всю комнату к картине с водопадом, коснулся тонкой рамы, и комната наполнилась далёким, к счастью, негромким шумом, а вода на картине ожила, хлынула мощным потоком вниз.

— Мне кажется, вам больше понравится другой вид, — Александр с сомнением посмотрел на изображение.

Не знаю, взглядом он управлял или ладонью, оставшейся на раме, но изображение сменилось на морской берег, на который, пенясь, набегали и отступали волны. На следующем изображении я увидела кусочек цветущего сада и высокую каменную стену, по которой тянулись несколько побегов с огромными, похожими на лотос, цветами. А между лианами, с весёлой капелью, сбегали два тонких ручейка. Изображение сада сменилось причудливой чашей городского фонтана.

— Верните назад, пожалуйста! Ту, что с цветами, — попросила я.

Хоть что-то жизнеутверждающее в этой мрачной обители!

Но журчание ручейков вдруг напомнило об одной естественной надобности, и я покосилась на широкий проход, ведущий в соседнюю комнату.

— А удобства здесь где?

— Ещё установить мебель? — Александр кивнул на мини-диванчики. — Сколько?

— Я про другие удобства, — постаралась намекнуть.

Вот как не надо, так чуть ли не мысли читает, а как надо — догадливый, как фонарный столб!