Чтение онлайн

– Алекс, правду! – Великий подошёл вплотную. – Или я сейчас отдам Машу Стасу. Он тоже готов к проведению ритуала.

– Великий, я хочу, чтобы она жила! Я не хочу её смерти при родах!

– Алекс, – ониксовая бровь изумлённо изогнулась. – Всё в твоих руках. Её жизнь зависит только от тебя, если, конечно, ты победишь Стаса.

– А если нет? – Алекс смутился. Как он может помещать? Не пустить её в инкубатор?

«Не запечатаешь, какие проблемы. – подсказал бескрылый. – Совсем необязательно всем знать. Будешь при себе держать. Проси у Великого право не отсылать, проси, пока он здесь».

– Великий, я прошу дать мне разрешение на то, чтобы Маша была всегда рядом со мной.

– А ты подумал, каково будет Маше делить тебя с Кирой? Они человечки, собственники, не привыкли делиться мужчинами.

– Великий…

Но ониксовый его перебил:

– Тебе надо Стаса одолеть для начала. Иди собирайся силами. Я посмотрю, насколько крепка ваша любовь…

Тем временем на арену приземлились два дракона. Один отливал червонным золотом в красном закате последних солнечных лучей, а второй кровавым серебром. Они ударились грудь о грудь. Громкий выдох сотряс воздух.

Драконы перелетели за границы стадиона и продолжали свой бой на полигоне, поросшем лесом и травой. А перед зрителями на арене возник огромный голограммный экран, позволяющий видеть и ощущать словно это всё происходит перед глазами.

Медленно, словно раскручиваясь по спирали, закружил золотой, пускаясь всё ниже и ниже. Огромные крылья серебряного цеплялись за верхушки огромных сосен. Мелкий золотой лихо лавировал между стволами.

– Что он творит? Он же зацепится и не сможет отразить атаку! – воскликнул Алекс.

– Он тебе указывает на слабое место Стаса – нижний бой. Как раз по тебе.

Но в этот момент Стас резко рванул вверх и изрыгнул пламя. Огонь опалил деревья. Его жар долетел до трибун. Горизонт полыхнул. И вдруг дождь из сотни металлических дротиков полетел вниз. Мишак рванулся в сторону, но было поздно. Его красивые золотые крылья прочно прибиты к земле. Он развернул свою мощную шею, выпустил золотое пламя, но оно обожгло лишь нижние ветви да кустарники. А Стас с торжествующим видом приземлился на центральной арене.

Маша, зачарованная боем, замерла, не в силах поверить проигрышу золотого.

– Великий, но разве честно будет завтра? Алекс бескрылый.

– Почему бескрылый? – усмехнулся мужчина, подхватив свою спутницу под локоть. – Его крылья – твоя любовь. Вот и проверим, насколько она сильна.

– Вот только пальцами щёлкать не надо, ясно! – Маша, гордо вскинув голову, подошла к окну.

Там, на горизонте, солнце уже укрылось серыми облаками. И лишь розовая кайма говорила, что оно там спит.

– Ты, девочка, что-то непочтительно ведёшь себя. – Великий улыбнулся. – Садись ужинать. И объясни, почему мне запрещено щёлкать пальцами.

Девушка прошла к столу. Посмотрела на блюда. Села. Аппетита не было. К горлу подступала тошнота, тошнота страха.

– Потому что сегодня мой последний закат. – она сглотнула, пытаясь затолкать слёзы обратно.

– Почему же последний. Завтра великая битва сильнейших. И только послезавтра будет проведён ритуал. Люди говорят, что стоит пройти ритуал и умереть, ибо это самое прекрасное, что может с ними произойти. Представляешь, какая ты счастливица. А твои родители и малыши до конца дней своих ни в чём не будут нуждаться. – он говорил непринуждённо. Накладывал себе кусочки мяса и зелени. – Маша, подкрепись. А то сил не будет сопротивляться победителю. Если я хорошо тебя изучил, ты непохожа на покорную овечку.

– Ну хоть благополучие семьи меня успокаивает. Не усыпляйте меня. Я хочу попрощаться со свободой. Великий, сколько времени проходит с момента зачатия и до родов? Сколько мне ещё отведено?

– Так вот ты о чём. У драконов малыш появляется на свет через восемнадцать месяцев. Так что у тебя ещё много закатов впереди.

– А если я не понесу в первую же ночь, у меня есть шанс, что меня отправят домой?

– Маша, во-первых, в первую ночь ты точно не понесёшь, ибо жизнь зарождается с рассветом. Во-вторых, на то он и ритуал, чтобы всё произошло сразу. Осечек не бывает. Видишь ли, мы и вы не совсем сопоставимы по размерам. Я говорю о драконах, а не о людской ипостаси. Когда внутренняя тварь включается в процесс, наш орган, ну ты понимаешь, о чём я, – и он захихикал над девушкой, которая стала пунцовой. Глаза Маши предательски заморгали. Она хотела ответить что-то резкое, но не смогла. Великий раскрыл свою ладонь. Девушка почувствовала, как постепенно её беспокойство стало сходить на нет. – Так вот, если всё сделать без ритуала, то можно разорвать девушку так, что придётся потом зашивать. Поэтому и существует этот ритуал. Во время него мышцы влагалища расслабляются, и она принимает своего партнёра целиком. У неё вырабатывается гормон радости. И это настолько остаётся в памяти, что пока она носит в себе зародыш, она не может смотреть на других мужчин. У неё только один кумир – тот, кто её сделал своей. Девушку отсылают потом к таким же, как и она. Ты не единственная, кто понесёт от дракона. Просто у тебя единственной будет такой праздник, ведь ты должна будешь дать жизнь наследнику Великого! – и он поднял палец вверх, чтобы подчеркнуть значимость события. – После родов девушка избавляется от своей зависимости.

– Меня используют одну ночь, а потом выбросят, как ненужную игрушку. – Маша грустно усмехнулась. Не о том она мечтала. Лучше бы тогда дала Алексу, когда он привёз её в замок.

Великий словно прочитал её мысли:

– Маша, тогда уже Алексом правил его бескрылый. Я думаю, что Алекс это понимал и не стал настаивать. Он знал, что ждёт тебя, порви он без ритуала. А такие случаи есть. Это была ещё одна из причин, по которой появился запрет на умыкание человечков.

Алекс тоже ужинал. В отличие от Маши его окружала его семья: отец, мать, брат. Никого посторонних. Они расположились в одном из крыльев дворца Макса. В противоположном крыле располагался Стас со своей семьёй. Некогда два дружные семейства сейчас предпочитали не встречаться.

– Ну что, сын, – отец посмотрел на парня. – Подкрепись и набирайся сил. Завтра главная твоя битва. Ты справишься, я в тебя верю.

Алекс хмуро посмотрел на отца:

– Может случиться так, что не выиграет никто? Тогда девушку отправят домой?

Теперь мать посмотрела на сына:

– Ты чего удумал? Ты решил её обратно отправить? Алекс, ты хоть понимаешь, что ты творишь? Она тебе что ли пешка: двигаешь как хочешь?

– Мама, я не хочу, чтобы мой ребёнок был похож на брата. – Алекс знал, куда ударить побольнее.

Младший брат – здоровенный детина беззлобно улыбнулся, выпустил слюну.

– Конфетку дай. – протянул руку к женщине.

– Ты же знаешь, что он такой, потому что его прокляла родная мать. А Маша не сможет этого сделать… А что я сказала? – женщина заметила злой взгляд мужа. – Ты сам виноват, что у тебя больной ребёнок.

– Мать, ну ты уж утешила так утешила.

Алекс встал из-за стола. Протянул руку брату: «Пойдём, я покажу тебе новую машинку». Светлокожий брюнет ростом с Алекса поднялся. Он обнял брата и чмокнул его в щеку своими влажными губами. Почему-то в эти дни брат стал Алексу ближе. Словно он увидел его с другой стороны.

– Мать, – прошипел отец, – Нежели ты не видишь, что он влюбился в девочку. Поэтому переживает, что та может умереть. А ты его ещё больнее бьёшь. Нет у Алекса выхода. Тупик. И ему никуда от этого не деться.

– Есть, он может устроить ничью. – мать поджала тонкие губы и с какой-то брезгливостью посмотрела на младшего сына. Весь её вид говорил: «Зачем тебе нужен был второй ребёнок. У нас первый инвалид бескрылый».

Обстановка накалялась. В воздухе запахло серой.

– Родители, вы решили дворец поджечь? Я с Ником пойду, пройдусь.