Чтение онлайн

– Но как ей удалось выбраться из замка?

– Она отсиделась в каком-то коридоре. Убежала уже под утро, через боковую калитку. А вот что сталось с теми двумя, она так и не узнала. Не утопили, это точно.

– Ну да, утопленнику управлять орденом было бы затруднительно. Интересно, что с ними случилось?

– Доберемся до Галавера – спросим, – я пожала плечами. – Куда интереснее было бы знать, что случилось с драконом!

Квентин помолчал.

– Я надеюсь, его остановили свои же собратья, – наконец сказал он. – Ведь драконы были совсем другими, Лин. Я читал… я слышал. Чтобы построить замок, одним волшебством не обойтись. Ты слушаешь ветер, водишь руками по земле, ощущая каждую жилку. Ты не заложишь фундамент без ритма, такта, любви ко всем, кто будет жить в этих залах. В каждой башне, каждом переходе останется частичка тебя. Если тебе нечего дать – если ты берешь и берешь, как де Вельер – ты мертв. Магия ушла.

– Так она и ушла, – пожала плечами я. – Такие драконы были только в сказках. А потом и сказки изменились. Летит чудовище над городом, пышет огнем направо-налево, дети кричат, старики стонут, и даже у тех, кто покрепче, поджилки трясутся. Магия-то ушла, а власть осталась!

– Думаешь, чудовище с крыльями удовольствуется жизнью простого пахаря? – криво улыбнулся Квентин. – Я бы не стал на это рассчитывать.

– Ну, Первый же отказался от огня… Подожди, а откуда ты знаешь, как драконы строили замки?

– Читал, – пожал плечами он. – Я родился слишком поздно, чтобы увидеть все своими глазами. Об этом, наверное, я жалею больше всего. И… что не смог спасти родителей, когда началась война, – он запнулся. – Извини, я…

– У меня у самой глаза на мокром месте, когда вспоминаю маму, – я коснулась его плеча. – А поговорить не с кем. Мэтр, он учитель, не нянька. А отец…

– Я знаю. Дядя с тетушкой тоже были не лучшими слушателями.

– Представляю себе. Когда нянюшка переехала от нас, первые недели мне казалось, что мир перевернулся: мне вдруг не к кому стало пойти. Правда, потом…

Квентин поднял руку.

– Тихо!

– Ты чего… – возмутилась было я, но, проследив за его рукой, тут же умолкла.

Впереди за березами темнела река, но у берега нас ждала необычная картина. В высокой траве стояли палатки из жердей и мешковины, на веревках сохли плащи и покрывала. Невдалеке лежало горелое пятно – свежее кострище. Голосов отсюда еще не было слышно, но по напряженному лицу Квентина я поняла, что на кружку меда рассчитывать не приходится.

– Идем отсюда. Быстро.

– Думаешь, это разбойники?

– Нет, странствующие филантропы! Хочешь проверить?

Мы быстро шли вперед, так чтобы выйти на дорогу, обогнув лагерь. Солнце осталось сзади, за рекой; вокруг было тихо и сумрачно. Как назло, теперь под ногами постоянно хрустели сучья, а каждая встречная осина норовила ткнуть чем-нибудь острым в глаз.

– Вот уж повезло, так повезло, – пробормотала я. – Шагу не ступишь, чтобы в филантропов не вляпаться!

– Нам повезет, если мы в самом деле не вляпаемся, – бросил Квентин. – Бургомистр предупреждал меня, дурака, а я выкинул из головы! Дилижансы они останавливают нечасто как раз потому, что предпочитают наживаться на путниках вроде нас.

– И что нам делать?

– Тихо пробираться к дороге, что еще? Если, конечно, ты не собираешься делать благотворительные взносы.

– Слушай, – я нагнала его, заглянула в глаза, – откуда у деревенского парня такой запас слов? Простой трудяга-фермер так не изъясняется.

– Библиотека, – коротко ответил он. – Хорошая, но маленькая и старая.

– Это на ферме-то, где пару книг с радостью обменяют на здоровую лошадь?

– Сейчас, наверное, они уже так и сделали, – Квентин тяжело вздохнул. – Но это не имеет значения… не должно иметь. Не думаю, что я туда вернусь.

– Настолько не любишь тетю с дядей?

– Настолько не уверен, что будет с нами послезавтра.

Я обернулась: лагерь уже скрылся за деревьями. Впереди светлела дорога.

– Знаешь, все-таки ты права, – вдруг сказал Квентин. – Идти пешком опасно. Попробуем остановить дилижанс.

– Думаешь, возница остановится? Зная, что тут разбойники?

– Меня больше беспокоят они, чем возница. Ты когда-нибудь дралась на дуэли?

– Гм…

– А не на дуэли?

– Вообще-то в Теми с этим строго, – неохотно сказала я. – Мэтр давал нам уроки с одним лишь условием: не применять эти знания на практике без крайней нужды.

Мы вышли на дорогу, и Квентин зажмурился, подставляя лицо солнечному свету. Я огляделась. Ни разбойников, ни дилижансов на горизонте не было.

– Квентин, а ты смог бы направить огонь на человека?

Он вздрогнул.

– Смог бы. Почему ты спрашиваешь?

– Угадай с пятидесяти восьми раз, – огрызнулась я. – Жить хочу!

– Они тоже хотят.

– Ага. За наш счет. Только какое нам… Ой!

Впереди дорогу пересекал еж. Живой, крупный, весь в иголках и очень сосредоточенный.

Мы переглянулись. Я не знаю, видел ли раньше ежей Квентин. Я – раза два, издалека. Не сговариваясь, мы рванули вперед. Еж, похоже, заметил и нацелился прямиком в лопухи.

Ноги ухали по пыли, а сердце стучало, будто я бежала от грабителей. Квентин, раскрасневшийся и растрепанный, выглядел не лучше. Он опережал меня на два шага, но толку! Еж нырнул в траву у нас перед носом.

– Вот ведь, – я осторожно раздвинула лопухи. – И куда он делся?

– Наверное, тут подземный проход, – предположил Квентин. – Он сейчас аккуратно переберется на ту сторону, потом потопает сюда, а мы его подстережем!

– Ни один нормальный еж не будет заниматься такими глупостями! – возмутилась я. – Ежик, ну выходи, дай покоситься!

В зарослях послышалось шебуршание.

– Вот же он… что за?…

Перед глазами возникла суковатая дубинка. Я едва успела откатиться, как следующий удар чуть не раздробил колено. Какого!… Что тут вообще происходит?

Пахнуло немытым телом. Я попыталась привстать, опираясь на землю, но нога проскользнула вперед, и я больно упала, в этот раз на локти. В руке остался пучок травы.

– Стойте, олухи!

Квентин, безоружный, стоял на пригорке, тяжело дыша. По виску стекала кровь. Его окружили еще двое.

Кажется, это разбойники и есть.

Последний из нападавших стоял в стороне, положив руку на рукоять меча. Плохонького, кстати… такое железо мой кортик перерубит на раз. Вот только кто даст мне его достать?

– Деньги, вещи. Живо, – скомандовал он. – Трупы нам не нужны, заберем и уйдем.

– А трупы, надо полагать, здесь оставите? – Квентин еще пытался острить.