Чтение онлайн

— Пора, — сухо обронил Астамир. После чего с грустью посмотрел на Лестиса, легко коснулся ладонью его плеча, пробормотал, словно прощаясь.

— Только ты остался, мой друг. Только ты.

— Рано хоронишь меня Астамир. Ещё поброжу по дорогам, — серый маг накрыл его руку своей. — С нами дева-дракон, не забывай. Только посмотри, сколько в ней силы!

Шагнув к проходу, за которым, не переставая, рычали взбешённые коты, не способные преодолеть невидимую для них преграду, Лестис поднял руки и начал тихо бормотать что-то неразборчивое на незнакомом мне языке. Я почувствовала, как мой гнев покидает меня. Он, словно щенок, потянулся к костлявой фигуре серого мага. Вокруг Лестиса появилась вдруг сизая дымка, будто пыль, выбитая из дороги копытами лошадей. С каждым вдохом она становилась всё темнее и гуще, жадно окутывая наши фигуры, неуклонно превращая их в безликие тени. Только маг, поющий заклинание, словно таял, как будто рассыпался на серые песчинки, жертвуя своей жизнью, дабы провести нас дорогой теней. Понимая, что ухожу вместе с магами, я не отрывала взгляд от неподвижного тела любимого, прощаясь с ним, возможно, навсегда. За миг до того, как серый вихрь поглотил меня, я успела заметить движение. А может быть, мне только показалось, что в мёртвое тело начала возвращаться жизнь. Я хотела шагнуть к нему, вырваться из этого плена, но, моргнув, обнаружила под ногами пыльную, вязкую дорогу, и бесформенные призраки окружили меня.

Дорога теней была короткой и, в тоже время бесконечной. Будто всего лишь миг, уместившийся в промежутке между вдохом и выдохом, я мучительно вырывалась из липких объятий бестелесных, похожих на сгустки плотного воздуха, сущностей. Вот только этот миг всё никак не заканчивался, показавшись вечностью. Ни вдохнуть, ни выдохнуть я не могла, и стоять на месте тоже было невозможно. К счастью, магические путы исчезли сами по себе, позволив мне снова шевелиться. Стоило прекратить движение, и тут же тело начинало погружаться в вязкое, будто топь или живые пески, месиво под ногами. Эфемерные спутники льнули к рукам, ногам, груди, желая слиться с моей плотью, втянуть в себя тепло жизни, обратить меня в себе подобных. Всё, что я могла, это шагать, с усилием переставляя ноги, очень надеясь дойти до конца и обрести свободу. Упрямство не позволило сдаться. Оно вело меня вперёд, заставляя разрывать на части призрачные преграды, прорываться сквозь преследующие меня тени. Я не могла видеть своих спутников, сыпучая мгла, как едкий дым, жгла глаза. Их проще было закрыть и двигаться, опираясь на пробудившееся во мне внутреннее зрение. Я знала, чувствовала — впереди серый маг отдаёт по капле свою жизнь, удерживая путь. Я ощущала тонкую, нежно звенящую, как натянутая струна, нить в руках у Астамира, с помощью которой он направлял нас, улавливая свет чьей-то ожидающей вдали души. Я осознавала движение Рояны, которая яростно отбивалась от приставучих призрачных жителей этого пространства. И ещё я улавливала её поддержку, будто бы она пыталась поделиться своими силами со мной, чтобы я смогла сохранить свою целостность, чтобы не дать мне раствориться в ядовитом тумане. В какой-то момент её слабый стон настиг меня. Я, не раздумывая, потянулась к ней мысленно, желая помочь, удержать. Странно, но этого искреннего намерения хватило. Почти сразу же моя душа впитала ответную тёплую волну благодарности, смешанную с облегчением. Туман начал таять внезапно, когда я уже перестала ждать освобождения, уверившись в том, что эта дорога не имеет конца. Шагнув на твёрдую землю, наблюдая, как клочья серо тумана, пугливо припадая к земле, тают в лучах утреннего солнца, я услышала тяжёлый стон Лестиса, обессилено свалившегося к моим ногам. Серый маг упал как раз между двумя скрюченными фигурками, неподвижными и бездыханными. Приглядевшись к ним, я невольно, совершенно неожиданно для себя протяжно вскрикнула, не разжимая губ и зажав рот ладонью, ощущая как душу заполняет горькое, словно полынь, отчаяние.

Продолжение романа фэнтези "Драконов больше нет" во второй части.

Драконов больше нет.

Часть 2. Западные леса. Вечный город.

Аннотация:

У неё не могло быть иной, будничной судьбы, ведь она сама по себе уникальна — наследница драконьих вождей и великих королей древности. Долго не могла поверила в свою особенность, но преследование тех, кто мечтал использовать её в своих интересах довольно скоро убедили в этом. А ей всего-то хотелось прожить самую скучную, самую типичную жизнь на свете, быть одной из толпы, а не первой среди всех живущих. За своё непрошенное величие пришлось платить дружбой, любовью и, в конечном счёте, мечтой о счастье. Лишь одно могло стать утешением — все жертвы были не напрасны. В бесконечно долгих пиршествах ненависти и разобщённости, ведущих к гибели мира, удалось, наконец, поставить жирную точку.

Есть ли у кота сердце? Почему безобидный лесной народец вызывает у могущественных магов безотчётный, необъяснимый страх? Что предсказала безумная магичка деве-дракону? Каким способом Председатель Совета мудрецов усмирял строптивую невесту? Чем закончилось противостояние магов и учёных, оспаривающих мировое господство друг у друга? И, наконец, когда смерть становится предпочтительней жизни? Ответы на эти и множество других вопросов можно отыскать во второй части романа "Драконов больше нет".

1.Лес, его хозяева и гости.

Нельзя сказать, что вид мёртвых тел мог напугать меня. Жизнь заставила относиться к чужой смерти почти равнодушно. Впрочем, мой нечаянный вскрик ничего общего с испугом не имел. Скорее всего, меня пронзили печаль и сожаление, когда я увидела безжизненные тела подростков. Они выглядели так, словно кто-то неизвестный выпил из них всю жизнь, оставив лишь высушенные, словно опалённые беспощадным солнцем, оболочки. Я с содроганием заглянула в одинаковые, сморщенные, как у стариков, лица, в голубые, мёртвые глаза. В них не было ни страха, ни горечи, а лишь только спокойная мудрость и смирение перед неизбежностью. Они знали, что их ждёт, когда открывали дорогу теней, чтобы отыскать единственную спасительную для их мира нить, чтобы отыскать дракона — меня. Если бы не длинные белокурые волосы девочки, я бы даже не смогла различить кто из них кто, так ужасно обезобразила смерть этих близнецов. Вина острыми иглами вонзилась мне в виски и сердце, будто это я — одна из тех теней, которая иссушила невинные юные души.

— Как вы могли позволить им умереть? — еле слышно выдохнула, опускаясь на колени рядом с телами детей. Ноги отказались меня держать то ли из-за потрясения после увиденного, то ли обессилив в борьбе с призраками дороги теней.

— Это был их путь, их предназначение. Они прошли свою дорогу до конца, — печально промолвил Астамир и легко коснулся ладонью моей понурой спины, возможно пытаясь утешить, подбодрить, давая понять, что разделяет мою скорбь. А может, он всего лишь хотел принудить меня подняться и продолжать идти своей дорогой, идти, не оглядываясь, даже если придётся шагать по трупам.

— Вы такие же, как мудрецы, — ни перед чем не останавливаетесь, — тоскливо простонала я, не находя в себе сил кричать. — Они хладнокровно убивают детей для достижения своих целей, вы не задумываясь, не сомневаясь, жертвуете их жизнями для того же.

— Мы не такие же! — резко ответил маг, возмущённо от меня отступая. — Все наши жертвы добровольны. Мы знаем, за что умираем. Мир стоит на пороге гибели, мы исчезаем, так пусть хотя бы умрём не напрасно.

Рояна словно не слышала нашего разговора с магом. Она так же, как и я, опустилась на колени рядом с детьми. Скорбная гримаса исказила её прекрасные черты, в глазах непрошеной влагой плескалась печаль. На миг показалось, что общая боль объединила нас. Она смотрела на меня с пониманием, явно разделяя мой гнев. В её глазах исчезло высокомерие. В них вспыхнула искра удивлённого уважения и благодарности. Видимо, магичка не ожидала, что я брошусь спасать на дороге теней неприятную для меня незнакомку и окажусь достаточно сильной для этого. Впрочем, я и сама не ожидала от себя ничего подобного. Это был внезапный, совершенно необъяснимый порыв.

— У нас были только они, — словно извиняясь за то, что вынуждена допустить эту смерть, пробормотала Рояна. — Только близнецы и Лестис могли проложить путь к нашей надежде на жизнь. Лий и Лея готовы были умереть. Они знали, что их сил недостаточно, чтобы сдерживать тени настолько долго.

Она медленно закрыла опустевшие голубые глаза маленьких магов дрожащей рукой.

— Они были неразлучны, — сказала печально, желая поделиться со мной воспоминанием о тех, кто подарил мне свои жизни. — Вместе пришли в этот мир и вместе покинули его.

Тем временем Астамир склонился к учителю погибших близнецов. Серый маг лежал неподвижно, но всё ещё упрямо дышал, исполняя своё обещание продолжить топтать дороги мира. Он выглядел точно так же, как и его бездыханные ученики, иссушённым и ещё больше посеревшим. Я очень сомневалась, что Лестис увидит следующий рассвет, но его друг не хотел сдаваться. Астамир положил ладони на изрезанный глубокими морщинами высокий лоб умирающего мага и тихо запел, то ли прощаясь, то ли умоляя вернуться. Когда песня оборвалась, черноволосый маг стал выглядеть не намного лучше своего пациента. Крупные капли пота стекали по его вискам, словно он таял, как горящая свеча. Но дыхание Лестиса выровнялось, и серые тени покинули его тело.

— Теперь он проснётся, — уверено заявил Астамир, и взмахом руки подозвал тех, кого я ещё не успела заметить, поглощённая ворвавшимся в душу переживанием.

Только теперь я подняла глаза и оглянулась, увидела место, где нахожусь. Дорога теней вывела на опушку незнакомого леса. Высокие сосны, белоствольные берёзы, кудрявые клёны окружили нас молчаливыми стражами загадочного, непознанного ещё мною лесного царства. Здесь в перелесье деревьев росло не так много, как обычно в глубинном лесу. К тому же большей частью они были низкорослыми, чередовались с кустарником, наименования коего я ещё не знала, исключая рябину, калину, шиповник и малину, часто встречающиеся на окраинах Странполя. Множество звериных троп, сплетённых и перепутанных между собою, словно нити из разных клубков, вели вглубь леса, стоящего перед глазами зелёной стеной.

— Ну што, хаваты нешта дзяцей можна? А гападары чаравники? — Недовольный, ворчливый голос раздался от ближайшего куста калины.

Двое незнакомцев, которых подзывал Астамир, оставили свои лопаты возле выкопанной ямы и неторопливо, вразвалочку приблизились к нам. Невысокий, крепкий на вид, старик с гладко обритой головой, тёмными глазами, прячущимися под насупленными лохматыми бровями, и упрямым подбородком, не переставая, ворчал что-то неразборчивое в пушистые ржаные усы. Зелёный костюм свободного кроя делал его совершенно незаметным среди листвы, а кожаные, невысокие сапожки позволяли ступать мягко и беззвучно. Суетливые мозолистые руки старика всё время касались рукоятки топора, болтающегося за поясом. Следом за ним шла девушка, показавшаяся вначале ребёнком из-за маленького роста, порывистых, нетерпеливых движений и россыпи веснушек на курносом юном лице. Короткие волосы девчонки торчали во все стороны белыми, словно сметана в блюдце котёнка, прядями. Тёмные, похожие на два жёлудя, глаза смотрели на меня с нескрываемым любопытством. Зелёный костюм был плотно подогнан по ладненькой, крепкой фигурке. На плече у неё висел лук и колчан со стрелами, за поясом — парочка острых охотничьих ножей. При ходьбе девушка всё время подпрыгивала, явно собираясь перейти на бег, но всё же воздерживалась, не решаясь обогнать своего ворчливого спутника.