Чтение онлайн

– Мне нужно туда, – сказала я Люциану. – Мы начнем оттуда.

– Ну слава Тамее…

– Нет, ты не понял. Там я смогу понять, правда ли то, что я только что предположила. Потому что если это так, возможно, мне даже не нужно приближаться к Адергайну. Возможно, я смогу просто закрыть границы между двумя мирами и отрезать его от нас.

Люциан вздохнул:

– Ты не откажешься от этой идеи?

– Нет. Но тебе нужно будет раздобыть для меня кое-что. То, что запрет мою магию. То, что не позволит ей завладеть мной, как только я шагну на магические земли. Думаю, каани тебе в этом помогут.

– Нам, Лена. Я больше не оставлю тебя одну ни на минуту, – он усмехнулся. – Кроме того, ты думаешь, я не понимаю, что ты хочешь сделать? Заставить меня уйти, чтобы потом отправиться туда одной?

– Ты мне совсем не доверяешь? – спросила я.

– Что?

– Ты мне совсем не доверяешь, – повторила я, а потом оттолкнула его с дороги и пошла к дому.

Не сказать, что я сильно обиделась… Хотя да, наверное, это было обидно. Но если учесть, что у нас осталось в прошлом, винить Люциана за это было бы странно. Чтобы не наговорить лишнего, я занялась ужином. Достала вяленое мясо, овощи внеземного происхождения и заранее приготовленные лепешки и принялась делать шаверму. Точнее, нечто похожее на шаверму, потому что соусов у нас тут не было.

Люциан где-то бродил уже пару часов, поэтому я просто все закрутила и оставила, а сама пошла посидеть на крыльце. В конце концов, у меня был вариант пойти с ним к каани и попросить о помощи – чтобы они помогли мне достать металл из гор Нивелира. Но если быть честной, я не была до конца уверена в том, что это сработает. Удержат ли браслеты мою силу? Если она чуть не свела меня с ума даже там, где магия бессильна?

Да, я помнила, что нужны особые руны и начертания. И еще я отлично помнила, как ко мне с этими браслетами пришел Валентайн.

Воспоминания нахлынули так остро, что мне на мгновение стало нечем дышать. Я откатилась назад, в наше совместное прошлое, в котором было много всего хорошего. Много всего плохого, но в этом прошлом он хотя бы был. Не только во снах. Я уткнулась лицом в колени, пытаясь справиться со внезапно накатившей тошнотой. Сколько еще меня будет преследовать тень Валентайна? Тень всего случившегося? Все это…

Я вскочила так резко, что чудом не упала со ступенек. Люциан меня подхватил и удержал.

– Что с тобой? На тебе лица нет.

– Есть, я проверяла, – я вывернулась из его рук. – Пойдем в дом, я приготовила почти-шаверму.

– Почти что?

– Почти национальную питерскую еду. Если бы ты когда-нибудь попробовал настоящую, клянусь, ты бы ел ее две недели подряд без перерыва.

И я тоже. Особенно после нашей робинзонады.

– Ну а с моей как получится. Разожги печь, ее подогреть надо.

Люциан усмехнулся, и я увидела путающееся в его волосах солнце. Вот и что тебе не жилось спокойно, тэрн-ар Драгон? Зачем ты за мной пошел? С другой стороны, если бы не пошел, я не знаю, где бы мы все сейчас были.

Через полчаса мы уже вдвоем сидели на крыльце и жевали «шаверму из Ниоткуда». Я назвала ее так, потому что она была приготовлена там, где все законы мира не работали так, как им положено. И, пока я ее жевала, у меня в голове не было ни прошлого, ни будущего, только настоящее и ее вкус. Потому что вяленая птица оказалась жирненькой, и дала сок, который заменил соус.

Было вкусно.

– Это лучшая шаверма, которую я когда-либо ел, – сказал Люциан, повернувшись ко мне.

– Это единственная шаверма, которую ты ел, – сказала я и вытерла капельку с его подбородка. – Не переживай, нельзя съесть шаверму и не обляпаться, это я тебе как человек, выросший в Питере, говорю.

Он перехватил мою руку:

– Я не не доверяю тебе, Лена. Я беспокоюсь за тебя.

Я пожала плечами.

– Что мне сделать, чтобы ты это, наконец, поняла? И да, я не хочу вернуться и обнаружить, что ты куда-то ушла, чтобы никому не навредить и все сделать самой. Это вполне в твоем стиле.

Я закусила губу, а он облизал мои пальцы. Один за другим. Мигом переключая меня в совершенно другой режим. Если честно, раньше я не задумывалась, как Люциану Драгону удается удерживать такой фан-клуб вокруг своей персоны, но теперь я это отлично понимала.

– Перестань, – я попыталась его оттолкнуть, когда он продолжил целовать сначала мою ладонь, затем запястье, но, если уж говорить откровенно, мне не так сильно хотелось, чтобы он перестал.

Гораздо сильнее хотелось другого, и я позволила этому другому случиться. Прямо здесь. На ступеньках дома, в окутывающих нас летних сумерках, под стрекотание местных насекомых и шорох путающегося в листьях и траве ветра.

– Мне нельзя выходить в магические земли без браслетов из металла из гор Нивелира, – сказала я. – Ты же знаешь, что тогда будет. Поэтому я хотела тебя попросить, чтобы ты обратился за помощью к каани.

– Хотела? – Он приподнял бровь.

Я лежала у него на плече, и Люциан вел подушечками пальцев вдоль моего позвоночника, пуская по моему обнаженному телу толпы мурашек.

– Да. Потому что теперь я думаю, что оставаться здесь одной не самая лучшая идея.

– Почему?

– Я буду по тебе скучать?

– Ты задаешь этот вопрос мне?

– Скорее, себе.

Мы привыкаем к тем, кого подпускаем к себе чуть-чуть ближе, неощутимо и незаметно. Потихоньку, понемногу впускаем их не только в свое тело, но и в свой разум, последним, как мне кажется, сдается сердце. Или я все перепутала? С сердца все начинается. С той едва уловимой искры в груди, обжигающей, иногда болезненно-острой, иногда томительно-сладкой, когда тебе впервые хочется углубить поцелуй?

Наверное, для Лены Харитоновой было именно так.

Но как это сейчас для меня?

– Когда пойдем? – спросил Люциан, глядя мне в глаза.

Наверное, я никогда не разберусь, что между нами произошло здесь. Потому что до этого слишком много всего произошло. Я вдруг поняла, что этот дом стал для меня тем островком безопасности, вырванным из реальности Даррании и Мертвых земель, где я могла позволить себе абсолютно все. И поцелуи с Люцианом. И близость с Люцианом. И даже нежность с Люцианом. Что с нами станет в горах каани? А в магических землях? В Харонсвилле?

– Думаю, нам потребуется несколько дней на сборы.

– Я рад, что ты приняла такое решение, Лена.

Он поцеловал меня в плечо, но я не ответила. На его слова, потому что на поцелуй ответила более чем, поворачиваясь к нему спиной, прижимаясь к нему всем телом и чувствуя, как он снова твердеет, аккурат в районе моих ягодиц.

Его ладонь скользнула между моих ног, и с губ сорвался откровенный стон. Который продолжился, когда Люциан плавно вошел в меня на всю длину. Я сжалась на нем и чуть расслабилась. И снова сжалась, позволяя себе и ему эту острую смену эмоций прямо во время движений.