Чтение онлайн

Это утро было как раз таким: летняя жара забралась под тонкие простыни, и ночью они сбросили их на пол. После того, как она в очередной раз покормила Миранду, которая, измотанная жарой, уснула ближе под утро, они с Сезаром тоже отключились. Чтобы проснуться от того, что легкий ветерок скользит по обнаженной разгоряченной коже.

– Я хочу помогать, – сказала Соня, когда они оба сбегали умыться и привести себя в относительный порядок до пробуждения дочери. А еще Сезар готовил самый удивительный в мире джмерг, который только можно себе представить, и сейчас его аромат разносился по небольшой квартирке так ярко, что Соня даже приблизительно не представляла, как Миранда может так сладко спать.

– Ты и так помогаешь, – Сезар протянул ей чашку. – Осторожно, не обожгись. Помогаешь тем, что поддерживаешь.

Соня пригубила джмерг с пышной молочной пенкой – все, как она любила, глубоко втянула горьковатый бодрящий аромат.

– Я хочу не просто поддерживать. Я хочу что-то делать, понимаешь? Мария и Алина арестованы просто потому что, Лена и Люциан враги Даррании номер один, хотя они должны быть героями, они сделали за пару лет для этой Даррании столько, сколько твой отец не сделал за всю свою жизнь. Я хочу быть полезной, Сезар, я не хочу просто сидеть и смотреть, как вы подвергаете себя опасности, а я ничем не могу помочь.

– А я не хочу беспокоиться еще и за тебя, понимаешь? – Сезар отставил свою чашку, мягко коснулся ее подбородка. – Я хочу знать, что ты в безопасности…

– Мы все в безопасности весьма относительно. Любой заговор, любой мятеж, любая революция выводит на всех, кто с нами связан, так или иначе. Так что если у нас что-то не получится, Сезар, мы все равно все будем отвечать. В независимости от того, сидела ли я дома с Мирандой, сложа руки, или делала что-то для этой революции.

Он глубоко вздохнул, как будто собирался возразить.

– Это правда, но мне хочется верить, что у нас все получится, что ты будешь в безопасности. От начала и до конца. В независимости от того, что будет происходить.

Соня подалась вперед и поцеловала его в губы.

– Я буду в безопасности. Потому что ты рядом.

Вместо ответа Сезар отобрал чашку и у нее, подался вперед, опрокидывая ее на спину…

– У-а-а-а-а-а-а-а-а!

– Кажется, до Миранды дошел джмерг, – фыркнула Соня.

– Кажется, – Сезар подался назад, быстро накидывая халат.

Сама Соня быстро завернулась в простыню, которую подтянула на кровать с пола, и спустя минуту они сидели на кровати уже втроем. Миранда, которую принес Сезар, присосалась к груди и сладко причмокивала, а он с нежностью смотрел на них.

– Почему у нас не получилось, когда мы были в столице? Я хочу провести с тобой всю жизнь, Соня Драгунова.

От того, как он это сказал, внутри что-то дернулось. Соня вскинула на него глаза: они шли к этому моменту бесконечно долго, через боль, ошибки, сомнения, через недоверия и предательство, через страхи и опасения, но в итоге…

– У нас все равно ничего бы не получилось. Твой отец мог посчитать нас угрозой, и тогда мы бы оказались на месте Лены и Люциана.

При упоминании брата Сезар нахмурился.

– Прости, – Соня коснулась его руки. – Я не хотела…

– Нет. Нет, ты права. – Он кивнул. – Ты права, и все, что мы можем сделать – это изменить то, что нужно было изменить уже очень давно.

– Так что? Ты подумаешь, чем я могу помочь?

– Подумаю, но имей в виду. Ярд и Амир до сих пор не знают о том, что знаешь ты.

– Ярду и Амиру не помешало бы сказать об этом своим девушкам, – хмыкнула Соня, поудобнее устраивая насыщающуюся дочь на руках. – Что? Ты думал, я не вижу, как Сайтанхорд смотрит на Амиру? Они просто держат это в секрете, хотя… думаю, Женевьев тоже уже догадалась.

– Интересно, почему об этом не догадался я?

– У тебя голова другим занята. Ну и еще, мы, женщины, более проницательны. – Соня снова фыркнула, но мигом стала серьезной. Особенно когда Сезар пощекотал волосики Миры на макушке.

Он говорил о том, что хочет их защитить, о том, что хочет для них безопасности, но в точности так же безопасности для них хотела и она. Для того, кого только-только решила по-настоящему назвать своим мужем, для этой крохи.

Ей тоже было кого защищать, за что бороться, и дело не только в прошлом.

Потому что Сезар и Мира – ее настоящее. И будущее.

Женевьев Анадоррская

– Я не знаю, – в ответ на ее вопрос тоскливо сказал парень, сидящий напротив нее на стуле. Коренастый, темноволосый, он подпер ладонью щеку и смотрел в окно: происходящее за ним его интересовало гораздо больше, чем происходящее в этой комнате или на страницах учебника, ну а то, что ему сегодня говорила Женевьев, он в принципе не запомнил.

– На экзамене ты тоже будешь так отвечать? – спросила она.

– Ну… у меня еще есть время подготовиться.

– Его не так много.

– Лето тоже скоро закончится, – угрюмо ответил тот.

Это правда. На Севере летняя жара уже начала идти на спад, это последние две ночи были аномально жаркими и душными, но…

– Иногда приходится чем-то жертвовать, чтобы добиться успеха.

– Можно я уже пойду? У нас время закончилось.

Как будто она могла его удержать! Ей впервые попался тот, кто не хочет готовиться к поступлению, но, когда его родители уговаривали Женевьев с ним позаниматься, чтобы помочь ему с этим, она верила, что у нее получится. Как-то замотивировать его, заинтересовать… увы.

– Скажи родителям, что я больше не смогу с тобой заниматься, – кажется, за все это время она впервые сдалась. – И магию оставь. Вернешь им.

Парень радостно схватил накопитель, и не было ни малейших сомнений в том, что он потратит ее на развлечения со своими друзьями, которые уже дожидались его возле ее дома. Он вылетел за дверь с такой скоростью, как будто за ним разъяренный дракон гнался, спустя пару минут Женевьев услышала доносящийся с улицы гогот, ознаменовавший их встречу.

Она потерла виски ладонями: от жары разболелась голова, а еще у нее всегда возникало это чувство напряженности, когда что-то шло не по плану, когда что-то не получалось. Женевьев чуть серьезно не рассорилась с Ярдом в тот день, когда он вытащил ее из участка.

– Ты за мной следишь?! – прошипела она. – Я же просила так не делать!

– Как за тобой не следить, если ты постоянно влипаешь в неприятности?!

– Я?! Это ты назвал меня женщиной с низкой социальной ответственностью и пристрастием к алкоголю!

– А ты хотела остаться там навсегда?

Он говорил все это с таким невозмутимым видом, что Женевьев просто захотелось на него зарычать. Плохое настроение подогревало не только попадание в участок к стражам порядка, но еще и собственная необязательность – она подвела администрацию Роусдела, отказавшись от собеседования!