Чтение онлайн

– Что ты со мной делаешь, Лена? – хрипло выдохнул он мне в шею. Снова запуская по коже волну мурашек, прокатившуюся от его горячего дыхания по спине, животу, и там, где его пальцы доставляли мне удовольствие, усилилась сладкая, горячая пульсация.

– Все, что хочу, – мой голос прозвучал низко и тяжело.

И мы снова растворились в своем удовольствии с природой и этим местом, укрывшим нас в ладонях своих объятий ото всего и ото всех.

Лена

Я снова была в Мертвых землях, но на этот раз место было мне не знакомо. Замок Адергайна я изучила вдоль и поперек, чтобы знать, что и где находится, но сейчас я его не узнавала. Место, где нет жизни, где нет смены сезонов, где все законы магии работают на смерть, все это было мне знакомо. Но не пещера в пепельно-черных тонах, в самом центре которой, на алтаре, чем-то напоминающем алтарь Горрахона, лежала девушка.

Ее силуэт окутывали светящиеся пепельно-серебристые линии, в которые вплетались щупальца тьмы. Они пульсировали, словно силу для окружающего ее кокона качали из самого Загранья. На слабо освещенных серебристо-черными факелами стенах пещеры светились нанесенные узоры воскрешения. Я знала их, как свои пять пальцев, я сейчас вообще знала многое из того, чего бы мне хотелось никогда не знать.

– Я решил показать тебе это место. – Голос Валентайна заставил меня вздрогнуть всем телом. Я обернулась и оказалась с ним лицом к лицу. – Чтобы ты знала, что я не забыл о данном тебе обещании.

Это сон, Лена. Это всего лишь сон. Достаточно тебе захотеть – и ты проснешься.

– Мне ничего от тебя не нужно.

– Даже Ленор? Живая и невредимая?

Я задохнулась от нахлынувших на меня чувств. Перед глазами словно пронеслась вся наша история, от злости и неприятия до ненависти, отторжения и, наконец, подобия дружбы, которого у нас так и не случилось, потому что Ленор умерла.

Потому что я ее убила.

– Это невозможно, – пробормотала я. – Это сон. Ее выжгла тьма, когда я спасала Люциана…

– Когда ты спасала Люциана, – он усмехнулся, словно выплюнув его имя сквозь зубы, – ты ушла за грань. Ты не знаешь законов мира Загранья так, как знаю их я. Я какое-то время был его частью тоже. Оно с детства у меня в крови.

Какое-то время?

Я сглотнула.

– Тебя не существует, Валентайн. Ты умер. Ленор тоже.

Как бы мне ни хотелось верить в обратное, Ленор больше нет. Ее не вернуть. А даже если представить, что ее можно вернуть, по крупицам вытянуть потерянную, растворенную во Тьме личность, ее остатки… Тамея, я даже знать не хочу, что оттуда вернется.

– Неужели, Лена? – Валентайн вдруг хищно улыбнулся. – Предпочтешь знать, что ты убила ее своими руками? Жить с этим? Лена, которую я знал, не была настолько жестокой.

– Лены, которую ты знал, больше нет! – Я все-таки сорвалась на крик. – Ты убил ее! Своей жестокостью! Своей ложью! Тем, что отрекся ото всего, что нас с тобой связывало!

Не знала, что во сне может трясти, но меня натурально трясло, как будто зло этого (а может быть, и не этого) мира нашло меня во сне. Нашло способ проникнуть в мою кровь даже в немагических землях, впитаться в нее, снова отравлять меня изнутри.

– Я скучал по этому, – хрипло произнес Валентайн, касаясь пальцами моей щеки. – По возможности читать твои мысли, по возможности чувствовать тебя. Касаться тебя.

– Ты не можешь меня коснуться! – Мои руки врезались в пустоту, отталкивая ее вместо него. – Никогда больше не сможешь!

Я оглянулась, чтобы понять, куда он делся, но Валентайн уже стоял возле Ленор. Его как будто не касался окружающий ее кокон, его тело словно не могло нарушить его целостность. А может быть, дело было в том, что все происходит во сне. Я увидела, как он убрал прядь волос с неподвижно лежащей девушки.

– Она – точная копия тебя. Точная копия себя, – усмехнулся он. – Долгое время твоего отсутствия это была единственная отрада. Воссоздать ее тело с нуля, воссоздавать его по памяти, используя только твою кровь и мою память.

Тамея, если бы это было реально, это было бы жутко. Но проблема заключалась в том, что жутко было даже сейчас. До дрожи в руках и в коленях. Я попыталась проснуться и поняла, что не могу.

– Я помню каждый изгиб твоего тела, Лена, – он вел пальцами по плечу Ленор, а смотрел на меня. – Каждую ямочку, каждую родинку, не осталось ни единого места, где бы я тебя не касался. Где бы я тебя не отметил. Ты можешь быть с Драгоном. Можешь быть с кем угодно, но я все равно всегда буду в тебе. В каждой клеточке твоего тела. Я – твоя судьба, Лена, и этого уже ничто не изменит.

– Ты просто плод моего воображения, – пробормотала я. – Просто плод…

– Подойди сюда, – он протянул мне руку. – Ты почувствуешь ее. Во сне ведь не страшно, правда? Если я плод твоего воображения, если я всего лишь сон, почему ты сейчас так далеко от меня?

– Потому что я знать тебя не хочу даже во сне!

– Хорошая попытка.

Я сглотнула и попятилась.

Казалось бы, мне было не привыкать ко всякой жути, но сейчас мне стало страшно, как никогда. Этот кошмарный, извращенный сон не заканчивался, а я не представляла, как из него выбраться. Попытка ущипнуть себя за руку ничем не закончилась, а точнее, закончилась ничем.

– Знаешь, Лена, я ведь просто хочу тебе показать, на что я ради тебя готов. Ленор осталось спать совсем недолго, – Валентайн оперся ладонями об алтарный камень. – Она придет в себя, и ей нужен будет тот, кто поможет ей вернуться в наш мир, ей нужна будешь ты.

– Хорошая попытка, – отзеркалила я его фразу.

Глубоко вздохнула.

– Уходи, Валентайн. Проваливай. Не смей больше появляться в моих снах!

Глупо разговаривать с персонажем сна во сне, но как еще закончить этот сон? Просто позволить ему развиваться.

– Ты раньше не любила пафос, Лена.

– Я его и сейчас не люблю.

– Но ты все еще любишь меня.

– Между нами не было любви, только черная страсть.

– Этого тоже вполне достаточно.

– Достаточно для чего?

Я задохнулась, когда в меня хлынули его чувства, его желание, его возбуждение. Задохнулась, когда кровь во мне превратилась в жидкую тьму, она словно поглощала меня снова, несмотря на то, через что я прошла. Несмотря на то, чего я добилась. Несмотря на все мои попытки справиться, я снова превращалась в то, что ненавидела больше всего на свете. В воплощение Тьмы. В Елену.