Чтение онлайн

— Что может быть хуже того, чему мы уже стали свидетелями? — спросил Пауэлл. Все молчали. — У нас больше нет гильдии, которую они могли бы уничтожить. Фарер сгорел. Наши шахты заглохли. Наши поля останутся невспаханными. Наши рыбаки могут простоять неизвестно сколько времени, пока мы будем пытаться восстановить утраченное. Что еще могут забрать у нас Драконы?

— Нашу гордость, если мы им это позволим. — Вопрос был риторическим, но Флоренс хотела донести его до всех. Это было почти в духе Арианны, и она тут же возгордилась собой за то, что так ловко придумала этот вопрос.

— И Алхимики им не позволят, — поддержал ее Дерек.

— Наместник Алхимиков поддержит Трибунал? — спросил Пауэлл.

— Не сомневаюсь, — подтвердил Дерек. — Наместник Софи хочет видеть восстание у власти. Она хочет этого для Лума. Я уверен, что она выступит на Трибунале.

Пауэлл, казалось, был удовлетворен ответом.

— Тогда мы передадим весть через узкий пролив Клепальщикам на Тер.3. Они связаны по суше с Воронами, которые затем смогут передать весть Револьверам.

— Как быстро мы сможем удержать Трибунал? — Не обращая внимания на сильные слова, реальность их положения становилась для Флоренс совершенно очевидной. Системы связи во всех формах были отключены. Они даже не знали, остались ли еще Наместники, с которыми можно встретиться. Возможно, Харвестеры были единственными, кого предупредили, и у них было достаточно времени.

Эта мысль лишь разжигала костер ярости Флоренс. Харвестеры оказались случайностью: в то время в гильдии были одни Мастера. В других гильдиях Мастера были расставлены по всем территориям. Они перегруппируются. И если слухи распространятся достаточно далеко и быстро, они смогут сделать это в Трибунале.

— Может быть, два месяца? — нехотя предположила Феодосия по молчаливому приказу Пауэлла. — Это даст гонцам достаточно времени, чтобы добраться до Дортама, а Наместникам — отправиться в путь.

— Распространим эту весть, как лесной пожар, — вслух предложила Флоренс. — Пригласите весь Лум.

— А если Драконы решат напасть снова? — Максу все еще явно не нравилась идея собраться в одном месте.

— У нас больше преимущества. Даже с одной Химерой у нас больше. — Этот факт был известен с тех пор, как Нова была впервые обнаружена. Небесный мир был намного, намного меньше Лума. — Единственный способ одолеть нас — это наше собственное оружие, короны и планеры. А как они получат это оружие, если некому его создавать?

— Мы не сможем по-настоящему противостоять им, — настаивал Макс.

Дерек снова поспешил высказаться.

— Без Философской Шкатулки — нет.

— Ты все время это говоришь, мальчик, но у тебя нет никаких доказательств.

— У нас есть. — Все взгляды устремились на Флоренс. — У нас есть, — повторила она без колебаний. — У нас есть человек, который сделал самую первую Философскую Шкатулку.

— Ложь.

— Ее зовут Арианна, и она мой учитель, — Флоренс выплеснула яд, защищаясь от простого обвинения в адрес Ари. — Она сделает шкатулку для восстания.

— Арианна, Арианна…

— Клепальщик, — закончила за Макса Флоренс. — Причем Мастер Клепальщик.

— Кто ее назначил? — спросил Макс, прищурив глаза.

— Мастер Оливер. — Флоренс слышала это имя всего несколько раз и молилась, чтобы правильно его произнести. Судя по реакции Макса, так оно и было.

— Это невозможно. — Мужчина покачал головой. — Мастер Оливер входил в Совет Пяти — глупцов, погибших во время последнего восстания. Его ученица, Арианна, погибла вместе с ним.

— Только она не погибла, — настаивала Флоренс. Она выдохлась в тот момент, когда слова защиты прозвучали из ее уст. Заступаться за человека, о котором, казалось, все знали больше, чем она сама, было утомительно. Первое, что сделает Флоренс, как только Арианна вернется, — потребует объяснений. — Она жива и здорова и сейчас собирает средства для изготовления шкатулки, — солгала Флоренс. Чем занималась Ари, оставалось только догадываться.

— Тогда мы ожидаем увидеть шкатулку на Трибунале. — Тон Пауэлла не оставлял места для вопросов и толкований — теперь это была оговорка. — Как только Наместники увидят, что Философская Шкатулка работает, мы поддержим восстание Алхимиков.

— Я не знаю… — неуверенно начал Дерек.

— Хорошо. — Времени на колебания не было. Дерек бросил на Флоренс взгляд из уголков глаз. — Можем ли мы рассчитывать на Харвестеров через два месяца на Тер.0?

— Я буду там, чтобы увидеть Наместника-Алхимика и ее Философскую Шкатулку, — подтвердил Пауэлл. — И я лично прослежу, чтобы другие гильдии пришли со мной.

— Спасибо, Наместник Пауэлл, — искренне сказала Флоренс.

— Лучшая благодарность, которую ты можешь нам выразить, — это выполнение своей части сделки, — предостерег он.

Флоренс кивнула.

— Мы вернемся в Гильдию Алхимиков с поспешностью, на самом быстром поезде.

Собирать им было нечего, и они втроем направились к главному терминалу Тер.1.2 прямо из зала. Флоренс знала, что Дереку будет что сказать о том, что они только что сделали, но это заняло у него больше времени, чем она ожидала. Когда он наконец заговорил, слова его тоже оказались непредсказуемыми.

— Флоренс, Софи предстанет перед Трибуналом, но шкатулка…

— Не думаю, что она захочет делиться ею с другими гильдиями, — закончила Нора.

— Это безумие. — Флоренс покачала головой, слегка посмеиваясь над этой комичной мыслью. — Как бы она увидела, что шкатулку массово строят без инструментов и фабрик Клепальщиков? Или достать припасы без Харвестеров и Воронов?

Оба обменялись взглядами. Флоренс подождала, пока закончится их невербальный диалог. Когда это произошло, Нора взяла Флоренс за одну руку, а Дерек — за другую. Они шли вместе, как одна сплоченная группа, по направлению к станции.

— Что бы ни случилось, Флоренс, мы с тобой, — сказал Дерек за них обоих.

— Ты, наверное, худший штурман, которого мы когда-либо видели. — Нора одарила ее зубастой ухмылкой. Когда их взгляды встретились, Флоренс отчаянно захотелось увидеть то, что увидела Нора в этот момент. — Но, похоже, ты всегда приводишь людей, которые держатся рядом с тобой, туда, куда им нужно.

Это был комплимент, который прозвучал в адрес Ворона, но не прозвучал. В любом случае, впервые Флоренс не ограничилась гильдийной принадлежностью этих слов, а по-настоящему вникла в их смысл. Впервые она не пыталась исправить какую-либо связь между собой и транспортной гильдией Лума.