Чтение онлайн

Некоторое время грандмастер Магеран рассматривал меня так, словно искренне сожалел, что не может препарировать прямо здесь, в холле. Пирушки у них не выйдет, это точно.

Последняя из клана Доннели уцелела. И сделать с ней ничего нельзя.

На мгновение мне захотелось бросить все и уехать отсюда подальше. В королевстве много больниц, я найду работу.

Но драконьих больниц как раз мало. А работа с драконами – это совсем другой целительский уровень. Поработаешь пару лет в драконьей больнице, получишь опыт и связи и сможешь стать грандмастером в человеческой клинике.

Шейл всегда хотела лечить именно драконов – я слышала это в мыслях, которые остались мне в наследство. Шейл всегда хотела подняться, как можно выше – и для этого у нее были силы и талант.

И я не могла вот так все бросить и сбежать. А это было бы именно бегством.

А перья клана Доннели никогда ни от кого не бегали. Они встречали врагов и трудности, повернувшись к ним лицом, а не спиной.

– Убирайся отсюда, – процедил Магеран. – Проваливай, пока я добрый.

И его глаза заполнились золотом – как всегда, когда дракон с трудом сдерживает внутреннее пламя. Если Магеран выдохнет огонь в человеческом облике, то ему потом будет очень плохо из-за внутренних ожогов – но сейчас он был готов пойти на это.

Даже о королевской защите не думал.

– Позвольте, друг мой, – важно подал голос Рорик. – Хочу напомнить, что я возглавляю совет попечителей больницы. И мне понравилось, как быстро и легко эта барышня разобралась с плесенью на моем крыле.

Целительница посмотрела на меня с нескрываемой неприязнью, и я прекрасно ее понимала. Трудно любить того, кто вклинился между тобой и пациентом, да еще и сумел ему понравиться.

А что поделать! В Аддаре нас учили: идите навстречу пациенту. Если он говорит, что у него легочная жаба, не спорьте, кивайте и лечите тот диагноз, что видите, а не то, о чем он думает. У него все равно нет ни сил, ни желания сидеть за медицинскими справочниками.

Надо же, я уже говорю “нас”...

– Я был бы рад видеть ее среди персонала больницы, – продолжал Рорик. Судя по хитрому выражению лица, у клана Рорика были свои проблемы с Магеранами – и он не упустил случая устроить грандмастеру неприятность. – Кажется, у нас есть свободное место целителя общей практики.

Магеран сжал губы в нить. Усилием воли убрал жидкое золото из глаз, и я невольно вздохнула с облегчением.

Королевская защита – это, конечно, очень хорошо. Но все-таки спокойнее, когда рядом с тобой не дышит огнем тот, чья семья уничтожила твою.

Шейл сейчас бы плакала и скорбела. Я, Ирина Кузнецова, журналистка областной газеты, держалась холодно и стойко.

Хотя мне тоже было, от чего заплакать.

– Ошибаетесь, его разделили Бирн и Нейнан, – процедил Магеран. – Я увеличил их ставки и заработок. Но если вам так угодно видеть женщину из клана Доннели в больнице, извольте. У нас есть свободное место санитарки, она сможет занять его сразу же, как только приведет себя в порядок.

Это было, мягко говоря, оскорбительно. Предлагать поработать санитаркой целителю, который закончил столичную академию и получил диплом с отличием – мужчина за такое вызвал бы на дуэль.

Магеран смотрел на меня с холодной ухмылкой – ждал, что я откажусь. Потому что его предложение было плевком в лицо. Потому что я должна была бежать от тех, кто сегодня убил мою семью.

Но Шейл не бежала бы. И я нет.

В конце концов, я всегда хотела стать врачом, но пришлось пойти на журналистику – не было денег на долгую и сложную учебу. И как это здорово, когда все знания, умения и навыки уже просто загружены мне в голову и руки.

Шейл старалась. И я ее не подведу.

– Хорошо! – я ослепительно улыбнулась, глядя на Магерана испепеляющим взглядом. – Через месяц буду сестрой-помощницей, через два целителем, через полгода возглавлю отделение общей практики. Через год ты отдашь мне свой знак грандмастера. Собственноручно.

Зрители даже поперхнулись от такой наглости, а глаза Магерана снова начали желтеть. Но он быстро справился со злостью и кивнул девушкам в зеленой форме санитарок, которые восхищенно смотрели спектакль:

– Отведите ее в помывочную. Выдайте форму. Жить будет при больнице, в подвале. Койку можно выделить из списанных. Ты ведь у нас бездомная, правда?

Вот это уже была низость. Впрочем, ничего другого я и не ожидала.

– И еще, – Магеран улыбнулся так сладко, что у меня заныли зубы. – К грандмастеру больницы весь персонал обращается только на “вы”. Ошибешься – оштрафую в размере двух жалований.

– Не ошибусь, – бросила я. – Не доставлю такого удовольствия… вам.

И вместе с сестрами-помощницами пошагала из холла в сторону лестницы.

Девушек звали Дина и Лина. Были они гномши, приземистые и упитанные, крепко стоящие на коротких ногах. Судя по каштановым волосам, заплетенным в множество кос и причудливо уложенным вокруг головы, девушки были из небогатого клана. Ни кусочка серебра и золота в волосах.

Отлично. С хорошим гномом всегда можно поладить.

Воспоминание Шейл снова выпрыгнуло: в академическом общежитии в соседней комнате жили гномши, и я спросила:

– An and-aahar surmanzund? – А зарплату тут платят вовремя?

Дина и Лина синхронно обернулись и посмотрели на меня с нескрываемым уважением.

– А ты говоришь по-нашему? – спросила Лина.

Я кивнула.

– Выучилась в академии. У Кивы Триггвисдоттир из клана Гундхайн.

Санитарки заулыбались.

– Знаем-знаем! Достойный северный клан, – сказала Дина. – Ну, то есть, лично Киву Триггвисдоттир не знаем, но про клан слышали. Мы-то сами из восточных гномов, Барнуланбар наше поселение.

Название ничего мне не сказало. Наверно, хутор, которого и на карте нет.

– Грандмастер, конечно, жук, – вздохнула Лина и посмотрела по сторонам: не подслушивают ли? – Сегодня вышел на ступеньки, стоит, и по лицу прямо видно, что у него праздник. Минна спросила, все ли в порядке, а он сразу: “Когда мой клан вырезает врагов под корень, я могу только радоваться”.

Я невольно прониклась неприязнью к Магерану. Если ты целитель, то не можешь участвовать в кровной мести, иначе потеряешь лицензию. Но ликовать по поводу смерти моих родных ему никто не запретит.

Гад. Как есть.

– Ты не огорчайся, – посоветовала Дина. – У тебя же есть диплом и лицензия. Сейчас грандмастер успокоится, пробзди… ну, то есть уймется, и будешь ты целительницей. Господин Рорик очень добрый, а ты ему понравилась.

– Я так понимаю, они не дружат? – спросила я.

Помывочная, в которую мы вошли, была огромным залом с мраморными стенами, колоннами и белоснежной чашей бассейна. Обычно в такие места привозят тех больных, которые уже не могут сами ухаживать за собой, но я сомневалась, что драконы доживают до возраста полной немощи.